План был гениально прост, затащить в укромное место Бласа, где-то на окраину центрального сада и притянуть туда Милинду и оставить их там двоих. Ну а затем, хмм… Ланежь в способностях Милинды не сомневалась. Обольстить любого у рыжеволосой бестии получалось даже закрытыми глазами, при этом не напрягая ни одного мускула на теле. Талант.
Единственное зло, что по кустам, в вечерних платьях реализовывать свои планы была слегка неудобно. Но это всё мелочи, главное свершить задуманное.
Ланежь с Глинией добились своего той ночью. Милинда всё поняла, но особо возражать против задуманного подругами не стала, но вот то, что потом случилось, стало для всех шоком.
Всё шло именно так, как задумала Ланежь, Глиния даже завидовала подруге, как просто и очевидно та распланировала действия и умно развернула всё вокруг себя, оставаясь при этом в стороне. Но эта ночь преподнесла неприятный сюрприз.
Ланежь с Глинией были недалеко от того места, где уединились Милинда с Бласом. Ланежь взяла на себя задачу, чтобы никому не дать даже ненароком побеспокоить парочку, что уединилась в уютном скверике. Глиния вызвалась ей помогать в этом, остальные девочки праздновали в паре со своими кавалерами. К одинокому скверику на смой окраине центрального сада-парка вела лишь единственная дорожка, вымощенная из красного камня, что было сейчас на руку Бель. Ведь по этому камню невозможно было пройти незамеченным. Он обладал весьма интересным люминасфосфорным действием, когда на него ступает нога флека, он светился, ночью просто пройтись по этой дорожке можно было лишь под вспышки света красного камня, что сразу выдавало пешего.
Вспышки красного камня первой заметила Глиния, Ланежь повернулась. К ним кто-то быстрым шагом приближался, по скорости вспышек камня было видно, что кто-то спешил.
— Кто же это? — преградив дорогу стала по середине Ланежь.
Сейчас невозможно было увидеть шедшего, так как дорожка была вся извилиста и по сторонам она была закрыта высокими кустами Падия, очень плотного и прочного кустарника, высотой в рост среднего флека. Подруги томились в ожидании, остался один поворот шедшему и прямая на них. Но вот раздались вспышки красного цвета сзади подруг, Глиния обернулась и подруги не сговариваясь прыгнули в кусты, спрятавшись с глаз долой. Просто так они бы конечно сквозь кустарник не прошли, но в этом месте был карман, куда смело помещалось два флека, кроме гоблинов конечно. С самых юных лет здесь Ланежь с Глинией полностью всё изучили, знали каждый метр центрального сада-парка, каждое растение здесь, лучше них только ориентировались в этом месте садовники.
Из-за того, что карман был маленьким, Ланежь с Глинией сидели на корточках. Шаги тихие, но уверенные. Женские мягкие летние сапожки сиреневого цвета, с шерсти лаксмая, золотыми бляшками и тремя красными бантами на каждом сапоге. Это была незнакомка и была она одета не в платье, в отличии от всех праздновавших. Сапоги были высокими, дальше на ноге были одеты обтягивающие сиреневые штаны, с красными вставками и подругам ещё удалось разглядеть низ куртки незнакомки. Тот же сиреневый цвет с красной окантовкой по краям. Навстречу незнакомке вышел Блас, его подруги узнали сразу по голосу.
— Ну наконец-то! — радостно сказал Блас кому-то. Эти двое остановились в трех шагах от кармана.
— Здравствуй мой родной! — нежным голосом ответила незнакомка.
— Я уже думал не доживу до утра. Ты ведь знаешь, что умираю от любви к тебе.
— Да что ты?
— Истинная правда, — практически мурчал Блас.
— Приятно это слышать. Мой маленький синий котик.
— Я предпочитаю тебя не только слышать, но и видеть и обнимать.
Затем были слышны звуки, которые можно было охарактеризовать как поцелуи. Страстные, горячие, нестерпимые…
Ланежь попыталась осторожно высунуть голову из кармана кустарника и рассмотреть незнакомку. Что же этот Блас так и не назвал её имени. Сейчас это было бы весьма кстати, её с подругой мучили вопросы, которые были естественны — «кто эта фло?» и «где же тогда Милинда, раз этот Блас свободно разгуливает по парку в одиночестве?». Это было не похоже на Милинду, уж если кто попадался к ней в сети, то так просто от неё было не уйти. Тем паче, что этот щеголь приглянулся их подруге.
Ланежь видела эту девицу со спины и та никак не желала поворачиваться. То, что это была из рода эльфов ланежь поняла сразу. Тонкая осиная талия, из длинных чёрных волос торчат острые кончики ушей, характерный признак для любого эльфа. А вот ночь скрывала все остальные черты, только камни своим сиянием подсвечивали парочку снизу, но этого света не хватало, чтобы разглядеть лицо незнакомки.
Ланежь стало даже обидно как-то за подругу. Её схватила за подол платья Глиния, затянув обратно в карман.
— Ты чего? — не поняла действий Бель.
— А куда ты вылезла? Хочешь чтобы нас заметили?
— Да я тихо и аккуратно.
— Ну да, с твоими золотыми волосами, в ночи как с маяком посреди поля.
Возразить на доводы подруги Ланежь было не чем.
— Глинь, так выгляни ты, ты у нас шатенка, тебя не так заметно будет.
— Тише говори, нас так услышат.
— Да им сейчас не до нас.
— Всё равно. Надо быть аккуратней в таких делах.
— Это с каких таких пор ты стала экспертом в делах подслушивания? — рассмеялась тихо Ланежь.
Только Глиния хотела выглянуть из их убежища, как вспышки камня известили о шагах парочки. Глиния, испугавшись обратно залезла в карман. Эта странная парочка ушла.
Ланежь вылезла вмести с Глинией из кармана и недоуменно подруги посмотрели друг на друга. Они обе не сговариваясь побежали к скверику. Милинду они застали спящей на диванчике… Однако! Как любила говорить Милинда.
Ночь закончилась полной вопросов и загадок. На утро отец пришёл к Ланежь и рассказал, что к нему ночью приходил Блас. З слов Бласа отец Ланежь понял, что того ночью пыталась совратить рыжеволосая подруга Ланежь, та самая Милинда, но якобы Блас устоял перед чарами рыжеволосой и по воли счастливой случайности, Милинда уснула в скверике не дав опорочить чистое имя Бласа. Ланежь пыталась рассказать правду отцу, но тот её слушать не стал и дал совет, чтобы та готовилась к Сплетению. Это сильно задела Ланежь, бунтарка, которая сидела у неё внутри высвободилась наружу.
Обдумав и взвесив все за и против, Ланежь решилась на отречение. Какие цели преследовал этот эльф Блас, что задумал, в этом предстояло ещё разобраться. Но сделать это сидя вот так на месте не представлялось возможным, поэтому Ланежь собралась сорвать планы этого эльфа. То, что у Бласа был кто-то, она уже не сомневалась, но больше её поразило лицемерие этого приезжего жениха. Что им движет, для чего ему нужно Сплетение с ней и потом, хватит о глобальном, пора о себе. Какая это жизнь с нелюбимым, да ещё и с наглым вруном, от которого неизвестно чего можно ожидать. Нет, Сплетения допустить никак нельзя. Только отречение, это единственный выход из создавшейся ситуации, отец хоть и будет очень зол, но потом сам всё поймёт и простит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
