из первых уловил нарастающую потребность не в отрывочных этнографических заметках, а в серьезном и всестороннем исследовании отдельных народностей.
Основной труд Вениаминова — трехтомник «Записки об островах Уналашкинского отдела» — глубокое и оригинальное научное исследование. Это и систематизация огромного фактического материала, и подход к нему с позиций современной ему научной методологии, и привлечение данных антропологии, лингвистики и фольклора. Следует отметить и такую черту в исследовании Вениаминова, как историзм, включающий реконструирование самобытной культуры алеутов и их социальной организации.
Вениаминов обессмертил свое имя созданием грамматики алеутского языка. Заслуженной данью уважения к его трудам явилось издание в 1944 году «Элементов алеутской грамматики» в Соединенных Штатах Америки.
Почти 15 лет, находясь на Алеутах, Вениаминов без устали занимается просветительской деятельностью. Он всячески приобщает алеутов к передовой русской и европейской культуре. «Все ремесла и искусства, какие только могли русские, — пишет он, — перенести с собой в Америку, алеуты перенимали с охотой, так что теперь между алеутами можно найти мастеров от сапожника до часовщика». Поражала Вениаминова и способность алеутов усваивать такое новое явление, как письменность: «Когда они увидели книжки на своем языке… то даже старики начали учиться грамоте для того, чтобы читать по-своему (и потому теперь умеющих читать из них более чем шестая часть)». Вениаминов по-настоящему полюбил и сроднился с алеутами, высоко ценил трудолюбие и благородство, творческий потенциал этого народа. Они «терпеливы, даже до нечувствительности», готовы «на самопожертвование и добры до самозабвения». Наконец, они способны увлеченно трудиться ради творческой радости, а не для извлечения какой-то материальной выгоды.
Алеуты тоже полюбили Вениаминова. Из поколения в поколение передавали они уважение и благодарность к этому человеку. В Уналашке нам с гордостью, как самую дорогую реликвию, показывали единственную на острове рощу деревьев, посаженную Вениаминовым. «Роща бишопа Вениаминова», — говорили алеуты, и поныне свято берегущие каждое дерево. Благодаря Вениаминову к уходу русских каждый шестой алеут был грамотным. И таких примеров бескорыстного просветительства, приобщения коренных народов к передовой культуре, обучения ремеслам можно привести немало.
Совершенно по-другому проходила колонизация Америки. Араваки (так называли себя обитатели нового континента, которые первыми встретили экспедицию Колумба добрыми улыбками и с открытой душой) через 20–30 лет были почти полностью истреблены испанскими завоевателями. Союз креста и меча конкисты разрушил цветущие индейские общества ацтеков, майя, муисков. В огне пожарищ уничтожены колоссальные исторические и культурные ценности. От войн, эпидемий и голода погибли миллионы людей, вина которых была только в том, что у них был другой язык, другая культура, другая религия. История колонизации Америки испанцами, португальцами, англичанами, французами и другими просвещенными нациями наиболее ярко подтверждает слова К. Маркса, что в условиях классовых общественных формаций человеческий прогресс уподобляется отвратительному языческому идолу, пьющему нектар только из черепов убитых. Некоторым западным ученым очень хотелось бы доказать, что русские оказали такое же разрушительное воздействие на культуру коренных народов Сибири. Исторические факты против. Были, конечно, и конфликты, но они единичны, и не они определяли суть всего процесса в целом.
Освоение Сибири русскими носило совершенно другой характер. Не случайно великий свободолюбец Александр Радищев (назвавший Сибирь краем богатейших сокровищ природы, которому суждено сыграть важную роль в мировой истории), находясь в заточении в Илимском остроге, написал замечательный исторический очерк «Сокращенное повествование о приобретении Сибири». Именно о приобретении, а не о завоевании. Освоение шло в тесном содружестве русской культуры и культуры аборигенов. Народы Сибири сохранили свой язык, культуру, искусство, в годы Советской власти получили письменность.
