успел лишь слегка по сторонам поглазеть, узнавая и в то же время не узнавая Петербург. Ох, как же непривычно для моих глаз выглядит сейчас главная улица города! Некоторых домов, которые я помню из той жизни, просто нет, фасады других смотрятся иначе. Магазинные вывески без электроподсветки, рекламных щитов и светофоров нет. Но вполне узнаваемы Аничков мост с конной композицией, Гостиный двор и Пассаж, а Казанский собор вообще один в один с тем, что я оставил в будущем. Кстати, погода радует: здесь значительно теплее, чем в Москве, по ощущениям где-то чуть ниже нуля по Цельсию.
Ну и наконец-то мы добрались до нашего нового места жительства. Надо признать, квартирка у графа немаленькая, мне и Софе было выделено по отдельной комнате, а сестрёнка со Светланой расположились вместе. Пока разбирались с вещами, пока приводили себя в порядок, тут и ужин подоспел. А после мы болтали обо всём на свете. Графу рассказали о дороге и о наших планах на ближайшее будущее, он поведал о петербургских новостях. В результате за разговорами вечер пролетел незаметно, и Вяземский, откланявшись, отбыл к себе.
А утром, позавтракав, мы со Светой и Машулей, оставив Софу с графом наедине, двинулись на осмотр ближайших окрестностей. Вяземский обещался прибыть позже, дела у него, вот мы до его приезда и погуляем. Сестрёнка тянула нас на Дворцовую площадь, ей хотелось увидеть Зимний дворец, но я предложил другой маршрут: по Невскому до Фонтанки, с заходом в Пассаж и Гостиный двор. Потом уж по набережной Фонтанки и Невы дойдём до Зимнего.
Пассаж меня не поразил, каким он предстал передо мной сейчас, почти таким же и останется в будущем, различий с двадцать первым веком не много. А девчонкам он понравился, поэтому они меня быстро бросили и помчались "инспектировать" местные лавочки самостоятельно. Встретиться договорились у выхода. Ой, да пусть одни скачут! Меня хоть доставать не будут, да и денег меньше потратят — у них только мелочь на кармане.
Примерно через пятнадцать минут разглядывания витрин и маленьких нарядных ёлочек, стоящих тут и там в китайских вазах, сделанных из бумаги, моё внимание привлёк разговор встретившихся недалеко от меня господ.
— Путилов! Николай Иванович! Никак решились новую трость присмотреть?
— Нет, дорогой Валерий Игнатич, всего лишь перчатки купил. А вы какими судьбами?
Дружественная беседа неторопливо продолжалась дальше, а я пытался понять, чем же она привлекла моё внимание. Такое ощущение, что один из этих господ мне смутно знаком. Стоп! Путилов? Николай Иванович? Ох ё-кэ-лэ-мэ-нэ... да ведь это ж тот САМЫЙ Путилов! Заводчик и промышленник собственной персоной! Приятель старшего Патрушева. Теперь понятно, почему он мне показался знакомым. В Красноярске я по памяти пробовал нарисовать его портрет, но получилось не очень хорошо.
Господа, пожав друг другу руки, расстались, а я в каком-то заворожённом состоянии всё не мог отвести глаз от Путилова. Мой пристальный взгляд не остался без внимания — на меня посмотрели с удивлением. Чёрт, до чего ж неудачно мы встретились! Я планировал предварительно собрать более детальную информацию о жизни этого замечательного человека и уж затем идти на контакт. Теперь же поздно что-либо менять. Отвернуться и пойти своей дорогой? И как я потом объясню, почему не узнал его при первой же встрече, причём столкнувшись лицом к лицу?
Ай, была не была! Я шагнул навстречу. Сама собой по лицу расползлась улыбка.
— Николай Иванович?
Путилов вскинул брови в ещё большем удивлении:
— Мы знакомы?
Постаравшись браво кивнуть головой и щёлкнуть каблуками, я представился:
— Александр Патрушев к вашим услугам! В Красноярске получил ваше письмо, но решил не отвечать, так как собирался приехать в Петербург лично.
— Патрушев? Александр? Бог ты мой! Я уж думал, никогда тебя не увижу. Пишу-пишу во все места, и ни одного ответа. Давно ли ты приехал?
— Вчера. А в субботу хотел навестить вас.
Фу, Саша, соврал и не поморщился. Как-то легко это у тебя получилось.
— Почему не сегодня?
— Занят пока. Надо решить кое-какие вопросы.
— Вот как! А где остановился? Все квартиры в доме вашего папеньки, как я знаю, сдаются.
От новой информации в моей голове промелькнул ворох мыслей. Какой ещё дом "моего" папеньки? Канский городничий ничего про городской дом Патрушевых не говорил. Может, не знал? Вот, блин! Ладно, после разберёмся.
— У графа Ростовцева, на Невском, двадцать.
— Так это замечательно! Мы нынче рядом живём. Снимаем квартиру на Большой Конюшенной, в доме Норовой.
Слово за слово, и рассказал я Николаю Ивановичу вкратце, как жил и живу, а под конец разговора клятвенно заверил, что в субботу обязательно у него обедать буду и подробно об остальном поведаю. Он спешил по делам, поэтому наша беседа продлилась недолго.
— Прекрасно, прекрасно! Ждём тебя с нетерпением. Катенька будет очень рада.
Напоследок, ещё раз окинув меня долгим взглядом, он усмехнулся:
— Экий ты стал... мо́лодец!
Я смотрел вслед уходящему Путилову и размышлял. Вот так строишь планы, строишь, а потом слепой случай их рушит в один миг. Теперь придётся серьёзно готовиться к субботе. Постепенно я начал корить себя за то, что не пошёл вначале на Дворцовую площадь. Согласись я с Машулей, и эта встреча не состоялась бы, события продолжали бы идти своим, запланированным порядком. Но тут в памяти всплыла строчка однажды прочитанных стихов: "А боги смеялись всё утро и вечер — смешила их фраза: "Случайная встреча"27. Что ж, видать, судьба в этой жизни не даёт мне расслабляться, подгоняет постоянно — то золотишко подкинет, то заводик, то друзей хороших. Сейчас вот знаменитого заводчика в помощь предлагает.
Так ты уж, это... Сашок. Не подкачай, в общем. Соберись с мыслями и наладь контакт с лидером петербургской промышленности.
Остальное время прогулки я провёл в изрядной задумчивости. До субботы один день, не считая сегодняшнего, надо составить план встречи. Предстоит рассказать семье Путиловых о старшем Патрушеве, а известно мне о нём совсем немного. Наверно, нужно больше на эмоции давить, а не на конкретную информацию. О планах своих, полагаю, не помешает поподробнее рассказывать. Ха, планов у нас громадьё, не на один день говорильни хватит.
Как Машка со Светланой ни старались отвлечь меня от навязчивых мыслей, ничего у них из этого не вышло, а Гостиный двор, куда мы зашли, не особо развлек. Товаров кучи и в прямом, и в переносном смысле, и, пожалуй, в другое время они, несомненно, привлекли бы моё
