Читаем без скачивания Война 2030. Пожар Метрополии - Федор Березин

Потом снова пошла полоса инцидентов на американской базе Гуантанамо. Количество деловых гринго на побережье уменьшилось. Но в столице они все равно мелькали, уж больно их привлекали девочки, бросившие ставшие неинтересными университеты.

Куба страна не очень большая, всего сто четырнадцать тысяч квадратных километров. Поэтому однажды Фиделя Кассасия тоже занесло в Гавану. Трудно сказать, что его тогда больше привлекало: глянуть на черный скелет «Хилтона» — иллюстрацию так и не состоявшейся когда-то тотальной атомной войны, или пестрые, покинувшие царство науки девочки. Наверное, больше все-таки второе. Однажды, когда он проводил домой одну, только внешне похожую на тех, а оказавшуюся очень порядочной девчонку и возвращался назад, в общежитие к знакомым, ему повстречался американец. Скорее всего, гринго занесло на окраину то же обстоятельство, что и Фиделя. Погнался за красивыми ногами, выращенными в победившей дистрофию революционной стране. Теперь он плевался и не понимал, как это получилось, что с ним распрощались у подъезда и не покусились на красивую бумажку с изображением похороненного с почестями президента.

Дело происходило далеко от центра, Куба не относилась к странам ОПЕК, с бензином имелись сложности, и потому машины с шашечками на бортах сюда добирались редко. А гринго вырос в разбалованной стране, там не привыкли делать много шагов подряд без автомобиля. Так что он стоял и ждал у моря погоды. В отличие от Фиделя, который был вполне готов пересечь город своими ногами насквозь, ибо исходное общежитие помещалось на другой стороне столицы.

Американец был мелковат, совсем не такой, как виденные ранее часовые на базе Гуантанамо. Но и Фидель Кассасия тоже не внушал трепет. Этот янки был не первым обманувшимся внешними габаритами.

— Эй, человек, — окликнул он Фиделя, — не подскажешь, когда здесь ходит автобус или что-нибудь. Не могу дозвониться до такси.

На испанском он разговаривал вполне сносно, но Фиделю очень не понравился его начальственный тон. Возможно, янки и считали себя хозяевами всего мира, однако Фидель Кассасия здесь родился и вырос. Он оглянулся вокруг. Время было позднее, ярко манящий огнями центр далеко; отсутствие собственной нефти привело не только к уменьшению популяции транспорта, но и к экономии электроэнергии на окраинах. Все люди в окрестностях спали.

— Не дадите прикурить? — спросил он американца, меняя направление движения.

Гринго полез в карман за сигаретами, а может, за сотовым телефоном или за пистолетом, не время было уточнять. Фидель не курил, сигареты ему были до лампочки. Зато он сократил дистанцию до нужного предела.

— Янки? — уточнил он на всякий случай, во избежание ошибки.

— Ес, ес. Техас, — кивнул гринго, демонстрируя белизну зубов даже здесь, в тусклом свете одиноко горящего масляной лампой окна.

Фидель Кассасия стукнул его в живот, а потом, когда враг привычно согнулся пополам, добавил коленом. После этого он нащупал его толстую шею и сдавил горло. Вот так он впервые убил американца и вообще человека.

Понятно, что по этому случаю с местной порядочной девушкой встретиться более не пришлось. Под утро он дошел до общаги, забрал вещи и укатил обратно, в провинцию.

В Гаване он более никогда не побывал.

125. Выполнение команд

Вообще-то серьезные изменения жизненной ситуации, когда судьба непланово ломается наперекосяк, могут случиться и в обычном существовании. Вот идешь ты, никого не трогаешь, витаешь мыслями в облаках или досадуешь о вырвавшейся не к месту словесной белиберде, да не просто вырвавшейся — в присутствии начальства, а тут хлоп! Откуда ни возьмись скорый, несущийся в сауну по неотложному делу «Мерседес». Трах! Бах! Тут тебе и ленивые тормоза, и бордюр, оказавшийся не на месте, и баня человеку испорчена: как теперь париться переживая? Ну а ты уже без мыслей-волнений в анабиозе реанимации. И даже не мучаешься предсказаниями — за тебя решают. Ну а на войне таковые качественные развилки жизни случаются много чаще, порой несколько раз за час. Хотя им могут предшествовать недели тягостного ожидания этих опрокидывающих сдвигов.

Вот сейчас линейная действительность американца с итальянскими корнями Давида Арриго подошла к такой черте. Как он мог об этом знать загодя? Это его проблемы, но, наверное, должен был, к сему обязывал красивый офицерский погон. Однако, черт возьми, он все ж таки не заканчивал вновь отстроенного после теракта Вест-Пойнта, а вот те, что сидят многими ступеньками выше и контролируют его действия через спутники, вот они сделали это наверняка. Для какого праздника они тогда вообще восседают в мягких креслах Пентагона, если не могут вовремя указать на ошибки и подсказать правильный ход? Но он не догадался, не екнуло сердце от предчувствия, а они не подправили.

