Читаем без скачивания Правда против лжи. О Великой Отечественной войне - Александр Огнев

Серьезной проблемой для власти стала необходимость поисков нового подхода к воспитанию молодежи, который соответствовал бы новой обстановке. По данным ЮНЕСКО, в 1953 г. СССР занимал третье место в мире по уровню образования молодежи, но вместе с тем у новых — послевоенных — поколений не было такой привлекательной идеи, какая бы властно захватила их. Потребительская и иждивенческая психология стала все больше проникать в их сознание. В. Каверин писал, что «нужно так перестроить жизнь, чтобы дети рассчитывали лишь на минимальную помощь родителей», «не надеялись, что будут жить на родительский счет до 30 лет»: «Пока мы этого вещественно не почувствуем, пока наше устоявшееся, довольствующееся привычными понятиями сознание не придет к неизбежности крутых перемен, наша молодежь будет активно пополнять энергично действующее сословие нуворишей с их нездоровым стремлением к беспечному, подражательному состоянию» (Лг. 18.06.1986). Мы плохо приучали детей трудиться, по сути дела, развращали их. На Западе лучше понимали: твое чадо будет смято, выброшено на обочину, если оно не научится хорошо работать, не станет зубастым. Недаром даже многие миллионеры» отправляя учиться своих детей в университеты, не полностью обеспечивают их материально. Само собой разумеется, что они будут подрабатывать. Мы же, проявляя излишнюю заботу о своих детях, лишали их возможности в юности реально приобщиться к труду, позволяли паразитировать на нашем гуманизме немалому количеству людей. Друнина писала в миниатюре «Счастливый отец»: «И долго будешь дочку ты тянуть? Ведь на тебя смотреть, ей-богу, жалость! — Теперь-то что, теперь уж как-нибудь: До пенсии два года ей осталось!». Молодое поколение отторгалось от опыта родителей, не мысливших жизни без напряженной трудовой деятельности. Исследуя эту проблему, Президент Академии педагогических наук В. Столетов пришел к выводу: «85 % семей ориентирует детей на получение высшего образования. В этих же семьях 35 % детей частично, иной раз, от случая к случаю, несут какие-то обязанности по дому. Таким образом, значительно больше половины детей выведены за пределы благотворного воздействия труда» (Ниж1977№ 10). Изучив многие факты, И. Синицын писал о «той части молодежи, которая растет в праздности»: «Зубастый эгоизм. Горластое иждивенчество. Презрение к «предкам», которые должны «ишачить», потому что их наскипидарили» (Нс.1979.№ 1).

В 80-е гг. энергия молодого поколения перемещается из производящей сферы в более «доходные» отрасли экономики, выше стали цениться должности в торговле. Резко снизились конкурсы в технические вузы, возросли в торговые, финансовые, на экономические и юридические факультеты, которые предоставляли больше возможностей попасть в управленческую элиту. Среди молодежи становилось престижным «не лучше быть», а «лучше жить», деньги оказывались мерилом ценности человека, фирма «Мелодия» выпустила в массовое производство песню «Мани», где говорилось: «Деньги, деньги, деньги… В мире богатых людей. Всегда светит солнце. Если бы у меня было много денег, Можно было бы не работать. И вести привольную жизнь». Моральная деградация, пренебрежительное отношение к труду, убеждение, что теплое место достается только по знакомству, захватывали немалые слои молодого поколения.

Посвященный проблемам молодежи в «странах переходного периода» доклад ЮНИСЕФ констатировал, что «социальные и гуманитарные стандарты социализма были чрезвычайно высокими, порой гораздо более высокими, чем даже в самых развитых странах». Б. Минаев, привыкший поносить СССР, узнав об этом, «неохотно и почти сквозь зубы» признал, выступая в желтом «Огоньке» (№ 44.2000): «У нас было все в порядке с охраной здоровья, материнства, с образованием, с социальной адаптацией». Это было огромным достижением, но он считал бедой то, что в советское время молодые люди жили «в стране подаренного счастья, казенной заботы, приказного благополучия». Ему противны счастье и благополучие, обеспеченные политикой государства Для него «дети, построенные в пионерские колонны, были в годы перестройки одним из самых ярких символов ненавистного прошлого. Все эти галстуки, речевки, комсомольские собрания, все эти орущие на детей училки, весь этот страшный школьный мир казался четким обоснованием демократической арифметики: советскую власть — отменить, свободу — разрешить». Так воспринимали заботу советской власти о молодежи Минаев и его нетрезвые, циничные коллеги из «Комсомольской правды». Если вникнуть в суть не только этих стенаний, но и общественной атмосферы «застойных» лет, можно сделать вывод; тогда на самом деле молодым людям не хватало острых впечатлений, серьезной борьбы, ощущения, что это они сами, собственными руками добились своего благополучия и счастья. Молодежь не терпит скуки, стремится быстрее обрести полную самостоятельность. Однообразие жизни тяготит людей, не испытавших серьезных жизненных потрясений.

