— О, леди Диана, — внезапно совершенно по иному запела женщина, которая только что хотела уложить в свою постель мужа Лауры. — Я не знала, что вы бываете в этом магазине. Такое удовольствие наконец-то встретиться с вами. Мы с вашим кузеном очень близкие друзья.
— Неужели? — Лауре даже не пришлось прилагать усилий, чтобы представить себе ледяной взгляд, которым Диана облила эту парочку. В ее собственном алькове температура понизилась с такой силой, что казалось, в любой момент у нее изо рта может пойти пар. — Он никогда не упоминал о вас. Хотя, кажется, я действительно припоминаю, что он очень тепло отзывался о вашем муже. Как поживает лорд Хьюит? Надеюсь, он полон энергии.
Заискивающие нотки исчезли из голоса безымянной женщины, он стал холодным, как и голос Дианы.
— Мой Бертрам проводит много времени в нашем загородном поместье.
— Не могу его за это винить. — Вторая женщина охнула, а Диана тем же тоном добавила:
— Этим летом такая жара, знаете ли. А сейчас, прошу меня извинить, я должна продолжить поиски молодой жены своего кузена. Он послал меня помочь ей выбрать надлежащий гардероб. Мой дорогой кузен очень переживает, что настоял на столь спешно устроенной свадьбе, но он не мог вынести больше ни одного дня в разлуке с ней. Вы знаете, он ее обожает и решительно балует, желая, чтобы у нее не было ни в чем недостатка.
Глаза Лауры неожиданно защипало от слез благодарности и тоски. Когда-нибудь, в другой жизни, слова Дианы могли бы стать правдой.
Спустя несколько минут Лаура вышла из алькова и увидела, что ее нежданная защитница сидит в застывшей позе на стуле с прямой спиной и скучающе перелистывает последние новинки моды в "La Belle Assemblee".
— Я слышала, что вы сказали тем женщинам, — тихо сказала она. — Я вам очень благодарна.
Диана захлопнула журнал и встала, мятежно выставив острый подбородок.
— Я сделала это не ради вас. Я сделала это для себя. Пустоголовые красотки подобные Элизабет Хьюит годами насмехались надо мной только потому, что я не имела "счастья" выйти за какого-нибудь старого подагрика-алкоголика, которого жена интересует меньше его призовых спаниелей.
— Если вы о лорде Хьюите, то спаниели наверняка гораздо более преданны ему, чем жена.
Диана не улыбнулась, но в ее глазах мелькнула слабая искорка смеха.
— Думаю, вы правы. Едва ли можно винить мужчину в том, что он предпочитает четырехлапых сук их двуногой разновидности.
Остальная часть дня прошла для Лауры в головокружительном водовороте. Пока они с Дианой носились по широкой мостовой Оксфорд Стрит из шляпного салона в парфюмерный, а из парфюмерного в обувной, Лаура не могла отделаться от мысли, что Лотти бы очень понравилась такая беготня. Сама Диана не проявляла интереса к покупкам, купив себе за все время только какую-то безделушку, но она настаивала, чтобы Лаура получила все самое лучшее — множество шляпок, украшенных фруктами, перьями и цветами; веера ручной росписи; духи в граненых бутылочках; кашемировые шали; лайковые перчатки и шелковые чулки; кружевные пляжные зонтики; ароматные мыла; туфли пастельного оттенка и даже две пары изящных нанковых полусапожек; серебряные гребни ювелирной работы и диадемы, усыпанные жемчугом; ленты для волос; и даже шокирующие длинные панталоны, которые, как заверяла продавщица шелка, сейчас последний писк в Лондонских салонах. Все покупки обещали доставить в Девонбрук Холл в самые короткие для магазинов сроки.
К тому времени, когда они выходили из очаровательного магазинчика, который торговал исключительно кружевами, у Лауры уже голова шла кругом от попыток запомнить все их покупки. Если ее вычисления были верны, они потратили за один день больше, чем Арден Менор зарабатывал за год.
Пока они прохаживались по улице в ожидании экипажа, и прижимали к себе сумки с горячими фисташками, купленными в развес, из надвигающейся вечерней темноты появился фонарщик и стал зажигать уличные фонари. Их мягкий свет падал на магазинные витрины, делая выставленные товары еще более заманчивыми.
Проходя мимо яркой витрины магазина игрушек, Лаура вдруг замерла, тихо вскрикнув от восхищения.
На витрине сидела фарфоровая кукла, вся в рюшах и кружевах, ее пухлые щечки были раскрашены ярко-розовым. От золотых завитков и вздернутого носика до миниатюрных туфелек, кукла была просто копией Лотти.
Диана глянула на витрину.
— Что там?
— Я просто подумала, что моя младшая сестренка пришла бы от этой куклы в полный восторг, — ответила Лаура и прижала пальцы к стеклу, сама того не замечая.
Диана пожала плечами.
— Так купите ее для нее.
Лаура сунула руки в свою новую муфту из лебяжьего пуха.
— Я не могу еще сильнее испытывать на прочность великодушие герцога. Он и так очень щедр ко мне.
Диана посмотрела на нее странным взглядом.
— Чего-чего, а скаредности в Стерлинге нет нисколько. Он может и поскупится на свое прощение для вас, но не на свой кошелек. И если вы не можете получить первое, то, возможно, сумеете обойтись вторым.
Диана тоже коснулась рукой витрины, ее лицо выражало необычную задумчивость.
— Это был один из немногих уроков, которые преподал мне мой отец.
Когда часом позже Лаура вышла из магазина игрушек, ее руки были доверху нагружены детскими подарками, среди которых была скакалка для Лотти и три новенькие колоды карт для Джорджа. Она отказалась от доставки своих сокровищ в Девонбрук Холл, не желая отдавать их в чужие руки. Диана терпеливо подождала, пока она нырнула в галантерею, чтобы купить мягкие кожаные перчатки, чтобы греть больные руки Довера холодными зимними ночами. И в довершение всего, она решила послать Куки одну из шляпок со страусиными перьями, набор которых уже купила для себя.
Подходя к экипажу, Диана вдруг резко остановилась, отчего Лаура налетела на нее сзади. Один из лакеев спрыгнул с козел, чтобы подхватить их покупки, а Лаура глянула Диане через плечо и увидела маркиза Джиллингема, лениво прислонившегося к фонарному столбу с цилиндром в руке и сверкающей тростью под мышкой.
Он выпрямился и отвесил им изящный поклон.
— Ваша светлость, леди Диана. Я увидел ваш экипаж, когда выходил от портного, и решил пожелать вам приятного вечера.
— И вам приятного вечера, мой лорд. — Диана пронеслась мимо него и приняла руку лакея, который помог ей подняться в экипаж. — Сейчас, когда мой кузен благополучно вернулся из своего маленького приключения, я думаю, мы уже не будем с вами так часто встречаться.
— Напротив, — протянул Тейн, искусно оттесняя лакея, чтобы собственноручно помочь Лауре подняться в экипаж. — Раз герцог теперь будет жить в Девонбрук Холле, я собираюсь регулярно надоедать вам своим присутствием.
