— Кто ты такая? — В ее голосе явно слышалась угроза.
Вместо ответа я натянула тетиву, целясь в нее огненной стрелой.
— Опусти лук — или принц умрет, — решительно сказала Хуалин и махнула рукой стоявшему рядом воину, который тут же прижал кончик копья к шее Ливея.
Я тут же ослабила тетиву — и огненная стрела исчезла.
Взгляд госпожи Хуалин скользнул по луку Огненного феникса, а затем остановился на моем лице.
— А-а-а… Это тебя зовут первым лучником, верно? Я слышала о твоем мастерстве. — В ее голосе явно читалось любопытство. Скорее, даже неподдельный интерес. — Жаль, что ты растрачиваешь свои способности впустую на службе Небесной империи.
— Откуда ты обо мне узнала? — Я была не настолько тщеславна, чтобы верить, будто слава обо мне докатилась до этих окраин.
Она не ответила, а просто слегка постучала по подбородку пальцем, словно что-то обдумывала.
— Твои старания защитить наследного принца достойны восхищения. Но стоит ли рисковать, если в конце тебя ждет смерть? Забудь о нем. Присоединяйся к нам и помоги уничтожить Небесную империю. Тебя хорошо вознаградят в Царстве демонов. Ты сможешь заполучить любые должность и звание.
— Никогда, — не раздумывая выпалила я.
А уже в следующее мгновение мысленно отругала себя за то, что так глупо раскрылась. Мне стоило притвориться, будто я заинтересовалась предложением госпожи Хуалин, завоевать ее доверие и выждать подходящее время для побега. Но моя главная слабость заключалась в том, что если я что-то воспринимала близко к сердцу, то переставала мыслить логически.
На ее губах медленно расползлась улыбка.
— Ох, дело не только в верности и долге, ведь так? — выдохнула она с нотками восторга в голосе. — Воин влюбился в члена императорской семьи? Да что ты можешь предложить Небесному наследному принцу, кроме как посвятить свою жизнь службе ему?
— Ты ничего не знаешь, — встрял в разговор Ливей. — Синъинь, уходи. Сейчас же. — Последние слова он произнес с мольбой, но в его голосе слышалась настойчивость.
Вот только если я уйду, он умрет. В одиночестве.
— Ах, Ваше Высочество. Похоже, ваша репутация не так чиста, как мне казалось, — усмехнулась госпожа Хуалин. — Неужели ты развлекался с простолюдинкой, которой и надеяться не стоило, что она может стать твоей женой? Ты действительно сын своего отца. Так же, как и он, срываешь цветы ради собственного удовольствия, но стоит им начать чахнуть, тут же от них избавляешься.
Она повернулась ко мне, пронзая меня пытливым взглядом.
— Ты знаешь, что он помолвлен? Причем с особой императорских кровей, обладающей красотой, властью и обаянием. Трофей, ради которого он готов пожертвовать своей жизнью… так же, как ты сейчас рискуешь своей ради его спасения.
Каждый комплимент принцессе Фэнмэй причинял мне боль, как в ночь их помолвки. Я считала, что избавилась от подобных чувств, но если они так легко возродились вновь… Так была ли я когда-то свободной? И тут меня пронзила ужасная мысль, что в злобных словах Хуалин есть частичка правды. Я пришла сюда спасти Ливея, но встречу лишь свою смерть. И что будет с мамой, если я умру? Она никогда не узнает о моей жалкой судьбе, проведет вечность в тщетном ожидании… сначала встречи с отцом, а теперь и моего возвращения. Так почему я пожертвовала всем ради того, кто предал меня? Того, кто, возможно, никогда не любил меня по-настоящему?
Но тут я заметила, как заблестели ее глаза, и задумалась. Госпожа Хуалин специально подначивала меня, озвучивая мои самые мучительные мысли… которые терзали меня темными ночами. Она хотела вызвать ревность, заставить меня усомниться в собственной значимости, чтобы ненависть нашла лазейку к моему сердцу и вонзила в него свои когти. Я сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. Мне стоило чем-то заинтересовать ее, выиграть время для верного выстрела или спровоцировать на опрометчивый поступок. Но при этом не следовало допускать, чтобы она вновь обратила внимание на Ливея и завершила то, что мне пока удалось прервать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вы правы, нас когда-то связывали отношения, — запинаясь, призналась я. — Но сейчас наши пути разошлись.
