Она провела руками по лицу, а потом откинулась на спинку сиденья и стала глядеть в потолок. Похищение и убийство, крысы, бордели, шлюхи. Обычный, ничем не примечательный день в мире лондонских районов бедноты. Как далеко она отошла от этого всего за шесть лет! Если Бог есть… Нет, даже если Бога нет, она больше никогда в жизни сюда не вернется!
– Извините, что помешал, ваша светлость.
Тристан стремительно обернулся и обнаружил, что дворецкий, стоя в дверях кабинета, держит в затянутой в перчатку руке какую-то бумагу.
– Это только что доставили.
С забившимся сердцем Тристан шагнул к двери и взял записку.
– Посыльный принес письмо к дверям кухни и сказал, что в нем содержится что-то очень важное.
Тристан развернул сложенный листок и обнаружил на нем адрес, нацарапанный незнакомым почерком. Больше там ничего не оказалось: ни инструкций, ни угроз, ни обещаний; впрочем, в этом не было необходимости.
Быстро подойдя к столу, Тристан вручил записку герцогу.
– Френч, – обернулся тот к дворецкому, – пожалуйста, скажи Джону, что я скоро отправлюсь.
Когда дворецкий с поклоном удалился, герцог негромко заметил:
– Это где-то в Уайтчепеле.
– Вы можете узнать здание?
– Ну, сам я там не бывал…
– Не важно, – отозвался Тристан и, вынув револьвер из ящика стола, проверил барабан. – Я это место найду. Если вы отнесете эту-записку лорду Ноуланду в Скотленд-Ярд и попросите, чтобы он встретился со мной там, я буду вам очень благодарен.
Герцог не спеша сложил записку.
– Пусть туда сбегает кто-нибудь из ваших слуг, а я отправлюсь с вами.
Тристан прекрасно понимал, каковы соображения Райленда: на месте герцога он тоже не согласился бы играть роль посыльного. Однако существует огромная разница между участием в спасении и участием в мести.
Закрепив револьвер на поясе, Тристан взял со спинки стула сюртук.
– Когда все это закончится, моя мачеха скорее всего будет трупом, – объявил он будничным тоном, просовывая руки в рукава. – Если окажется, что вы при этом присутствовали, вас сочтут пособником – и это еще в лучшем случае, а в худшем вы окажетесь сообщником. Что до скандала, то он гарантирован даже с большей вероятностью, чем судебный процесс.
– Скандалы забываются и проходят, а что до вопросов законности… Данные под клятвой показания герцога имеют немалый вес. Если суд и состоится, то он окажется очень коротким.
Дольше сопротивляться не имело смысла. Кивнув в знак согласия, Тристан забрал у герцога записку и направился к двери.
Поспешно спрятавшись за стволом старого дуба, Симона осторожно выглянула из-за него. Обрывки и фрагменты разговоров, мимолетные взгляды и жесты стремительно вставали в ее памяти, сдвигая кусочки мрачной, уродливой мозаики на неоспоримо верные места.
Гневные слезы навернулись ей на глаза, но она поспешно смахнула их и, наклонившись, достала кинжал. Держа рукоять так, чтобы клинок прилегал к внутренней стороне предплечья, она начала пробираться вдоль стены дома, выискивая открытое окно, чтобы сделать то, что сделать необходимо. А сожалеть можно будет и потом.
Парадная дверь резко распахнулась. Секунду Тристан изумленно думал о том, какого черта дворецкого понесло на улицу, и вдруг его сердце захлестнула волна облегчения.
– Эм! – воскликнул он, распахивая объятия. – Слава Богу!
Лицо Эммалины резко сморщилось, и она с тихим плачем бросилась в его объятия, а потом спрятала лицо у него на груди.
Тристан крепко прижал сестру к себе, потом взял за плечи и чуть отстранил, чтобы осмотреть ее с ног до головы.
– С тобой все в порядке?
– Да-да, все хорошо, – она поспешно кивнула, – но матушка захватила Симону и Сару. Я не могу тебе сказать, где они, потому что не знаю улиц, но я могу тебя туда отвести.
– Хорошо. Скажи только, как тебе удалось сбежать. Тут Эм подозрительно посмотрела за спину Тристану.
– Не бойся, это герцог Райленд, – пояснил Тристан, – опекун Симоны.
– Матушка меня отпустила, – пролепетала Эммалина, прерывисто дыша и быстро обшаривая взглядом вестибюль. – Она посадила меня в наемный экипаж, велела ехать домой и притвориться, будто я ничего не знаю, иначе меня ждет смерть. – Судорожно вздохнув, Эм жалобно посмотрела на брата. – Она сошла с ума, Тристан, причем совершенно бесповоротно! Ты должен ее остановить!
Тристан с трудом подавил раздражение, напомнив себе, что Эмми – существо хрупкое и случившееся больно ранило ее душу.
– С Симоной и Сарой все в порядке? Люсинда не причинила им вреда?
– С ними все было в порядке, когда я в последний раз их видела. Они были связаны, но целы.
– Френч! – позвал Тристан дворецкого. – Пусть кто-нибудь из слуг немедленно доставит записку лорду Ноуланду в Скотленд-Ярд и передаст, что леди Эммалина на свободе.
– Сколько человек наняла леди Локвуд? – поинтересовался Райленд.
– Не знаю, – вздохнула Эммалина.
– А сколько человек напало на вас в оранжерее?
– Двое. Впрочем, какая разница? Вы тратите драгоценное время, задавая мне эти глупые вопросы, а там…
– Ты останешься здесь, Эм. – Тристан взял сестру за локоть и, проведя в кабинет, усадил ее в кресло. – Сделай глубокий вдох и немного приди в себя, а я распоряжусь, чтобы тебе подали чаю. Обещаю, мы вернемся вместе с Симоной раньше, чем ты успеешь его допить.
Эммалина резко вырвала руку:
– Сперва я должна отвести вас туда!
– Думаю, это совсем не обязательно, – мягко произнес герцог. – У нас есть адрес, который прислала ваша матушка.
– Я не… – Эммалина сделала короткий вздох и стала нервно мять юбку. – Но…
Неожиданно в сознании Тристана зазвучал сигнал тревоги. Эм явно на грани паники и почему-то упрямо хочет, чтобы они действовали по ее плану, хотя они ей все объяснили, успокоили ее и убедили, что она в безопасности.
Тристан быстро взглянул на герцога.
– Но что, Эммалина? – настойчиво поинтересовался он. – Может быть, ты хочешь что-то рассказать про Симону?
Внезапно его взгляд привлекла стройная фигурка в темном костюме, появившаяся в этот момент в дверях.
– Симона, слава Богу!
– Кое-чего Эмми не знает, – негромко проговорила Симона, медленно входя в комнату. – Ее мать уже успела послать за тобой.
Тристан перевел взгляд на Эммалину: в ее лице не осталось ни кровинки, а глаза, устремленные на Симону, были полны паники.
– Эмми приходится на ходу придумывать новый план, – продолжила Симона, медленно идя к ним. – Потому что она не рассчитывала найти здесь Дрейтона, и это сразу осложнило дело. Все рассыпается, и она суетится, пытаясь хоть что-то спасти.
