Но если моя затея с «самоочищением» госаппарата провалится, — можно будет поиграть в революционеров, выступив в качестве тёмной тени марионеточного светлого владыки. Но надеюсь, до этого всё же не дойдёт, Революционная Армия и её клевреты мне действительно не по душе, слишком много между нами крови. Да и по стране такая радикальная смена режима ударит сильнее.
Акаме же, пусть и не верит в то, что я могу возвыситься, считая это головокружением от успехов, усиленным речами Сайкю и прочих манипуляторов, увидев воплощающиеся в реальность слова, поумерит свой скепсис. И уж тогда разговор потечёт совсем в другом русле.
По крайней мере, я на это надеюсь.
…А ещё перед тем, как сестрёнка покинула это осквернённое погромом и пороком здание, удалось склонить её к небольшому эксперименту с тейгу.
Дело в том, что после своего первого, произошедшего в приступе абстинентного делирия, практического знакомства с магическими начертаниями у меня в голове мелькнула мысль о подозрительной схожести знаков Бездны с символами, расползающимися по коже жертв Мурасаме. Я изо всех сил гнала от себя возможность того, что сестра связала себя с этой ужасающей силой, да и сомнительно, что одну из пожирающих само пространство тварей смогли бы заключить в артефакте, но всё же, всё же.
К счастью посмотрев на Мурасаме новообретёнными чувствами, удалось убедиться, что его основа — демон, а не тварь Бездны. Да и отловленная в лесу, а потом живодёрски обритая зверушка показала, что расползающиеся по её коже символы не относятся к системе Бездны, просто имеют некоторые схожие черты на уровне стилистики.
Это меня обрадовало. Не хочу, чтобы сестра рисковала пережить то же, что и я-Виктор.
Ну и механику работы проклятого меча удалось запомнить: не зря же я, помимо всего прочего, старательно корплю над навыками, направленными на усиление разума? Активировав навык гипермнезии, удалось запечатлеть все увиденные взаимодействия, и довольно сильная головная боль — ничтожная плата за возможность почти свободно изучать более недоступный артефакт, мысленно моделируя его работу.
Конечно, потенциал ограничен «разрешением» поверхностного взгляда. Но чтобы уяснить, можно или нет применить что-то из принципов работы Мурасаме к моему артефакту — хватит и общего понимания, без погружения в частности. Всё же чрезмерное погружение в способность познания до сих пор осталось весьма рискованной затеей, чтобы задавать навыку широко и глубоко сформулированный запрос.
А для подробного изучения тейгу как таковых у меня есть Яцуфуса.
Что касается странных знаков, то они практически бесполезны. В доступе и так есть две системы: одна не совсем полная и сложная в освоении, но зато условно безопасная — от западных алхимиков, а другая, так и просящая себя применить, мощная и доступная, но до одури пугающая — от Бездны. И с Бездной, несмотря на странную тягу к этой силе (а может, и благодаря ей), связываться не хотелось категорически. А те знаки, что предоставил Пауль, у меня работали плохо и только в изолированном от внешней среды помещении.
Местные руны и начертания — довольно сложное искусство, требующее не только правильного узора, сочетаемого с наполнением знаков и фигур духовной силой (что тоже весьма непросто), но и буквального вбивания смысла как в каждый знак, так и в цельный образ. Неудивительно, что продвинутых практиков данного направления достаточно мало и Пауль, как бы он ни старался надувать щёки, к ним не относится. Ну а его хозяйка, познакомившись с теорией и пару раз попробовав себя в деле начертателя, решила пока не углубляться в эту область, остановившись на уровне продвинутого пользователя.
Слишком уж настойчивым становилось желание использовать вместо «глупых поделок смертных» настоящие знаки той силы, о которой я всеми силами стремлюсь забыть. Да и заключённая в тейгу сущность, чувствуя конкурента за влияние на носителя, начинала активничать, усиливая яркость наведённых чувств и насылая ночные кошмары.
Бр-р-р! Нет уж, лучше думать о приятных вещах — например, об Акаме. Да и вообще, не стоит задерживаться в этом покинутом людьми и нагоняющем мрачность месте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Оглядев пострадавшие стены и уничтоженную мебель, поднимаюсь с израненного кресла и иду на выход.
