Читаем без скачивания Звёзды - Юэ Ци

Но после одиннадцати часов вечера в день сдачи плана произошла очень странная вещь: Ма Цинь подняла руку, чтобы взглянуть на часы, и ей показалось, что стрелки слабо светятся. Она носила кварцевые Swatch'и с люминесцентным покрытием на стрелках. Принцип его действия был предельно прост: после поглощения определенного количества высокоэнергетических лучей оно излучало фосфорический свет. Вообще говоря, любые флуоресцентные материалы заряжаются частичным ультрафиолетовым солнечным светом в течение дня. Но у Ма Цинь часы были очень дешевые, а покрытие – почти бесполезное, и после захода солнца оно могло светиться лишь около часа.

Но к этому времени уже давно стемнело. Будь на ее месте кто-нибудь другой, это обстоятельство, скорее всего, осталось бы незамеченным, но Ма Цинь все-таки занималась ядерной физикой и на радиационные явления у нее был наметан глаз. Она удивилась, прикрыла циферблат рукой, ее подозрения подтвердились – люминесцентная краска светилась, причем намного ярче, чем обычно. Что-то изменилось.

Ма Цинь схватила портативный счетчик Гейгера и ворвалась в лабораторию в поисках источника излучения. Вскоре нашла цель – это был не тектос, а тигель, отлитый из чистой платины.

Никто не знал, когда эту штуку принесли в лабораторию, ее никогда раньше не использовали. Не знали также, почему и чем она оказалась загрязнена. Лабораторию немедленно изолировали и почистили, а платиновый тигель изъяли для исследования.

Но не прошло и пяти минут, как Ма Цинь поняла: что-то не так. В лаборатории тигель испускал бета-лучи, но после того, как его вынесли, они сменились гамма-излучением.

– Что за чертовщина! – Ма Цинь несколько раз все перепроверила и поняла, что дело действительно не в аппаратуре, и вот тогда осознала всю серьезность проблемы.

Платина-195, элемент номер 78. В каждом атоме платины семьдесят восемь протонов и сто семнадцать нейтронов – это самый химически стабильный элемент с нулевой радиоактивностью. Именно потому, что его физические и химические свойства стабильны, в лаборатории для высокотемпературных экспериментов используют платиновые тигли.

В радиационно-черной комнате Ма Цинь убедилась, что тигель продолжает испускать слабые гамма-лучи, и из лаборатории вынесли все другие предметы. Ма Цинь взяла его и, вооружившись прибором для измерения радиации, отправилась назад к тексосам. На входе тигель все еще испускал гамма-лучи, но чем ближе оказывался к своему прежнему месту, тем слабее они были, а после того, как его вернули на место, излучение медленно превратилось в бета.

– Да что происходит-то?

Ма Цинь и два других ядерщика переглянулись. Гамма-лучи нейтральны и незаряжены, а бета-лучи заряжены отрицательно, и это уже не говоря о том, почему платина-195 оказалась радиоактивной. Как может быть, что вещь испускает гамма-лучи в одном месте и бета-лучи в другом?

Результаты масс-спектрографического анализа ошеломили всех. В тигле присутствовал еще один элемент: золото-195. Гамма-лучи возникали в результате его естественного распада.

Период полураспада золота-195 в природе составляет всего сто восемьдесят шесть дней, и даже если бы этот нестабильный изотоп действительно был подмешан в тигель (всегда есть шанс один на миллиард), он бы давно исчез.

Следующее открытие объяснило его происхождение. Рядом с тектосом в лаборатории платина-195 испускала электроны, также известные как бета-лучи, и становилась золотом-195. Это открытие не объяснило проблему, а вместо этого создало новые.

Причина радиоактивности элемента в том, что сильных и слабых сил взаимодействия внутри ядра недостаточно для стабилизации его нейтронной и протонной структуры, поэтому необходимо высвободить энергию вовне, чтобы стать другой, более устойчивой структурой. Это подобно скатывающемуся по склону холма камню – он будет непрерывно катиться вниз. Устойчивый элемент находится у подножия холма, неустойчивый – на вершине, и чем неустойчивее элемент, тем выше он находится.

