руки реагировал совершенно обратным от желаемого образом: прижимал сильнее.
Телефон из-под подушки каким-то образом очутился на полу возле кровати и теперь всячески старался издавать оттуда противные и, главное, результативные звуки — сколько раз я зарекалась сменить эту адскую мелодию на что-то более благопристойное!
— Макс, ну пусти, — отчаявшись, простонала я, ужом изворачиваясь под его рукой. Подействовало. Державин ослабил объятия, и я смогла дотянуться до орущего телефона. Отключила будильник не с первого раза — экран ни в какую не хотел реагировать на мои прикосновения. Вот же… утречко!
Наконец, добившись желаемого, окончательно освободилась от расчувствовавшегося мужчины и, сонно щурясь, села, со стоном опуская ножки на прохладный пол. Тёплого ворсистого коврика не хватает, жуть как не хватает. Обернулась к спящему Державину. У, непрошибаемый! Даже ухом на будильник не повёл.
— Ну что, Максик, с первой нас уральской ночёвкой, — насмешливо фыркнула я и, ещё раз зевнув, встала. Хоть убей, не помнила, как Державин приехал. Ладно, надеюсь, он не догадался меня будить, а то не удивлюсь, если спросонья отправила его по грибы да ягоды.
Стоя под чуть прохладным тропическим душем, пыталась проснуться и придти в нужную стадию бодрости. Осознание того, что Максим спонтанно примчался из Краснодара ради меня (ну не ради того, чтобы сестре люлей выдать же?), приятно грело и вызывало недоумение одновременно.
Завернувшись в пушистый махровый халат, вышла из ванной, коротко взглянув в сторону спальни. Убедившись, что не разбудила Державина, приступила к ежеутренним ритуалам — кофе, бутерброды и проверка социальных сетей и мессенджеров на новые сообщения. Писал Артём. Пользуясь ситуацией, он жаждал увидеть свеженькую статью «из первых уст», так сказать. Зачем искать контент, если вот он, под носом — бери и радуйся. Так что после ралли мне предстояло самостоятельно написать небольшую статейку от первого лица. Так и представляла первую строку:
«Привет! Меня зовут Женя Солнцева и я участвую в ралли».
Улыбнувшись собственным мыслям, покончила с завтраком и за считанные минуты собралась. Вот-вот за мной должен был подъехать Анатолий. Хоть и машина прибудет только в обед, но съемкой с «Субару» наши планы не ограничивались. Ожидание надолго не затянулось — на экране появилось сообщение от представителя спонсоров, и я, захватив ещё вчера собранный рюкзачок, мышью вышмыгнула из квартиры. Где-то на грани подсознания мелькнуло: опять убегаю от Державина, кажется, это входит у меня в привычку.
На кроссовой трассе царило оживление. Команда фотографов и видеографов вкупе с выделенным мне визажистом — серьёзно?! — готовилась к съемкам. Палыч глядел на творящийся вокруг кипиш с царственным удовлетворением.
— Доброе утро, — поприветствовала всех.
— Доброе, — раздалось чуть ли не хором.
— Привет, Женя! Так, ты на месте, сейчас начнём.
Палыч сочувственно покачал головой, заприметив нарастающий ужас на моём лице. Только сейчас до меня начало доходить, во что я ввязалась. Кристина Державина вчера была меньшим злом по сравнению с сегодняшней вакханалией.
Едва я переоделась в выданный мне комбинезон с символикой «UralEnergy», началось.
В какой-то момент и вовсе пожалела, что Максим выбил мне такого крупного спонсора. И всё же… было в этом что-то. Позировать перед камерой, держа в руках канистры; улыбаться на видео и рассказывать о фишках товара, которые отличают его от других марок и брендов. Палыч, привыкший к подобным мероприятиям, сдержанно улыбался. Как штурман, он являлся неотъемлемой частью команды, и я была рада, что он перетягивает на себя часть внимания. Это давало мне хотя бы минуты передышки. Хорошо хоть, что с погодой повезло — тепло и солнечно, с лёгким прохладным ветерком.
Когда с первой частью запланированных мероприятий было покончено, сделали перерыв на чай. Как раз отзвонился водитель трала — он уже подъезжал к трассе по кольцевой дороге и вот-вот должен был прибыть на место, что значило бы продолжение бесконечного медиа-дня.
— Опять от меня сбежала, — услышала смеющийся голос Максима и тут же обернулась. Державин стоял недалеко от меня в компании, кто бы мог подумать, самого Лосева Дмитрия Ефимовича, учредителя и директора «UralEnergy».
— А ты взял привычку неожиданно появляться, — усмехнулась и вежливо склонила голову, приветствуя человека, без которого у меня бы не получилось выехать на этапы. — Здравствуйте!
В жизни Лосев выглядел куда эффектнее, чем на фотографиях. Одного роста с Державиным, хотя и не с таким внушительным телосложением. Внимательный прищур светло-голубых глаз выдавал уверенного в себе и проницательного человека. Очки без оправы, с тонкими серебристыми дужками придавали ему ещё более серьёзный вид. Неудивительно, что он смог построить свою собственную империю.
— Рад с вами познакомиться, Женечка, — Дмитрий Ефимович одарил меня сдержанной улыбкой. — Как продвигается процесс? Какие-то замечания или пожелания есть?
— Нет, всё отлично, — покачала головой. — Ждём машину. Спасибо, что дали нам с Игорем Павловичем шанс выступить на кубке.
— Да что мне? — благодарность польстила Лосева. — Это надо Максиму Алексеевичу спасибо говорить, — он повернулся вполоборота к Максиму. — Без его участия всего этого бы не было. Знаете, когда он мне позвонил и предложил поучаствовать в одном дельце, я даже раздумывать не стал. За много лет сотрудничества я понял, что отказываться от предложений Державиных недальновидно и непростительно. Абы чего Максим Алексеевич не посоветует.
— Твои слова да моему отцу бы в уши, — скупо хмыкнул Державин. — Если обмен любезностями окончен, то дорогой, Дмитрий Ефимович, не мог бы ты оставить нас… наедине.
Лосев понимающе усмехнулся:
— Понял, не дурак, — то, как по-свойски они общались говорило о многом. Например, и о том, что Державину действительно не составило труда договориться о спонсорстве. Интуиция мне подсказывала, что Лосев согласился не только из-за выгоды, но и из-за личного расположения к Максиму. Как бы это не звучало, но… мне повезло с Державиным. Я бы и без него попала на ралли, пусть позже, через несколько лет, но получить этот бесценный опыт именно сейчас значило для меня многое.
Дмитрий Ефимович покинул нас, и мы остались с Максимом вдвоём в спешно сооружённой нами обеденной зоне из раскладных столов и стульев. Остальные уже вернулись к работе: своеобразному интервью с Палычем, так что помешать нам не могли. Последнего свидетеля и то мой наглый адвокат выпроводил.
Максим шагнул ко мне, тут же беря меня в кольцо рук. Ладони на талии не давали отстраниться, пока Державин чуть нагнулся ко мне:
— Ты обещала мне пламенные поцелуи и кипящую страсть ночью, — сказал он практически мне в губы и тут же поцеловал. Не помню таких обещаний, но… на поцелуй я ответила с трепетом, несмотря на зазудевшее в душе чувство волнения и неудобства. Максим впервые открыто
