Не обращая внимания на тестя, Джош наклонился к Максу и спросил:
– Так у вас с Грейс, значит, это?
– Что у нас с Грейс?
Джош невозмутимо пожал плечами и уткнулся в тарелку с жареным мясом и острой салатной приправой.
– Просто я слышал, что недавно вы с ней весело развлекались в подвале бара, – сказал он, стараясь не встречаться с Максом глазами.
– Все слышали, – подхватил Роб, сидящий рядом с Максом.
Он игриво пихнул Макса локтем. Остальные ухмылялись. Они были наслышаны о развлечениях Макса и Грейс в подвале.
Макс тоже улыбнулся. Он знал: рано или поздно эта тема обязательно всплывет. Он не возражал. Пусть болтают. Ему это даже нравилось.
Макс вспомнил, как перекосило физиономию помощника шерифа, когда он вышел из подвала, распространяя запах Грейс. Он торжествовал, а потому молча проследовал мимо стража порядка, улыбаясь во весь рот. Главное, Грейс не возражала, чтобы посетители знали об их сексуальных шалостях. Уж если на то пошло, она сама об этом просила. Макс ковырнул вилкой остывшее мясо. Он помнил, каким взглядом наградила его Грейс напоследок. Вызывающе смелым, полным желания. После такого взгляда Макс был готов на любое сумасбродство, только бы потрафить Грейс. Эта женщина обладала опасной силой.
Вспыхнувший разговор о Грейс перебил Максу аппетит, и сейчас он просто водил вилкой по тарелке. Казалось бы, он должен ощущать неловкость и смущение. А вместо этого – незнакомое ему чувство удовлетворенности. Трахаться с Грейс было сплошным наслаждением. Бесподобная в постели, остроумная, прекрасная спутница. Ему нравилась Грейс. Впервые за все время Макс открыто себе в этом признался. Их с Грейс договоренность великолепно соблюдалась. Вот уже восемь месяцев, как его организм был свободен от наркотической отравы. Постепенно ему становилось легче противостоять искушениям. С каждым днем жизнь обретала все большую привлекательность.
– Удачливый ты сукин сын, – пробормотал Роб. – Такая горячая девчонка.
– Помнится, ты женат, – сказал Робу другой парень, имя которого Макс вечно забывал.
У этого парня были мозолистые руки и ослепительно-белые зубы.
– Не нуди, – отмахнулся Роб. – Если я ем, это не значит, что мне нельзя заглядывать в меню.
Макс принялся жевать чизбургер. Он по-прежнему не испытывал никакой вины, и разговоры за столом его не раздражали.
– Получается, вы исключительная парочка? – спросил Джош, отхлебывая пиво.
– Мы вовсе не парочка. Не отказываем себе в некоторых удовольствиях, но ни она, ни я больше ни с кем не спим.
– Черт возьми, я так и думал, – растягивая слова, произнес дружок Джоша Эйден и щелкнул пальцами.
Его серые глаза внимательно посмотрели на Макса. Светлые брови игриво изгибались.
– Макс, все забываю тебя спросить. Ты переселился к нам в округ Престон? Нет? Когда собираешься вернуться в Нью-Йорк?
За столом дружно засмеялись, но на этот раз Максу было не до смеха. Он лишь вяло улыбнулся Джошу и потянулся к стакану с соком. Все было отлично, пока он не взялся за этот чертов чизбургер. Макс массировал себе грудь, стараясь погасить вспыхнувшую изжогу.
Чем они только начиняют свои чизбургеры?
* * *
Подкрепившись и отдохнув, парни из бригады дяди Винса решили навестить ближайший бар и промочить горло виски. Макс вернулся в отель, где все они жили, – небольшой, но вполне комфортабельный. Оставаясь трезвым, забавно смотреть, как вокруг тебя пьянеют другие. Но Макс решил не искушать судьбу. Спиртное коварно: сначала он будет сидеть и наблюдать, а через пятнадцать-двадцать минут запах бурбона превратится в наваждение.
Идти до отеля было недалеко – всего четыре квартала. По дороге Макс позвонил Тейту, рассказал, где находится и чем занимается. Разговор был вполне непринужденным. Тейт пробовал расспрашивать о Грейс. Макс уклонялся от его вопросов. Но в голосе Тейта ощущалась настороженность. Так было всегда, если Макс звонил не в установленный день. Несколько месяцев назад Макс скрежетал бы зубами от такой опеки. Сейчас он просто улыбался. Хорошо, когда есть люди, которым на тебя не наплевать.
