в состоянии продолжать бой. Думаю, я победил.
Следующий противник пал от удара в горло. Перелома трахеи не было — он и сам прочнее человека, и сам я соизмерял силу, с которой нужно ударить, проведя эксперименты в вариациях будущего.
Следующий временно не мог видеть, банально получив тычки указательным и средним пальцами левой руки в глаза и после стоная от боли и невозможности от неё же раз жить глаза. Ничего — с глазами все будет нормально минут через несколько циклов.
Следующий упал, зажимая уши, когда по ним пришёлся размашистый удар ладонями, что сильно парня оглушило.
Следующий был слегка на взводе после увиденного и не особо следил за моими движениями, за что получил пинок в солнечное сплетение на противоходе от меня и после так же не мог встать, хватая воздух ртом и пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
Это продолжалось снова и снова. Противник выходил, атаковал, а после я побеждал, так как противник был не способен продолжать сражение. Иногда они не решались атаковать, но сдаваться не желали, думая, похоже, действовать от защиты или контратаки, но результат был аналогичным. По мне ударов не приходилось — или я атаковал и достигала цели быстрее, или они промахивались/я уворачивался, после чего ребята точно так же были не способны продолжать бой, отказываясь на полу.
Я не питал никакой ненависти или злобы к ребятам, но… мне сказали получать, как можно меньше урона, да победить так быстро, как смогу. Я так и делал! В конце концов, мне же нужно, чтобы меня тут учили, действительно учили, а потому я и показывал, что мои сверстники мне вообще не противники. Я даже не дрался, по сути!
В конце концов, это сыграло свою роль — все чаще последующие противники просто сдавались, не желая, чтобы я и с ними вытворял что-то… такое… болезненное. И мастер никак этому не противился, стоя и наблюдая, как и обещал, называя имена следующих противников, с таким серым лицом, словно вынужден смотреть на разочаровали его учеников.
Итог был закономерно — противников у меня не осталось, а желания идти по второму кругу не было ни у мастера, ни у моих соучеников.
— Что же, — задумчиво сказал проговорил практик, — Думаю, продолжать бои с учениками больше смысла нет — они тебе не противники и не заставляют тебя выложить я хоть сколько-то значительно.
Осмотревшись, было видно, что полное поражение всех остальных изрядно пристыдило детей. Не знаю, от чего именно они испытывали такие чувства, толи от того, что не оправдали ожиданий человека, который учил их на протяжении почти целого шуна, толи от того, что я задел, и задел очень сильно, их гордость, победив их Слишком, по их мнению, легко.
Только несколько парней стояли, не особо задетые произошедшим. Первый проигравший мне парень Шан Зянь, которого я просто подловил на его невнимательности и даже не вступал в физический контакт, что, кажется, был только рад сейчас, что бой между нами так и не начался, староста нашей группы, что видел мой короткий бой с Юби и сейчас с остальными, а потому сразу же признал поражение, и, собственно, все остальные, кто предпочёл просто не вступать со мной в бой.
— Однако, твои навыки проверить всё же нужно, — покивал своим мыслям Мастер, после чего прошёл в круг и встал напротив меня. — Тогда, за неимением альтернатив, им побуду я.
— Боюсь, это не будет иметь смысла, — сразу сказал я.
— О, и почему же? — поднял он бровь.
— Вы превосходит меня в силе, скорости, прочности и прочих параметрах настолько же, насколько я превосхожу обычных людей своего возраста. Если разница не ещё больше. Какими навыками я не обладал бы, это будет бессмысленно — против подавляющего превосходства в любом аспекте, это не будет иметь смысла.
— Ха, — усмехнулся практик, — Удивительно, что то, что я вбиваю в головы практиков с самого их детства, ты высказал так просто и непринуждённо! Верно — против подавляюще сильного противника нет смысла сражаться — только умрёшь усталым. И это, если повезёт. Знал бы ты, дитя, как я рад, что хоть кто-то понял это, даже не получив от меня вразумляющих ударов!
Крупный мужчина, казалось, на самом деле был удивительно счастлив от того, какую реакцию я продемонстрировал.
— Однако не волнуйся — я не буду использовать никаких преимуществ практиков Предела Жизни. Только моё тело и навыки со знаниями.
— Даже ваше тело все ещё в разы быстрее, сильнее и крепче, превосходят меня во всех параметрах, Мастер.
— Фа Вей, — кажется, я уже сказал тебе, что сегодня ты будешь бит, и отказаться у тебя возможности нет. Впрочем, ты уже можешь гордиться тем, что бит будешь мной, а не своими соучениками. Так что просто покажи мне, на что ты способен!
Больше ничего он говорить не собирался, как не собирался давать говорить и мне, наклонив тело вперёд и бросившись ко мне.
Его скорость движения, основанная лишь на силе его тела в разы превышала и меня, и остальных детей — я просто не мог заметить его движений!
Однако, скорость его была всё же ограничена. Да, его тело может быть невероятно сильным, позволяя мгновенно ускоряться до таких скоростей, при которых не тренированный человеческий глаз просто не заметит движения почти двухметрового, покрыто го мышцами мужика, однако, не используя Жизненную Силу, практик просто не может банально компенсировать некоторые физически ограничения. Так, на гладко и прямом деревянном полу, он не мог ускориться больше определённой величины — стоит создать импульс ускорения больше определённой величины, как стопа просто потеряет сцепление с полом, лишившись опоры, ибо просто скользя по полу, вместо отталкивания тела. Практики Предела Жизни решают эту проблему, как я узнал в библиотеке, буквально используя Жизненную Силу для сцепления с материей, к которой они прикасаться, благодаря чему легко могут ускоряться до таких значений скорости, при которых импульс, ушедший в опору просто эту опору разрушает. Но без неё реализовать такое невозможно.
Мастер был ограничен в скорости. Да, он был намного быстрее меня, я не мог сознательно отслеживать его передвижения, он был ограничен в маневрировании, был ограничен инерцией и прочими факторами. И все вместе, это снижало его опасность и скорость атаки до такой величины… при которой я мог хотя бы понять в симуляции, откуда последует атака, па после понять и то, что это будет за атака!
Ни разу, ни в одном спарринг в этой жизни я не напрягался так сильно, как напрягся сейчас, в первые же
