Монти напряженно слушала и видела, как его лицо напряглось, а затем обмякло.
— Понимаю, — наконец сказал он. — Я не имел представления… я… понимаете ли, я уезжал и вернулся только сегодня утром. — Он бросил на Монти бесстрастный взгляд. — Да, да, не сомневаюсь, они, конечно, свяжутся с вами. Еще один вопрос. Как ребенок? Не будете ли вы так любезны сказать мне — не было ли у него, случайно, синдрома циклопа? — Он снова посмотрел на Монти. — О, конечно, я отлично понимаю. У мистера Бенчли, акушера-консультанта. Он сейчас в больнице? Понимаю. Понимаю. Да, конечно, я буду звонить ее отцу. Моему шурину. Большое спасибо. — Положив трубку, Уэнтуорт повернулся к Монти: — Сегодня утром, во время кесарева сечения миссис Кингсли скончалась. Старшая сестра отделения не может сообщить мне, был ли у ребенка, который тоже умер, синдром циклопа, но вопрос ее, похоже, не удивил. Она объяснила мне, что надо обращаться к акушеру.
Монти уставилась на него:
— Господи Иисусе. — Она прочитала на экране фамилию врача. — Доктор Пол Корбин. Мне придется встретиться с ним. Кто-то ведь должен знать об этой истории. Я сейчас поеду и скажу ему, что он должен мне поверить.
— Послать с вами репортера?
Монти заволновалась.
— Нет. Это опасно, в эту историю уже впутано много людей. Я сама к нему поеду.
— Публикация этой истории — наше самое действенное оружие, мисс Баннерман, но мне нужно собрать побольше доказательств. Чтобы мой редактор не мог отказать в публикации, какое бы на него ни оказывалось давление. Возможно, и Флит-стрит заинтересуется.
Она удивленно посмотрела на него:
— Вы уже пытались что-то опубликовать?
— Нет, но мой редактор знает об этой истории. «Центральное и Западное издательство», владелец этой газеты, уже получило предупреждение от «Бендикс Шер». Компания угрожает снять рекламу — это весьма убийственно скажется на издательстве в целом. К счастью, у моего редактора есть принципы. Если мы сможем подтвердить эту историю фактами, он опубликует ее. — Уэнтуорт сжал губы, словно сосал ириску, и задумчиво кивнул. — Службу безопасности в «Бендиксе» возглавляет неприятный тип, который и гонит волну. Майор Ганн. — Он улыбнулся. — Я поддерживаю дружбу со старым приятелем из Штаба правительственных служб связи, который снабжает меня кое-какой информацией о его разводе. Я мог бы внести в его жизнь определенные неприятности, но, наверно, это не лучшая тактика. Вы все еще готовы помогать… несмотря на то, что случилось?
— Сейчас даже больше, чем раньше, — решительно сказала Монти.
Он покрутил на блюдце свою чайную чашку.
— Скажите мне вот что. Когда вас допрашивали в полиции, вы упоминали хоть что-то из того, что я или Зандра рассказывали вам… или делились какими-то своими подозрениями?
— Нет, ничего подобного я не говорила. Ни слова.
Он расслабился.
— Сколько человек знают о вашем интересе к этой теме? В компании кто-нибудь знает?
Озабоченность его голоса заставила Монти обеспокоиться еще больше.
— Никто… разве что один коллега… но он искренне поддерживает меня.
Уэнтуорт положил ей руку на плечо и подтолкнул к выходу в коридор. Они остановились у доски объявлений, и он строго посмотрел на нее.
— «Бендикс Шер» — безжалостная компания, мисс Баннерман. — Он сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить. — Пожалуйста, будьте осторожны.
— Вы тоже, — сказала она. Во рту у нее пересохло.
Он покачал головой:
— Моя жизнь уже давно кончена. А ваша только начинается.
Монти отвернулась. Ей хотелось быть такой же смелой, какой она старалась выглядеть.
50
Брайтон, Англия. Суббота, 19 ноября 1994 года
Бар в салуне был переполнен, но Коннор и Чарли Роули нашли пустой уголок и приткнулись в самом конце зала. Они провели все утро в антикварном магазине «Древности Майкла Норманна», где Коннор опустошил свой кошелек, но он был так возбужден сокровищами этого магазина, что у него в горле пересохло.
Роули влил в глотку пинту «Флауерса». Коннор предпочел «Будвайзер».
— Чарли, начальник отдела медицинской информации — Линда Фармер… ты ее знаешь?
— Пару раз встречал.
— Что она собой представляет?
Роули сделал еще глоток пива.
— Удар дубинкой по яйцам.
— Но в «Бендикс Шер» она считается профессионалом? Как ты думаешь, она всецело предана компании?
Роули искоса глянул на него:
— Католик ли папа?
Коннор ухмыльнулся, вытащил пачку «Мальборо» и предложил ему сигарету.