Что случилось с этой Вселенной, что платина-195 у подножия холма начала катиться вверх и превращаться в золото-195? Нет, это золото-195 испускает гамма-лучи и превращается в платину-195, вот как катятся нормальные камни.

– Эта хренотень – настоящий Моисей! Может, и волны египетские разделять умеет? – обронила Ма Цинь, и вдруг ее осенило. Она отправилась в набег на лаборатории в поисках другого платинового тигля, и, обойдя три, наконец обрела его. Тигель уже потемнел, так что невозможно было разглядеть его истинный цвет. После проверки на излучение оказалось, что с радиацией у него все в порядке, и Ма Цинь помчалась с ним к тектосам. Ее безрассудное поведение встревожило службу безопасности. Не признай они в последний момент Ма Цинь, то пристрелили бы подозрительного типа в защитном костюме, у которого руки не дошли ответить на досмотровые вопросы. Тигель поставили рядом с тектосами, и через три минуты из него пошли бета-лучи.

Ненормальным был не тигель, а законы мира вокруг тектоса.

– Моисей, – машинально пробормотала Ма Цинь. В нарушение закона всемирного тяготения пророк Моисей сумел разделить воды Египта, в честь него и назвали этот тектос.

Земные законы таковы, что ядро платины-195 содержит семьдесят восемь протонов, и положительного заряда, который оно несет, достаточно, чтобы связать сто семнадцать нейтронов, чтобы в результате ядро демонстрировало стабильное состояние «у подножия холма». Но рядом с «Моисеем» сильное взаимодействие ослабевало! А это приводило к тому, что первоначально стабильное ядро становилось нестабильным, и для поддержания структуры ядра требовалось больше положительных зарядов, поэтому нейтроны высвобождали электроны и превращались в протоны. При «Моисее», ослабляющим ядерные силы, стабильным становилось золото-195, а платина-195 – нет.

Склон холма оказывался подножием, а подножие – склоном.

Но когда материалы выходили из зоны действия «Моисея», возвращались законы нормального мира. У золота-195 оказывалось слишком много протонов, поэтому оно, в свою очередь, выделяло позитроны, что стимулировало гамма-лучи.

Это касалось не только платины-195, но и вообще всех веществ вокруг «Моисея». Просто ядра других веществ были недостаточно велики, и эффект ослабления сильного взаимодействия был не так очевиден. Исследователи немедленно проверили элементы с большим атомным весом и обнаружили, что все элементы с номерами выше 190 демонстрировали очевидные радиационные отклонения.

Не все тектосы обладали этим свойством. Ученые быстро идентифицировали двадцать два «Моисея». Так выяснилось, что тектосы отличаются друг от друга.

«Моисей» мог воздействовать на законы физики только на определенном расстоянии, но оно постоянно увеличивалось – сперва составляло всего несколько десятков сантиметров, но диапазон возрастал. Чем дальше от тектоса, тем меньше менялись законы физики.

Услышав это название, Ван Хайчэн странно рассмеялся:

– Хорошее имя, пророк Бога.

В последний раз пророк Божий изменил законы мира, чтобы вывести евреев из Египта, а на этот раз попал в руки ученых.

И только сейчас почти все поняли, насколько страшен «Моисей».

Вечный двигатель!

Платина-195 излучает энергию по законам вселенной «Моисея» и становится золотом-195; золото-195 излучает энергию по законам обычной вселенной и становится платиной-195. Материя постоянно колеблется в соответствии с двумя физическими законами, и, таким образом, может бесконечно выделять энергию для создания вечного двигателя.

Невозможно было объяснить, откуда бралась такая энергия, потому что никто не мог объяснить, как «Моисей» меняет законы Вселенной. Они определяют ее форму, а человечество было всего лишь ничтожной сущностью в космосе. Когда что-то может изменить основные законы Вселенной, ничтожной сущности, закованной в рабские цепи, бессмысленно даже думать о таком.

Законы формируют Вселенную, и та будет меняться вместе с ними. Все понимали, что в измененной Вселенной человеческий мир не сможет оставаться в нынешнем виде. Просто из-за небольшого радиуса действия «Моисея» процесс мог занять триллионы лет.