вас все, то я побегу. Это ж я так, – он бросил на Ксандера извиняющийся взгляд, – а у меня еще символистика не сделана.
– Спасибо, что рассказал.
Клаус вдруг резко шагнул к Ксандеру, оказавшись с ним почти вплотную.
– А вот этого не надо, – почти прошептал он. – Ничего такого я вам не рассказал, что было бы тайной, даже не думайте. Так что вы мне ничего не должны, и я вам ничего, и это мы просто так поболтали о всяком, согласен?
Удивленный Ксандер только кивнул.
– Вот и хорошо, – кивнул в ответ Клаус. – До встречи.
Провожая его взглядом, Ксандер услышал, как к нему ближе придвинулась Белла.
– Сеньора, нам тоже пора внутрь, – сказал он, не зная, что еще говорить. – Холодно уже.
– Да, – негромко, словно эхом, отозвалась она. – Холодно. Пошли.
Во внутреннем дворе первая, кто им попался, была Одиль с полотенцем на плечах, разгоряченная и довольная, будто только что бегала. Глянув на Ксандера, она прищурилась, взяла под руку Беллу, что-то промурлыкала про чай и утащила ее наверх, должно быть, в столовую. Ксандер же с облегчением помчался к главному зданию, порадовавшись, что искать Клауса он пошел в куртке, и замерзнуть ему не грозило.
Голова у него шла кругом от невнятных мыслей и застрявших слов, жужжавших из памяти не хуже умозрительных пчел Минайрос, и в темноте он еле нашел потайную дверь. Зайдя же, он как следует ее за собой задвинул: дожди и снега покорежили косяки и ее саму, так что стоило принять лишние предосторожности. Хорошо, что в тот раз их услышала Одиль, а не кто другой, но больше испытывать удачу Ксандер не хотел.
– Наконец-то, – выдохнул Вендель, – все в порядке?
– Я кое-что узнал, – ответил Ксандер, стараясь собраться с мыслями. – Похоже, действительно какое-то пророчество существует.
– Но? – подсказала нетерпеливая Вита.
– Но это и все, – признался Ксандер, выбрав один из ящиков себе вместо стула. – Хорошо то, что источник надежный, да и после того, что ты слышала, Катлина, опять же подтверждение. Но плохо то, что этот источник… ни черта его не расспросишь, такой это источник.
– Значит, он ибериец, – уточнила Катлина упавшим голосом.
– Подождите, – Вита, похоже, не была готова унывать. – Выходит, если про это пророчество знают как минимум трое – твой же источник, мой король, не донья Инес и не дон Луис?
Ксандер покачал головой.
– Значит, о нем могут знать другие иберийцы! Вы простите, я сумбурно выражаюсь, наверное, но…
– Совершенно нет, – Вендель рассеянно погладил сестру по руке, – но проблема в том, кого спросить. И как. Согласись, что вряд ли любой из них тебе все выложит просто за красивые глаза.
Вита на мгновение замерла и вдруг широко улыбнулась.
– Я придумала! Ты гений, братец! Именно за красивые глаза!
– Ты о чем? – нахмурился он.
– Смотрите, – она раскинула широко руки, словно собираясь их всех обнять, – мы знаем, что о пророчестве известно хотя бы в роду де Кастро и Альварес де Толедо, верно? Ну и твой источник, мой король, он…
– Остановимся на этих двух, – быстро ответил Ксандер.
– Хорошо! Технически может знать и кто-то еще, но об этом мы можем только догадываться, поэтому лучше спросить тех, кто точно имеет отношение к знающим. А это – Исабель Альварес де Толедо и, – она протарабанила дробь на ближайшем ящике, – наша сеньора Летисия, она же племянница доньи Инес!
Вендель невесело усмехнулся.
– Вот уж кто прямо сразу все нам расскажет. Вита, ты в своем уме?
– Я-то да, – не смутилась его сестра. – И да, пока она в своем уме, ничего нам не расскажет. А если свести ее с ума? Ну, ребята, не спите! Все же просто! – а когда трое ее собеседников переглянулись, она вздохнула и объяснила: – Мы сварим любовный напиток!
У той галлийской книжки, с которой началось увлечение Морица фехтованием, было хорошее начало, которое застряло у Ксандера в памяти: «Он родился с умением смеяться и чувством, что мир сошел с ума». Первое качество с веселым галлом Ксандер разделить не мог, но вот второе ощущение его охватило сейчас с лихвой. И дело было даже не в этом сумасшедшем предложении, а в том, что Катлина его выслушала, нахмурившись, но постепенно стала светлеть, а уж Вендель после секунды замешательства и вовсе расцеловал сестру.
– Ты умничка! – заявил он. – Потрясающая идея!
– Меня смущает только одно, – рассудила Катлина. – Лично я не знаю, как его варить, а если искать в школе…
– И это все, что тебя смущает?!
Все трое повернулись к Ксандеру.
– Ксандер, я понимаю, что это не самый надежный способ, – осторожно начала Катлина. – Но… ты можешь придумать что-то другое?
Если честно, он не мог, по крайней мере, не так навскидку. Но это не значило, что он собирался очертя голову одобрить любую авантюру.
– Как ты себе это представляешь? – отпарировал он. – Ты сваришь…
– Вообще, учитывая, кому это все подливается, варить должны скорее вы с Венделем, – вставила Вита.
– Час от часу не легче. Итак, мы с Венделем должны сварить эликсир, который мы не знаем как варить, и существует ли он вообще…
– Существует, – опять не выдержала Вита. – Помнишь, Венделин? Нам мама читала в детстве про Тристана и Изольду?
– Это же просто сказка, – возразил ее брат, но неуверенно.
– Я бы не стала отбрасывать что-то как «просто сказку», не в Академии!
Игнорировать Виту дольше Ксандер не мог, поэтому перевел на нее взгляд. Должно быть, этот взгляд выражал все его хмурые чувства, потому что она даже заерзала немного на своем ящике.
– Вита, если ты помнишь эту чудесную легенду, эти двое оказались связаны на всю жизнь и кончили, кстати, очень плохо. Не знаю, как ты, а я предпочту не вызывать у своей сеньоры роковых страстей, спасибо большое, мне и имеющихся хватает.
– Наверняка там было что-то не так с дозировкой, – предположила Катлина. – Там же они выпили большую чашу, к тому же на двоих. А если, скажем, вкормить ложку…
– Мы не знаем, сколько в той чаше вина было собственно эликсира, – мрачно предупредил Ксандер. – Может быть, как раз ложка и была.
– Разузнаем, – пообещала Катлина. – Легенда же есть, про нее много кто писал, может быть, и найдется что-нибудь внятное.
– А если двадцать писателей написали каждый по составу? Как определять правильный будем? Или что-нибудь неопределенное – мол, «бросила в котел колдовские травы»?
Повисло неловкое молчание.
– Мы все-таки в Академии, – наконец заметил Вендель. – С тех пор прошли сотни лет, наверняка кто-то и легенду изучил, и противоядие придумал. Если что-то пойдет не так, в крайнем случае, признаемся учителям.