«Да уж, прихожанка из меня ничуть не лучше, чем благотворитель».
Примечания:
https://vk.com/video-15676137_168221981 Стихотворение, которое вспомнила Куроме. У бабушки довольно интересно получается его читать.
https://www.youtube.com/watch?v=IQWw3BWiV6I немного музыки.
Не ленимся оставлять лайки и комментарии, товарищи читатели.
Автор благодарит всех изъявивших желание поддержать Из Тьмы и отправивших печеньку на Алтарь Печенек. Добра вам.
А.Н. - бечено.
Глава 9 Круги на воде
Бах-бах-бах-бах! — разносился сливающийся в гул грохот соударения тренировочных меча и копья из укреплённой духовной силой древесины.
Ударные волны прокатывались по площадке, отражались от скал и стен расположенного поодаль здания, заставляли дрожать прочные укреплённые стёкла. Молодая брюнетка металась вокруг облачённой в серую броню могучей фигуры противника. И, несмотря на внешнюю слабость перед закованным в герметичные доспехи высоким мужчиной, явно выигрывала по очкам. В то время, пока бронированный воин с длинным оружием безуспешно пытался зацепить вёрткую убийцу, та периодически его доставала. Причём удары наносились не абы куда, а в наименее бронированные участки, кои девушка пыталась поразить несколько раз кряду.
Один удар, второй, третий… и вот противник начинает прикрывать «почти пробитый» участок брони. А его соперница, вместо того чтобы проявлять излишнюю настойчивость, просто начинает атаковать новую точку, исступленно нанося мощные удары.
Один, два, три… четыре… и, наконец, пять! — не в силах выдержать поток прошедшей сквозь него духовной силы и мощь последнего удара, измученное дерево тренировочного меча буквально взрывается осколками щепок почти до самой рукояти.
— Ты сегодня сражаешься особенно яростно, Акаме, — с улыбкой похвалил победительницу Булат, отозвавший свою тейгу-броню. От разгорячённого мужчины, оставшегося на морозе в штанах и обтягивающей футболке, шёл пар.
— Я должна стать сильнее, — с непреклонной решимостью в глазах проговорила запыхавшаяся убийца.
— Понимаю, — согласно кивнул Булат. — Нужно попросить у Надженды заказать тебе тренировочный меч покачественней, эти слишком быстро ломаются об Инкурсио. Но пока остановимся. Мы оба вымотались, стоит отдохнуть и восполнить силы едой.
Акаме кивнула и они вместе зашагали к скрытой под скалой базе Ночного Рейда. Правда, судя по взгляду алых глаз, вечером его ожидает ещё одна серия боёв.
Булат уже знал о встрече своей подруги и подопечной — именно так он воспринимал юную хозяйку проклятого меча — с её сестрой. Также он знал и о результате этой встречи, после обсуждения коего девушка, первоначально лучившаяся счастьем и довольством, стала отстранённой даже более чем обычно, а также непривычно задумчивой и яростной в тренировках. В сложные взаимоотношения родственниц, оказавшихся по разные стороны баррикад, он не лез — настоящий мужик не должен вмешиваться в женские дела; но те мрачные перспективы, которые Куроме описала сестре, смогли впечатлить бывалого солдата.
Война… Булат слишком хорошо знал, что таиться за этим словом, чтобы желать прихода этого проклятия на мирные земли Империи. Голод, беззаконие, эпидемии… смерть, которая гуляет по городам и сёлам, забирая по большей части слабых, ни в чём не виновных мирных жителей… женщин, детей… Перед внутренним взором бывшего армейского офицера замелькали картины Южной кампании.
Надженда утверждала, что Революция стремится сменить власть без лишней крови, что именно для этого создан их Ночной Рейд. И Булат был склонен ей верить. Но… что, если у них не получится? Что, если не все силы Революционной Армии думают так же, как и Надженда? Ведь командир сама утверждала, что в их движении хватает сомнительных личностей. Что он, Акаме или даже весь Ночной Рейд смогут сделать, если кто-то случайно или по злому умыслу разожжёт пожар войны?
