и плеваться кровью, не в силах остановить ужасные муки в своем организме.
— Что?! Быть не может!
Великий Чернокнижник осознал, что с ним происходит.
Каким бы сильным и властным над Скверной он ни был, но он оставался простым смертным. Не демоном. Даже несмотря на то, что он испил оскверненной крови Маннорота, его превращение в демоническую тварь было в самом зачаточном состоянии. По сути, он в этом плане был даже ниже чем те дети, выращенные им во взрослых. Когда сам Саргерас обращал древних эредар в своих слуг, то он проводил их трансформацию осторожно, дабы сохранить их и преумножить свою армию отличными командирами, а Кил’Джеден никогда даже и не собирался делать тоже самое для орков, и уж тем более самого Гул’Дана.
Так что орк, по неосторожности ставший пить силу их Ока неожиданно столкнулся с тем, что Скверна просто убивала его. Он раньше умрет, чем превратиться в бога, а потому осознал всю тщетность своих попыток.
— Нет… не может быть… — произнес он и кровавые слезы потекли из его глаз.
Будь у него время и помощь, он, возможно, и сумел бы справиться с этим, но разбитый этим осознанием, он отпустил Око и бросился бежать.
Силы быстро покидали его переполненное мощью, но умирающее тело. Могущество его было так велико, что он мог бы одним ударом уничтожить короля эльфов, но каждый шаг отдавался безумной агонией.
Он ковылял вперед и пытался спастись. Только это ему и оставалось, ведь продержи он Око еще пару секунд и обратился бы в прах.
— Где… все…? — произнес умирающий орк. — Треклятые полоумные трусы… Похоже, их всех убили…
Да, помощи ждать не откуда.
Гул’Дан шел и шел, уже заблудившись в одинаковых коридорах, двигаясь по морской воде и кораллам.
Неожиданно он что-то услышал.
В его голове звучал смех, и было непонятно, реально ли это или игра умирающего разума.
— Что за смех? — сказал чернокнижник. — Это ты Саргерас?! Ты хочешь посмеяться надо мной, демон?! Я не умру так просто и легко! Я стану богом!!!
Его крик раздался в коридоре и привлек внимание сбежавших демонов.
Те услышали ли его и прибежали на звук.
Уже не в силах сопротивляться он ничего не смог сделать.
— Нет! НЕ подходите! Не-е-е-е-е-ет!
Смерть Гул’Дана была столь ужасной, что отпечаталась на этих стенах.
Когда кто-то другой явится сюда, они сумеют узреть видения и миражи, последние минуты жизни некогда Великого Чернокнижника, от которого твари оставят только жалкую голову…
***
Ганкорек Ядоплюй поморщился, смотря на останки демонов, которых добивали воины. Молодой чернокнижник, один из самых способных учеников Гул’Дана теперь был рад, что учитель оставил его сторожить коридор, а не взял с собой. Единственный выбравшийся из зала ученик поведал, что случилось, так что остальным стало понятно.
Оставаться здесь было не безопасно, вот и стали уходить.
По пути они наткнулись на группу демонов, которые были слишком сильно увлечены пожиранием трупа, чтобы заметить воинов. Их удалось быстро убить, а вот находка удивила всех.
— Это же Гул’Дан! — произнес один из бугаев.
— Господину не повезло, — покивал второй. — Голову от жажды силы потерял.
— Ха-ха-ха-ха!
Тупицы стали ржать над этим, а вот сам молодой ученик взял череп наставника. Одного прикосновения ему хватило, чтобы ощутить мощь, исходящую от останков. Это может быть очень даже полезным.
— Уходим отсюда, — сказал Ганкорек. — Раз мастер мертв, то я тут главный. Нужно убираться, пока нас демоны не сожрали. Мрак его знает, сколько их еще вокруг бродит.
— Но снаружи Чернорукие! Они нас казнят!
— А тут демоны! — напомнил он. — К тому же у нас есть вот это, — он поднял голову. — Принесем вождю голову и попросимся обратно. Скажем, что ничего не решали и лишь из страха подчинялись Гул’Дану.
— А вождь нам потом головы не отрубит? — побледнел один из воинов. — Мне моя голова как память о маме дорога.
— Не боись, — похлопал друга второй. — У вождя не топор, а молот. Он скорее голову тебе в плечи вобьет.
— А, ну тогда все в порядке, — покивал этот идиот не поняв, что эффект будет тем же.
— А я помню, как Оргрим убивал Совет Теней. Одному чернокнижнику он молотом по яйцам заехал… Дык тот от того удара и помер, в корчах с пеной изо рта.
Парни побледнели, представив себе такую смерть. Даже самому Ядоплюю стало не по себе от такой мысли. Однако выбора у них не было. Либо идти на поклон к вождю, либо умирать тут.
Может даже и не придется.
Остальные же должны защищать вход, а потому можно будет успеть добраться до кораблей и сбежать. Пускай Чо’Галл все решает.
— Ладно, пошли отсюда.
Они двинулись к выходу, унося голову бывшего лидера с собой…
***
— Значит, говоришь, сами убили? — спросил Дал’Ренд Чернорук, смотря на голову предателя в своих руках.
— Да! Вождь! Да! Мы осознали, что больше не можем идти против Орды и убили подонка! — нервно закивал чернокнижник.
Не удивительно, ведь все остальные его коллеги были уже мертвы. Этих ребят схватили, когда закончили зачистку. Они как раз выходили и сразу же сдались сами.
Мертвый Гул’Дан выглядел забавно, и его радовала смерть этого ублюдка, но вот сказочка, рассказанная пленником, слабо вязалась с реальностью. Сын бывшего вождя может и не был таким всем из себя умником, как Оргрим, но прекрасно знал, когда его пытаются обдурить. Все же будь он идиотом, то Молот Рока давно бы поймал его на какой-нибудь провокации и убил.
— Хватит слушать эту трусливую крысу, брат! — зарычал Мейм. — Он лжет!
— И-и-и-и-и! Не надо! — завизжало это ничтожество.
Да, после того как Оргрим вырезал весь Совет Теней туда стали брать даже таких неудачников. Что тут поделать, раз почти все они стали Рыцарями Смерти. Маги были серьезной угрозой, но эти недоумки без своего лидера не смогли оказать достойного сопротивления.
— Гул’Дан мертв, умоляю, пощадите меня…
— ЗАТКНИСЬ! — закричал Мейм.
В следующий миг он выхватил топор и воткнул его в череп этого колдунишки. А затем начал просто кромсать его снова и снова. Сам Ренд на это особого внимания не обращал. Он все равно оставлять в живых никого не собирался.
Дав команду, он приказал и остальных добить, а потом стал рассматривать голову предателя. Гул’Дан, когда-то действительно вызывал восхищение и трепет, но в последние годы совсем сдал, став блеклой тенью самого себя. Сейчас вот так позорно помер.
Ренд и Мейм ненавидели этого ублюдка.
Ведь именно он манипулировал их отцом, а когда тому нужна была помощь, то
