По словам отца Георгия, «Государь выслушивал богослужение всегда со вниманием, стоя прямо, не облокачиваясь и никогда не приседая на стул. Очень часто осенял себя крестным знамением, а во время пения “Тебе поем” и “Отче наш” на литургии, “Слава в вышних Богу” на всенощной становился на колени, иногда кладя истовые земные поклоны. Все это делалось просто, скромно, со смирением. Вообще, – замечает отец Георгий, – о религиозности Государя надо сказать, что она была искренней и прочной. Государь принадлежал к числу тех счастливых натур, которые веруют, не мудрствуя и не увлекаясь, без экзальтации, как и без сомнений»[621].
По свидетельству все того же отца Георгия, царь был «достаточно силен» в церковной истории и обладал довольно глубокими познаниями в разных установлениях и обрядах церкви. «Государь легко разбирался в серьезных богословских вопросах и в общем верно оценивал современную церковную действительность»[622].
Становление религиозных взглядов Петра Аркадьевича Столыпин проходило в зоне активного православного миссионерства. В Западном крае православие являлось единственным способом культурного и национального выживания русского населения в окружении прозелитских иноверческих церквей. Отсюда проистекало существование в западных епархиях православных братств, творческий подход к православной проповеди и высокая богословская культура. Здесь, в отличие от центральных и восточных районов России, не было религиозной спячки и формализма: и духовенство, и миряне не только на словах, но и собственным примером должны были отстаивать православие, свою церковную паству от расхитителей – католиков и протестантов. Заслуга П.А. Столыпина как предводителя ковенского дворянства, а впоследствии и как гродненского губернатора заключалась в том, что он сознательно и с большим усердием включился в напряженную работу православной миссии на русском Западе.
Приход Столыпина на губернаторство в Гродно начался с посещения православных святынь. Прямо с вокзала в три часа пополудни он проследовал в кафедральный Софийский собор, где был встречен кафедральным протоиереем Н. Диковским, ключарем собора М. Белиной и церковным старостой. Приложившись к местным святыням, новый губернатор проявил живой интерес к истории собора, расспросил о средствах и материальном обеспечении соборного причта. В тот же день Петр Аркадьевич посетил преосвященного Иоакима, епископа Гродненского и Брестского. Вечером со стороны Иоакима последовал ответный визит. На следующий день у себя в губернаторском доме Столыпин принял православное городское духовенство во главе с кафедральным протоиереем и редактором «Гродненских епархиальных ведомостей» Николаем Диковским. Час спустя подобная встреча произошла и с инославным и иноверным духовенством Гродно. В своей краткой речи перед ними он высказал надежду на плодотворную совместную работу в проведении в губернии «русских государственных начал». Такое заявление было не случайно, поскольку в губернии существовала скрытая оппозиция имперской администрации со стороны польского дворянства, чье отношение к власти сам Столыпин характеризовал как «вежливое недоверие, корректное, но холодное, с примесью лукавства». Недаром на второй день своего пребывания в Гродно Столыпин закрыл Польский клуб, поскольку там, по его мнению, господствовали «повстанческие настроения»[623]. В дальнейшем, несмотря на занятость, губернатор регулярно вместе со всей семьей участвует в православном богослужении, постоянно посещая расположенную рядом с губернаторским домом Свято-Александро-Невскую церковь.
Приоритетным вопросом нового губернатора стал вопрос защиты и укрепления позиций православия. Ему предстояло не только расширить миссию православия в Западном крае, но и установить доброжелательный и конструктивный диалог с иноверческими церквями, иначе говоря, сочетать в религиозном вопросе имперские и национальные интересы. Одним из путей достижения поставленной цели стала школьная политика губернатора. Петр Аркадьевич стал активно добиваться признания образовательной значимости церковно-приходской школы. Это был не пустой вопрос, фактически речь шла о том, сможет ли русская церковная школа выйти из рамок культурной резервации, став достойным конкурентом светской системе образования. От успеха в этой работе напрямую зависел вопрос формирования местной православной элиты, так как в культурном слое, несмотря на значительное преобладание в Западном крае православного населения, по-прежнему доминировали поляки католики.
Для осуществления этой идеи Столыпин вместе с гродненским владыкой открывает в Красностокском монастыре двухклассную школу с целью подготовки учительниц церковных школ. Не исключено, что именно из числа двадцати двух ее выпускниц губернатор выбрал няню для своего единственного сына Аркадия. Это была воспитанница Красностокского монастыря Людмила Останькович, которая погибла впоследствии во время взрыва на Аптекарском острове, закрыв своим телом сына Столыпина.
Во время посещения Гродненской губернии министром народного просвещения Г.Э. Зенгером Столыпин приложил максимум усилий для гармонизации на практике усилий Синода и министерства в деле народного образования. Вместе с министром, епископом Гродненским и Брестским Иоакимом и попечителем учебных заведений он посетил ряд гродненских церковно-приходских школ. Эти посещения позволили ему доказать, что все сомнения «космополитического общества» относительно права православного духовенства распространять в народе грамоту лишены оснований. Подтверждением тому были ответы учеников Гродненской церковно-приходской школы имени графа М.Н. Муравьева на вопросы учителей и гостей. Этими ответами (высокое начальство побывало на уроках гражданской русской истории, географии, пения и Закона Божьего, а также на выставке рукодельных работ учениц школы) были удовлетворены буквально все присутствующие.
Стремление Столыпина защитить церковную школу как альтернативу земского обучения стало важным шагом в развитии школы на религиозных началах без ущерба в получении общих знаний. Причем речь шла не о насильственном обращении иноверцев, а о сохранении и защите нравственной чистоты православных детей, развитии их способностей и талантов. В создании этих очагов национального духа Столыпин видел будущую надежду России, что особенно актуально в наши дни.
В то же время следует еще раз подчеркнуть, что Столыпин не собирался унижать религиозные чувства гродненских инородцев или создавать помехи светской школе. Только осенью 1902 г. по его инициативе в Гродно были открыты еврейское двухклассное народное училище, ремесленное училище, оборудованное всеми техническими средствами обучения, а также женское приходское училище с третьим профессиональным классом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