Несмотря на стремление царского правительства в XIX веке превратить Сибирь в край ссылки, прогрессивные тенденции все больше и больше набирают силу. Именно с этого времени здесь начинается развитие театра, литературы, искусства, науки. Большая роль в этом принадлежит ссыльным. В Сибирь по этапу правительство отправило много одаренных, умных, высокообразованных людей, оставивших глубокий след в истории и развитии культуры Сибири. Одними из первых были декабристы. Они много сделали в области народного образования, театра, литературы, исследования природных богатств и развития сельского хозяйства. Эстафету духовных, просветительских, нравственных традиций вслед за A. Радищевым и декабристами продолжили сосланные в Сибирь петрашевцы и М. Г. Чернышевский, участники восстаний 1863–1864 годов в Польше, Литве и Белоруссии, затем народники и революционеры-марксисты.
С Сибирью связано творчество многих известных писателей, изгнанников, невольных жителей этого края: Ф. М. Достоевского, М. М. Михайлова, В. Г. Короленко, B. Г. Богораз-Тана, П. Ф. Якубовича-Мельшина, С. Я. Елпатьевского, В. А. Серошевского, Ф. Я. Кона и других. В Сибири начиналось и сибирским колоритом окрашено творчество В. Я. Шишкова, Н. Г. Гарина-Михайловского.
Литературное наследие Сибири чрезвычайно обширно. К сожалению, оно еще плохо известно широкому читателю. Большого одобрения заслуживает инициатива Западно-Сибирского книжного издательства в Новосибирске, начавшего серию «Литературное наследство Сибири». Особенно хочется отметить Восточно-Сибирское книжное издательство, которое выпускает серию «Полярная звезда», посвященную декабристам, и серию «Литературные памятники Сибири». Всего вышло более двух десятков книг, которые сразу же стали библиографической редкостью.
Широкое развитие в XIX веке получили театр, архитектура, живопись. С Сибирью непосредственно связано творчество великого русского художника, замечательного мастера исторической живописи В. И. Сурикова. Уроженец Красноярска, Суриков получил в Красноярском уездном училище первые навыки рисования под руководством своего учителя, художника Н. В. Гребнева. Жизнь в Сибири, сибирские впечатления оказали большое влияние на его творчество. Об этом писал сам художник: «Идеалы исторических типов воспитала во мне Сибирь с детства, она же дала мне дух, и силу, и здоровье». Во время обучения в Академии художеств в Петербурге, затем в Москве художник не раз приезжал в Сибирь, собирал там материалы для своих картин. В Сибири он написал многочисленные этюды с натуры, рисовал местных русских крестьян, казаков, сибирских татар, хантов, хакасов. Земляки Сурикова высоко ценили его творчество, гордились им, возлагали на него большие надежды. Газета «Восточное обозрение» в связи с появлением картины «Боярыня Морозова» (1887 г.) писала: «В. М. Суриков, наш дорогой земляк, красноярец, он будет всегда нашей гордостью. Пожелаем ему успеха на много-много лет и будем ждать, что он даст для России целый ряд блестящих картин в будущем».
С XIX века начинается процесс интенсивного научного изучения природных богатств Сибири. Большой вклад в постановку научных исследований внесли ученые, сосланные в Сибирь и родившиеся в этом крае. В историю отечественной и мировой науки навсегда вошли такие имена, как И. Д. Черский, А. Д. Чекановский, Л. А. Клеменц, В. А. Обручев, И. С. Поляков, Н. М. Ядринцев, М. П. Овчинников, Н. И. Витковский, А. Я. Тугаринов и многие другие.
Естественнонаучное исследование Сибири дало крупные результаты. Было выяснено в общих чертах геологическое строение этой территории, дана ее географическая характеристика и выявлен круг вопросов, подлежащих дальнейшему углубленному исследованию. В научных центрах страны образовался круг ученых, глубоко интересующихся проблемами Сибири, а в сибирских центрах выросли местные ученые-энтузиасты, группировавшиеся вокруг отделов Географического общества и учебных заведений, и прежде
