и продемонстрировав свою мощь всему миру. Показав, что даже великим державам, придется сильно постараться, чтобы отобрать у молодого князя его новую игрушку.
Герцог взглянул в указанном направлении, только сейчас обратив внимание на неестественную пустоту центра огромного мегаполиса для этого времени суток. Он заметил это раньше, но как-то мельком, подумав о предпринятых мерах безопасности службой охраны. Но для этого не обязательно закрывать весь проспект, достаточно перекрыть прилегающие к ратуше улицы.
— Вы полагаете, будет нечто военного парада? — уточнил он, уже другим взглядом окидывая здания, украшенные клановыми штандартами Дома Мещерских.
— Уверен в этом. И скорее всего будет вестись трансляция на весь ГлобКом.
Герцог кивнул, но как-то отрешенно, словно думая о чем-то другом.
— Думаете идея с Коалицией оправдает себя? — резко спросил он, повернувшись к бывшему главному политику всего Южного полушария.
Вогер помедлил, сменил теплый бокал шампанского на холодный у проходящего мимо официанта, еще раз окинул людей на террасе рассеянным взглядом, отметив строгие смокинги мужчин и элегантные платья женщин, и лишь после этого ответил:
— А у нас уже нет выбора, дорогой герцог. Намерение объявлено, все заинтересованные лица об этом знают. Сдавать сейчас назад, все равно, что рисовать мишень на спине. И можете поверить моему опыту — рано или поздно обязательно найдется охотник, который захочет туда выстрелить, — он сделал глоток и любезно улыбнулся, проходящей мимо супружеской паре, знакомой еще по старой жизни, когда он был хозяином Скайфолла.
Помрачневший герцог, наоборот, отвернулся, вновь уставившись на свисающие с высоток гербовые стяги навязанного союзника. Теперь он смотрел на них без всякого восторга. Хотя до этого, как коллега понимал молодого лорда, пожелавшего установить свой знак везде, где это только можно, тем самым показывая, что город отныне принадлежит ему. Старинные традиции, пришедшие из глубины веков, всегда импонировали консервативному властителю рода Валенштайн.
— Повернем назад, и нас раздавят, поверьте, желающие найдутся, — повторил Вогер и указал на другой конец террасы, где кучковалась группа мужчин в деловых костюмах, от которых за милю несло корпорантами: — С другой стороны, мы будем не одни. Global Alliance уже дал принципиальное согласие на вхождение в союз. Если приложить немного усилий и правильно расставить приоритеты, уверен за ними потянуться остальные корпорации, которым выгода упорядоченная стабильность в Колониях, — экс-губернатор помолчал, сделал глоток и рассуждая заметил: — Война, знаете ли, вредит бизнесу. Они все конечно корыстные ублюдки, но возможностей и ресурсов у них хватает. При поддержке крупных корпораций вполне реально установить новые правила.
Уголки рта герцога скептически изогнулись.
— Против великих держав это сборище торгашей ничего не стоит. Как только сюда заявятся имперские представители, они разбегутся, как испуганные мыши, при появлении кота.
Вогер невозмутимо пожал плечами.
— Возможно. А возможно и нет. Вы даже не представляете, насколько человек становится храбрым, проявив толику самостоятельности. Почувствовав власть и возможность принимать решение самостоятельно, даже самый робкий обретает в себе силы возразить, сказав — нет.
— Корпорации это не один человек, а совокупность многих интересов, в первую очередь для извлечения прибыли. Почуяв, что их этой прибыли могут лишить, даже самый храбрые корпоранты сдадут назад, — возразил герцог.
— Поэтому нужны вы, имеющий давнюю историю уважаемого клана. Вместе с Домом Мещерских вы образуете пару, на которую корпорации смогут опереться, тем самым показывая, что вовсе не ведут собственную политику, пытаясь подорвать имперскую систему, воздвигнув на ее осколках нечто совершенно иное, основанное на личном богатстве, а не на знатности рода. И что они являются всего лишь союзником двух старейших семейств, бывших плоть от плоти высшей аристократии, — Вогер тонко улыбнулся. — Повертье, при подобной интерпретации, даже сами Метрополии будут видеть в Коалиции лишь попытку взять под контроль ресурсы Южного полушария, а не попытку переделать старую систему, отправив ее под снос.
Герцог остро взглянул на собеседника.
— Но вы похоже считаете иначе. Думаете, наш общий молодой друг, собирается бросить вызов имперскому покровительству? Обойтись без инспекторов, направив ресурсы по другим маршрутам?
Экс-губернатор вдруг стал необычно серьезным.
— А зачем еще так рисковать? Чтобы занять мой пост? Глупо, юного лорда в любой момент смогут снять, и он это знает. Нет, думаю задумка намного сложней. И один из первых этапов стали поставки оружия японским повстанцам. Выбив державы из островного протектората, мятежники получили невообразимые промышленные мощности. Заводы не могут простаивать, но куда-то ведь в конечном итоге продукцию надо сбывать?
Последняя фраза повисла в воздухе вопросом, предлагая слушателю самому додумать ответ. По лбу герцога пролегла морщина. До него и раньше через клановую разведку доходили слухи о том, что мятеж на Японских островах кто-то искусно подогревает, снабжая повстанцев современным вооружением. Но таинственный кукловод всегда оставался в тени. И вот похоже, людям Вогера удалось дотянуться до другого конца ниточки, обставив шпионов клана Валенштайн. Что в целом неудивительно, в свое время находясь на посту губернатора, Вогер успел плотно окутать своими сетями Колонии, и до сих пор пользовался старыми связями.
— Если это правда, его раздавят, — мрачно сказал он, подумал и добавил: — И нас вместе с ним, и со всей Коалицией.
Вогер усмехнулся.
— Вы удивитесь, если я скажу, что некоторые Метрополии в курсе, но никак не препятствует этому?
Герцог бросил на собеседника быстрый взгляд.
— Руса Империум?
Экс-губернатор коротко кивнул.
— И не только. По моим сведениям, разведки как минимум еще двух империй знают, кто стоит за беспорядками в Японском протекторате. Но как видите не мешают этому.
— Но почему? Они же теряют столько производственных площадей, — не понял Валенштайн.
Вогер пожал плечами.
— Скорее всего ждут, желая воспользоваться ситуацией к собственной выгоде. Не забывайте, между собой Метрополии тоже ведут войну, и ослабление соперника всегда хорошо во время боевых действий. Впрочем, это всего лишь мои догадки, — он резко замолчал и подался вперед, подходя вплотную к перилам. — Кажется начинается.
На улицах словно открыли шлюзы, толпы народа хлынули на тротуары с обоих сторон проспекта, едва сдерживаемые кордонами полиции. До террасы долетели радостные крики.