В СМИ культивировалось преклонение перед Западом. Усиливалось влияние американской массовой культуры, авангардистской музыки, западных кинофильмов, космополитических идей. После публикации моей статьи «Слова и словеса» в «Русской провинции» (1996.№ 2) в шестом номере этого журнала за тот год была опубликована реплика москвича В. Беляева, который писал: «Очень нужная статья А. Огнева, но, к сожалению, ее ценность снижает прискорбно знакомая манера приписать сложное общественное явление (космополитизм, американизация и т. д.) замыслу г-на Даллеса (как просто!)». Но в моей статье «так просто» это не подается. Конечно, не стоит считать, что все наши беды идут от политики США и ее союзников, но не будем отнимать и «заслуги» Запада в разрушении советской общественной системы и развале СССР. 18.08.1948 г. Совет национальной безопасности США в директиве 20/1 «Цели США в войне против России» ставил задачу подрывать «прирожденное мужество, выдержку и патриотизм русского населения», чтобы сделать Россию слабой в политическом, военном и психологическом отношении. Особое место в этом документе уделялось идеологическому, нравственному растлению советской молодежи: «Литература, театры, кино все будут изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства… Мы будем поддерживать и подымать так называемых художников, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства — словом всякой безнравственности…Будем бороться за людей с детских юношеских лет, главную ставку будем делать на молодежь, станем разлагать, развращать, растлевать ее. Мы сделаем из них циников, пошляков, космополитов». Многие российские СМИ активно помогают американцам добиваться этой губительной для нашего народа цели. Самыми непримиримыми в нападках на советский строй были комсомольские газеты, сыгравшие немалую роль в идеологической переориентации молодежи. И в целом комсомол стал одной «из самых активных сил, выступающих против партии, против армии» (СР. 11.04.1990). 21.06.1990 г. «Комсомольская правда» объявила о своем желании «опубликовать самые острые суждения в адрес нашего правительства». Она задалась целью так освещать события и проблемы, чтобы это помогало тем, кто хотел отстранить его от руководства страной, свести на нет влияние КПСС на жизнь государства.

В печати, литературе, театрах и телепередачах народная нравственность, наши обычаи не один десяток лет дискредитируются по многим направлениям, идет целенаправленное развращение молодого поколения, которое отрывается от национальных основ. В киноискусстве, театре, живописи и литературе заметно стремление растоптать русские традиции, дискредитируется верность отчей земле, оскверняются святыни, разрушается народный идеал семьи, издеваются над совестью, скромностью, целомудренностью, воспитывается презрительное отношение к русской музыке и русскому танцу. Можно с немалым основанием утверждать, что катастрофическая «перестройка», приведшая нашу державу к развалу, а миллионы людей к нищете, началась в 80-е гг. с разложения семьи. Свою роль в этом сыграли диспропорция между мужчинами и женщинами после опустошительной войны, ранний отрыв миллионов молодых людей от семьи, их маргинальное положение после отъезда из деревни в город. Серьезно ослабло влияние православной веры, которая противостоит западной экспансии, укрепляет нравственность, семейные устои, чувство любовь к родине, веру в идеалы добра и справедливости. Разрушая традиции народной нравственности, которые воспитывали у девушек целомудрие, а у юношей — бережное отношение к девичьей чести, либералы преуспели в стремлении опоганить в глазах общества идею долга перед семьей (и страной). В 50–60-е гг. господствовало мнение: вряд ли справедлива мысль о том, что любовь — при всей ее ценности — ничему неподсудна и ничто не должно ее останавливать, человек должен стремиться совладать со своей любовью, если она обрекает на несчастье других людей, мешает выполнить свой долг перед семьей или родиной. В 80-е гг. такой настрой стали оценивать негативно. В советской литературе и киноискусстве при изображении интимных отношений стала преобладать мысль о том, что любовь всегда права, а за любовь часто принимали похоть, элементарное физическое влечение. Тлетворные идеи сексуальной революции культивируют разврат, упрощенные отношения между полами, которые деформируют нравственность человека, приводят к «встречающейся» семье, к «воскресному мужу», ведут к появлению детей, воспитывающихся в детских домах при живых родителях.