Макс повалился на кровать, пощелкал пультом, переключая телеканалы. Не найдя ничего стоящего, выключил телевизор. Часы показывали первый час ночи. Может, Грейс еще не спит? Она что-то говорила о девчоночьей вечеринке. Скорее всего, еще веселятся. Макс взял мобильник и принялся набирать текст сообщения.
Вернулся в отель. Как твоя вечеринка?
Не дожидаясь ответа, Макс отправился мыться. Он заканчивал чистку зубов, когда мобильник подал сигнал входящего сообщения. Макс поспешил в комнату, на ходу натягивая футболку. Кроссовки, о которые он чуть не споткнулся, полетели в угол.
Тукс-шмукс.
– Что за черт? – усмехнулся Макс.
Похоже, кто-то опять перебрал коктейлей.
Чу-чуть.
Веселись, но будь умницей.
Печалька, что тебя туточки нет. Скучаюсь.
Стакан на стол, а сама домой. Завтра тебе позвоню.
Уже везут. Ты скучаешься тооооооже!!!!
Конец ее сообщения состоял из сплошных смайликов в виде сердечек. Макс усмехнулся и покачал головой. Мобильник он поставил на зарядку, поборов искушение написать ответ.
Да ответ и не требовался. Они оба знали, что Грейс права.
Глава 25
Гроза, обещанная прогнозом на следующей неделе, разразилась над городком в пятницу, в семь вечера.
Началось с оглушительных раскатов грома. Потом замелькали молнии и хлынул ливень. Грейс могла поручиться, что грозу такой неистовой силы она видит впервые. Последние несколько дней были не только удушающе жаркими, но еще и нестерпимо влажными. Ей казалось, что вместо воздуха она вдыхает воду, причем через сито. Грейс решила временно отказаться от пробежек. Почти все свободное время она проводила в своей фотолаборатории, где врубала музыку на полную мощность и продолжала готовить снимки для выставки.
Гроза застала Грейс в баре. Сегодня она работала в вечернюю смену. После очередной вспышки молнии свет в зале начал мигать. Грейс подбежала к окну, за которым бушевала стихия. Гроза длилась уже не менее часа и уходить пока не собиралась. Возвращение домой все больше становилось похожим на экстремальное приключение.
В баре было непривычно пусто, особенно для пятницы. Эрл, Кейлеб, явившийся сюда после дежурства, да пара завсегдатаев, для которых бар стал почти родным домом. Грейс сомневалась, помнят ли они, где живут. Жители городка, привыкшие доверять прогнозам, предпочли остаться дома, и даже горячие крылышки и выпивка не могли заманить их в заведение. Грейс им завидовала. Ее положение усугублялось еще и болезнью Холли. Как и Грейс, она умудрилась где-то простудиться и теперь валялась с температурой.
От грома вздрогнули стены. Грейс испуганно повернулась к окну.
– Да не бойтесь вы, – усмехнулся Кейлеб. – По нашим меркам это слабенькая гроза. Иногда так завернет, что думаешь, как бы крышу не снесло. Все будет в лучшем виде, – пообещал он.
Грейс в этом сомневалась. Хорошо еще, что бригада Винса вернется не раньше воскресенья, когда, если верить прогнозам, грозовой фронт значительно ослабеет. Ехать по таким дорогам – сущее безумие. Мысль о благополучном возвращении Макса не давала ей покоя.
Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, Грейс налила себе газировки. Не помогло. Она ужасно соскучилась по Максу. Восемь прошедших дней показались ей невероятно долгими. Они постоянно обменивались эсэмэсками и пару раз даже созванивались. Грейс чувствовала, как тяжело дается Максу разговор с ней. Но она соскучилась по живому общению.
Казалось, молния ударила прямо в крышу бара. Свет погас на несколько секунд. Где-то поблизости взвыла сирена автомобильной сигнализации. А с черного неба лился и лился дождь. Такое небо Грейс видела только зимой. Ей не верилось, что сейчас всего-навсего конец июля.
Мигающее освещение действовало Грейс на нервы.
– Может, сегодня закроемся пораньше? – предложила она посетителям. – Дома как-то спокойнее.