А вот подлые, но не принимаемые им слишком всерьез «латиносы», родня тех, кого он только недавно играючи отлавливал десятками, кого он даже без помощи теплодатчиков, одним чутьем, легко извлекал из тайников мебельной утвари и канализационных люков, они свой шанс использовали сполна. Но господи, кто мог предполагать, что они произведут передислокацию и сближение во время этого чудовищного тропического ливня? Как они переместили лошадей, их копыта должны были проваливаться или хотя бы скользить? Впрочем, в плане конницы, Давид Арриго спецом себя не считал точно. Американские бронекавалерийские полки имели отношение к седлам только по случаю исторической преемственности названий. Однако сейчас было не время и не место обдумывать детализацию процесса. Требовалось немедленно что-то предпринимать.

А над боевым походным порядком отряда Арриго уже взорвались первые минометные посланники. Похоже, в интересах нападающих работала техника, направленная против «Фенимора Купера». Это могло считаться помощью окруженному кораблю, ведь мин у латиноамериканцев явно не имелось вдоволь, каждая отвлеченная не туда берегла многострадальную палубу. Тем более ни одна из активно-реактивных штучек не попала в цель. С дистанции около десяти километров это была просто стрельба наудачу. И весьма возможно, у менее подготовленного подразделения эта неожиданная артиллерийская поддержка могла вызвать панику. На крайний случай такой ход — дополнительный моральный стимул наступающим.

— Рассыпаться! Круговая оборона! — скомандовал Давид Арриго еще до того, как над редким лесом стихло эхо разорвавшихся над вершинами деревьев мин. Понятное дело, он отдал команду не голосом, а через приданную аппаратуру.

— Запустить «наблюдателей»! — добавил он всего секундой позже. Имелись в виду микросамолеты-разведчики, а также «мухи-разведчики».

Он сделал это очень вовремя, ибо внезапно разворачиваемый прямо в зрачке экран сообщил, что начата постановка помех сразу с нескольких точек. Впрочем, это не был опасный для связи узкочастотный прицельный радиошум, который способны создавать только большие стационарные, а в лучшем варианте колесные антенны; несмотря на все достижения микроэлектроники, на лошадиный круп таковую штуку не поместишь, вот на динозавра — другое дело. Но вроде бы даже здесь, в неожиданной дикости Панамы, такие звери не наблюдались.

До этого момента отряд не имел в воздухе «наблюдателей». Они бы не смогли «выжить» в период ливня. Кроме того, само нахождение в лесу ставило ограничения в тактическом использовании микроавиации. Дело в том, что энергоресурс техники рано или поздно кончался, а при посадке самолетов меж деревьев имелась вероятность катастрофического столкновения с веткой. Не стоило рисковать микроавиацией зазря. Вот если бы у отряда не наличествовало спутниковой разведки, другое дело. А в отношении «мух», помимо указанных ограничений, имелись еще некоторые. Например, их ресурс оставлял желать лучшего, а найти их после падения весьма и весьма трудно, по крайней мере людям, осуществляющим боевой поход. Так что «мухи» считались предметами разовыми, и их следовало экономить для дела, поскольку цена отдельной «особи» доходила до пяти тысяч долларов. Сейчас, разумеется, их следовало использовать немедленно, хотя и это было уже в какой-то мере поздно.

Пока «наблюдатели» не приступили к барражированию в нужных секторах, следовало оценивать ситуацию по наличной информации. Оказалось, ее не так много, как хотелось бы. То ли некоторые из прилетевших мин имели парашюты для замедления падения, то ли это что-то еще, но над лесом уже стлалась дымовая завеса. И это помимо той, что продолжала висеть двумястами метрами выше — последствие все еще коптящих небо нефтяных терминалов местной столицы. Очень странно, но дымную вуаль не смог убить до конца даже ливень тропиков.

Так что поясной компьютер черпал данные в основном из шумоулавливающих датчиков, расположенных на шлемах. Однако и это не так уж мало, как кажется. Стало ясно, что отряд Арриго подвергся атаке как минимум с трех направлений. Мгновенно просчитанные «компом» вариации перечеркнули возможность выскользнуть из ситуации посредством просачивания. Следовательно, требовалось либо принимать бой сидя на месте, либо прорываться в каком-то одном направлении, дабы концентрировать силы. Однако сидеть, когда сверху на тебя падают мины, не лучший выход. Вдруг те латиноамериканские минометчики подкорректируют свой огонь? Конечно, по теории такое маловероятно, ибо точно известно, что в данном районе нет никакой артиллерии и ни одного тяжелого, должного передвигаться на механической тяге миномета. Но мало ли о чем рассказывают предварительные прикидки экспертов? Ведь не учли же они самого этого нападения. Предусматривалось, что инициативу здесь всегда будет навязывать лейтенант Арриго, а вышло вот как.