у нее была книга. «Маленький домик в большом лесу».
– Я читала ее, – сказала Сара вместо того, что собиралась. – Хотя «Долгая зима» всегда нравилась мне больше.
– И мне тоже, – тихо отозвалась девочка.
– Вот видите? – обрадовался мужчина. – Мы уже друзья.
– Те, кто говорит об этом вслух, обычно не друзья никому, – возразил Казимир.
Мужчина облизнул верхнюю губу – да так и прилип к ней языком, словно задумался глубоко. Потом повернулся к девочке и вопросительно поднял брови. Девочка пожала плечами, и тогда отец – если это, конечно, был он – снова посмотрел на Сару и Казимира.
– Я вот думаю, – сказал он, все еще очень дружелюбно, – вдруг вы двое – именно те, кто сможет рассказать мне хоть что-нибудь про драконов?
Двое удивленно переглянулись, а потом Сара удивилась еще больше, услышав, что ответил ему Казимир:
– Зависит от того, насколько сильно вы хотите остановить одного такого.
Чтобы добраться до Беллингема, Малкольму понадобилось всего-то четыре попутки. В каждой из них был только водитель. Первый попытался обратить его в христианство. Еще два хотели секса. Один все ходил вокруг да около, то пошучивал, то ронял скабрезности, зато другой – не прошло и пяти минут – расстегнул штаны и выложил наружу все свое добро.
– Хочешь ехать – будешь платить, – коротко объяснил свои действия он и попытался нагнуть Малкольма лицом вниз.
Лезвие у яремной вены обеспечило пассажиру еще двадцать миль тишины и спокойствия, но в результате Малкольм почувствовал себя таким грязным (из-за поступка шофера и своей реакции, сколь бы оправданной она ни была), что заставил высадить себя задолго до конечной цели пути.
Да что не так с этим миром, а? Драконов тут нет, и мужчины решили, что справятся с их обязанностями самостоятельно?
К счастью, четвертый водитель оказался вполне приличным человеком.
– Я тоже когда-то путешествовал автостопом, – сказал он. – Оказалось, это совсем не так весело, как я думал.
– В этом вы не ошиблись, сэр, – угрюмо ответил Малкольм.
После вполне приятно проведенной пары часов Малкольма высадили у телефонной будки на окраине Беллингема.
– Надеюсь, ты найдешь, что ищешь, сынок, – бросил на прощанье водитель, вывесившись из окна и кивая Малкольму.
– Я тоже, сэр, – ответил он и, подождав, пока машина отъедет, вошел в будку и раскрыл телефонный справочник.
Маловероятно, конечно, но если есть хотя бы шанс – хотя бы единственный шанс! – он просто обязан попытаться. Название этого городка на самой границе с Канадой слетало с губ Митеры Теи не раз и не два за последние годы. По многочисленным неявным намекам Малкольм понял, что именно отсюда он и родом. Здесь он потерял родителей, и здесь кто-то из Верящих – Митера Тея, конечно, всегда говорила, что это была она, – нашел его и вовлек в жизнь церковную.
Плюс один-единственный раз за все его семнадцать лет Митера Тея обронила одно-единственное имя – сказала, ему еще повезло, что она не отослала его к «мерзким дальним родственникам бедных покойных мистера и миссис Оттавиано…». Тут она осеклась, замолчала и отказалась отвечать на кучу вопросов, которыми он, конечно, тут же ее засыпал… и впредь вела себя осмотрительно.
Но он не забыл. Он никогда ничего не забывал.
Оттавиано – не самое обычное имя.
И в беллингемской телефонной книге оно встречалось только один раз.
Малкольм отправился по указанному адресу – в полной уверенности, что все окажется ошибкой, что справочник безнадежно устарел и даже если нет, там наверняка будут «мерзкие дальние родственники»… – но он все равно пошел. И пришел. И увидел аккуратный маленький дом в симпатичном районе.
Он долго стоял и разглядывал его через улицу. Наверное, полчаса, не меньше.
А потом открылась парадная дверь.
И на крыльцо вышел он сам.
– Вот и еще один чужак у меня в доме, – сказала Дарлин, протягивая кружку с кофе мужчине, который отрекомендовался агентом Дерновичем. «Федеральное бюро расследований, мэм».
Кружку с какао получила приехавшая с ним маленькая девочка – настолько очевидная дочка, что хоть именную бирку привешивай.
– Извините за доставленные хлопоты, миссис Дьюхерст. Но сдается мне, наше появление на ферме вас не особенно-то и удивило.
– Всего день спустя после того, как над ней пролетел дракон? – пожала плечами Дарлин; голос ее, решила Сара, звучал чуть ли не довольно. – А на порог ко мне пришла моя мертвая дочь? Нет, не особенно.
– Да, мэм, именно в такой вот день. – Агент вытащил небольшой блокнот. – Если позволите, я бы хотел задать несколько вопросов.
– Мы согласились обменяться информацией, – подал голос Казимир. – А не просто ответить на ваши вопросы.
– Я, насколько мне помнится, вообще ни на что не соглашалась, – сказала Дарлин.
– Он много чего знает, – возразила Сара. – И возможно, сумеет нам помочь.
Новый гость оказался на диво прям и откровенен – в том, что касалось драконьей угрозы и намерения ее остановить. Он искал что угодно – любой ключ, любой ответ, любую помощь, чтобы только не допустить повторения судьбы крошечного городка в горах. Казимир единолично решил, что ситуация «слишком серьезна для всяких экивоков», и пригласил его внутрь.
– В чем именно помочь? – скептически осведомилась Дарлин.
– Предотвратить очевидную и насущную опасность, грозящую нашим жизням, мэм. И, поверьте, мне нелегко сказать такое в присутствии моей дочери.
– Все в порядке, папа, – девочка на миг оторвалась от своей книжки. – Я видела, что он сделал с Пайндейлом.
– Тот город из газеты? – ахнула Дарлин. – Ты там была?!
– Это наш дом, – коротко ответил агент Дернович.
– Был, – уточнила девочка, глядя в книгу.
Папа ласково положил руку ей на затылок и погладил.
– Значит, вы видели ее своими собственными глазами, – вздохнул Казимир.
– Ее? – вскинулся агент.
– Так я и думал, – улыбнулся Казимир. – Вы знаете меньше, чем утверждаете.
– Понятно, – улыбнулся в ответ и агент. – Что ж, умно. – Он прочистил горло. – Полагаю, нам стоит начать с того, что я действительно знаю. А потом вы, люди добрые, сможете заполнить лакуны.
Глубокий вдох – и прыжок сразу на глубину.
– Что, если я вам скажу: эта вселенная – не единственная из существующих?
От шока у него похолодело внутри. Малкольм поскорее шагнул за раскидистый рододендрон, чтобы его, не дай бог, не увидели. Честно говоря, он не исключал вероятности хлопнуться в обморок, так что пусть хотя бы прикрытие будет в виде куста.
Другой Малкольм запер дверь и как ни в чем не бывало зашагал по подъездной дорожке, беззаботно крутя на пальце брелок с ключами.
Он был, пожалуй, помясистее – прямо-таки дюжий парень… ну, почти. Питался он явно лучше, чем