— Это он так решил или ты? — На ее лице появилась улыбка, словно она уже знала ответ.
Я отвела взгляд, потому что ее вопрос задел меня сильнее, чем хотелось.
— Насколько бы проще жилось без любви, — сказала госпожа Хуалин так, словно я была ее близкой подругой.
Словно мы обе так считали.
Ее слова заставили меня задуматься. Жилось бы мне проще, если бы я закрыла сердце от любви… всей возможной любви? Разве я не задавалась этим вопросом в последние несколько месяцев, страдая от потери? Да, самую сильную боль я испытала, расставаясь с любимыми. Но все же… Мои самые счастливые дни тоже были связаны с ними. Поэтому я бы не стала с ней соглашаться. Вот только госпожа Хуалин видела между нами какую-то связь. Неужели она считала, что мы чем-то похожи? Такая мысль вызвала у меня отвращение, но я решила действовать осторожно и поддерживать эту иллюзию, чтобы усыпить бдительность противницы.
— Возможно, вы правы, — сказала я, добавив в голос суровые нотки. — Любовь принесла мне лишь боль.
— И мне. — Госпожа Хуалин тяжело вздохнула. — Меня не интересовала любовь императора, но он продолжал осыпать меня ложными обещаниями, пока во мне не проснулись ответные чувства. Испытав боль и страх, я ждала его появления, чтобы утешиться в объятиях. Но он так и не появился. Из-за него я лишилась всего, и меня больше ничто не могло порадовать. Будь у меня выбор, я бы предпочла, чтобы император умер, чем сама испытала такую боль. Поэтому сейчас мне хочется лишь одного — отомстить за свое унижение.
Она произнесла свою речь с такой страстью, что я едва не отшатнулась. Слова звучали не как проклятье, сказанное в пылу гнева, а как страстное желание, вырвавшееся из глубин сердца.
— Они никогда не изменятся, — низким доверительным тоном продолжила госпожа Хуалин. — Мужчины из императорской семьи горды, холодны и непреклонны. Если их любовь остыла, то уже не возродится вновь. Спроси себя: почему ты пришла сюда? Чтобы он мог лелеять свои воспоминания после того, как женится на своей принцессе? Или получить повод выдавить слезу над твоей могилой? Такая ничтожная благодарность за столь великую жертву. Не трать свою жизнь впустую.
Она и правда считала, будто мы похожи. Что обе увязли в путах безнадежной любви. Что меня тоже отвергли… Причем сделал это сын ее жестокого любовника. Что я отправилась спасать Ливея, наивно веря, будто это поможет вернуть утерянные отношения.
Я прикусила губу и сжимала зубы все сильнее и сильнее, пока теплая соленая кровь с металлическим привкусом не наполнила рот. Да, я, как и госпожа Хуалин, не искала любви. И меня вполне устраивала жизнь без этих эмоций. Но любовь подкралась ко мне и наполнила мои чувства, пока я не увидела красоту в опавшем цветке и не начала восторгаться грозой. Вот только за испытанное счастье я в десятикратном размере заплатила страданиями. И даже после исцеления на сердце остались шрамы, которые вновь начали кровоточить от одного прикосновения Ливея.
Так почему я пришла сюда? Вопрос госпожи Хуалин эхом отдавался у меня в голове. Направляясь сюда по следу принца, я понимала, что столкнусь с опасностью, но не задумываясь побежала к нему на выручку. У меня даже мысли не возникло улететь отсюда без него. И больше заботила его безопасность. В одном госпожа Хуалин ошиблась. Я не пыталась вернуть Ливея обратно. Но двигала ли мной дружба, как я себя уверяла? Или чувство долга и желание отплатить за его доброту? Ответ на эти вопросы ускользал от меня, прячась в дальних уголках сердца.
Я подняла голову, наши с Ливеем взгляды встретились… и меня словно ударом молнии пронзило осознание того, что мне так хотелось понять. То, с чем я так страстно боролась раньше. То, о чем страшилась узнать из опасений, что это станет моей погибелью. Те самолюбивые слова о принципах и долге оказались ложью. Сплошной ложью.