Роули наклонился, чтобы прикурить от «Зиппо» Коннора.
— А почему ты спрашиваешь?
Коннор сам закурил и тщательно обдумал ответ. Хотя он считал Роули другом и знал, что тот с презрением относится к мелочной регламентации «Бендикс Шер», он толком не знал, насколько далеко заходит его презрение.
— Потому что, похоже, в «Бендикс Шер» есть два типа людей: те, кому компания основательно промыла мозги, и те, кто еще умеет мыслить самостоятельно.
— Доктора Фармер можно причислить и к тем и к другим, — сказал Роули и надолго припал к пиву. — Ты должен принять как данность, что девяносто девять процентов сотрудников компании — роботы. Из этого и исходи. И не приставай ко мне.
Коннор докурил сигарету и погрузился в размышления, пока Роули ходил к стойке за их заказом. Когда он вернулся, Коннор спросил его:
— Обеспокоит ли тебя, если ты узнаешь, что компания занимается чем-то незаконным?
Роули ткнул вилку в спагетти под томатным соусом и стал жадно есть.
— Чем, например?
Коннор пожал плечами:
— Меняет формулу лекарства и запускает его без всяких клинических испытаний.
— Какие действия ты имеешь в виду — неэтичные или незаконные? — с набитым ртом спросил Роули; его подвижная физиономия меняла выражение так же часто, как кучка спагетти, с которыми он расправлялся.
— И те и другие.
— Ну, вся фармацевтическая промышленность время от времени срезает углы. Но в принципе да, меня это беспокоит. А в чем дело? — Он выразительно поднял брови.
Коннор выудил из тунцового салата колечко лука и прожевал его.
— Что ты знаешь о службе внутренней безопасности компании? — спросил он, пропустив мимо ушей вопрос Роули.
Тот расправился с очередной порцией спагетти.
— Система на радость параноикам. Ходят самые разные слухи… и меня совершенно не удивит, если выяснится, что у них подслушивающих устройств больше, чем у Штаба правительственных служб связи. Тут даже ходят разговоры о секретном подземном этаже.
— Шутишь?
— Под водолечебницей в подвале. И говорят, там сидят сотни гномов в наушниках.
Коннор потрясенно посмотрел на него и увидел, как физиономия Роули расплывается в широкой улыбке.
— Издеваешься, да?
Роули подмигнул.
— Ты кого-нибудь знаешь, — спросил Коннор, — с завода в Рединге? Кого-нибудь из твоего одного процента сотрудников «Бендикс Шер», кто не является роботом? Такого, кому ты можешь доверять? — Коннор внимательно наблюдал за лицом Роули, ожидая и боясь увидеть выражение беспокойства и услышать обвинения в нелояльности, но Роули был совершенно открыт, разве что несколько растерян.
— Так что тебе толком надо?
Коннор рассказал ему о трех погибших роженицах, о том, что он хотел раздобыть образцы капсул «Матернокса», исследовать их оригинальный состав. Но он ничего ему не рассказал о своих подозрениях, связанных с гибелью Джейка Силса, Зандры Уоллертон и неожиданной смертью Уолтера Хоггина, только дал ему номер серии.
— Господи, сценарий, который ты тут описал…
— Я не хочу, чтобы кто-то знал о… — Коннор помедлил, не желая рассказывать приятелю слишком много, поскольку не хотел подвергать его опасности.
— Послушай, парень, — ответил ему Роули, — я могу раздобыть то, что тебе надо… тут нет проблем. Но что последует потом?
Коннор продолжал смотреть на него; Роули вел себя настолько честно и достойно, что Коннор внезапно почувствовал: он больше не в состоянии скрывать от него правду.
— Чарли… я должен тебя кое о чем предупредить.
— Я уже догадываюсь. Ты собираешься спереть формулу и удрать с ней, да?
Коннор встал и осмотрелся, но единственными людьми в пределах слышимости были сидящие неподалеку четыре пожилых джентльмена. Он снова сел.
— Послушай, я думаю, ты должен знать — два человека, пытавшиеся получить информацию, мертвы.
Роули с насмешливым ужасом вытаращил глаза:
— Ты снова о своем?
Коннор пожал плечами и, наконец решившись, все рассказал Роули. Когда он закончил, у Роули был такой вид, словно его контузило.
— Коннор, я согласен, что все это абсолютно серьезно, но, может, ты ошибаешься. Я признаю, что «Бендикс Шер» — дьявольски странная компания, но, насколько я знаю, она ничем не отличается от любого другого фармацевтического гиганта. Все они безжалостны, все они стараются обходить законы. Таковы правила этого мира, когда на кону стоят мегабаксы. — Он глубоко затянулся сигаретой и с силой выпустил длинную струю дыма. — Но чтобы убивать людей… нет, этого не может быть. Ни в коем случае, мать твою.
