засмеялась, и я снова подумал, как мучительно было жить без ее улыбки и смеха.
– Я буду просто последним трусом, если теперь, когда тебе не угрожает опасность, сдамся, – сказал я.
– Сдашься? – с удивлением переспросила она.
Я крепко обнял и зарылся носом в ее волосы.
– Твой отец там? Я готов с ним поговорить прямо сейчас, доказать, что у меня самые серьезные намерения…
– Погоди, Миша! – Она испуганно схватила меня за плечи и замотала головой. – Только не сегодня. Может, завтра? Ты успеешь с ним еще поговорить! – Она замолчала, а затем неуверенно улыбнулась: – Хочу сейчас быть только с тобой. И теперь у нас впереди столько времени… Я тебя больше никуда не отпущу.
– А я больше никуда и не собираюсь, – улыбнулся я в ответ.
– Сбежим? – спросила она, потянув меня за руку в сторону гардероба.
– Сбежим! – эхом откликнулся я. – Но разве у твоего отца не деловой ужин?
– Я там ни к чему. Пришла с ним в качестве моральной поддержки. Он дела и без меня может вести. Ну а как же те мужчины? – Она имела в виду моих собеседников.
– Думаю, они тоже особо не заскучают, – улыбнулся я. – Иди к гардеробу, я сейчас вернусь.
Она сделала пару неуверенных шагов и обернулась, в ее глазах плескалась тревога.
– Не волнуйся, мы больше никогда не потеряемся, – успокоил я ее.
Выбежав на улицу, обнаружил, что майская гроза уже позади. С козырька стекали крупные капли. Повеяло свежестью и мокрой сиренью.
– Миша! – негромко позвала она. Стояла, кутаясь в плащ. Грозовой ветер раздувал темные пряди волос. Спросила обеспокоенно: – Куда ты ходил?
Я молча распахнул полы плаща и продемонстрировал бутылку дорогого шампанского, которую прихватил со своего столика.
– Что это? – почему-то удивилась она.
– Шампанское, – рассмеялся я. – Знаю, ты совсем не пьешь… Но, может, согласишься отпраздновать нашу новую жизнь?
Она слабо улыбнулась.
– Не беспокойся, мое криминальное прошлое позади, – продолжил я. – Уля, не смотри на меня так! Я за него заплатил.
На ходу откупориваю бутылку, забрызгав пеной светлый плащ. Мы идем по потемневшей от дождя тихой мостовой и время от времени смотрим друг на друга. Я молчу. Просто не нахожу больше слов… Но внутри все рыдает и разрывается от переполняющих меня чувств. Так долго и отчаянно я шел к своему счастью. И вот она рядом!
P. S.
Сестра неожиданно запрыгнула мне на спину. Не устояв на ногах, мы обе с визгом полетели на зеленый газон.
– Геля! Сумасшедшая! – закричала я.
Ангелина с хохотом принялась целовать мое рассерженное лицо.
– Он написал! Написал! Первый написал!
– Кто написал? – наконец рассмеялась я, отбиваясь от поцелуев младшей сестры. – Кирилл?
– Ну да! Кто еще?
– А что написал? «Геля, отстань от меня уже, пожалуйста?»
– Ха! Ха! Ха! Смешно!. – Стас тоже успел отпустить пару ядовитых шуточек по этому поводу.
Мы с сестрой так и остались лежать на траве, глядя на звездное небо. Из колонок лилась музыка.
– Вы еще попляшете на нашей с Кириллом свадьбе, – убежденно проговорила Геля.
– Звучит как угроза, – снова засмеялась я, – но я буду только счастлива за тебя. А пока повеселимся на девичнике Полины?
Я первой вскочила на ноги и потянула за собой Гелю. Обнявшись, мы отправились к танцполу.
– Ты почему пластинки сегодня не крутишь? – в шутку пожурила я младшую сестру. – Не зажигаешь толпу?
– Я вся в переписке, – важно отозвалась Ангелина, поправив на голове короткую белую фату. Такая сегодня была у каждой приглашенной на девичник. В этот момент экран телефона снова засветился, и сестра быстро смахнула оповещение. – Боже! Сейчас умру от счастья. Он опять написал!
Сестра погрузилась в чтение. Потом растерянно с широкой улыбкой на лице пробормотала:
– Там и без меня неплохо зажигают.
Я посмотрела на танцпол и не смогла сдержать смех. Геля права: веселье было в самом разгаре. В этот момент Полина Ковалева отплясывала вместе с бабулей. У ба на голове тоже была фата, которая сейчас забавно подпрыгивала в такт каждому новому движению. Тут же танцевали приглашенные девчонки из университета, которые большой компанией приехали к морю на предстоящее торжество. За этот год Ковалева обзавелась множеством хороших приятельниц.
– Поля скоро букет будет кидать, – толкнула я Гелю локтем. – Пойдешь ловить?
– Букет? – растерянно отозвалась сестра, быстро печатая очередной ответ. – Это ж еще не настоящая свадьба.
– Так ради шутки! Репетиция… Геля, слышишь меня?
– А?
– Все ясно с тобой, – обреченно махнула я рукой. – Ты как хочешь, а я танцевать.
Ангелина, уткнувшись в телефон, снова уселась на траву, а я вприпрыжку отправилась к пляшущей Ковалевой.
– Спасибо, что разрешили провести у вас девичник, – счастливо проговорила Поля, обнимая меня.
– Не за что, – засмеялась я, – мы еще и фейерверк в твою честь устроим. У Стаса появился отличный преемник, Геля – королева вечеринок.
Я кивнула в сторону сестры, развалившейся звездочкой под черным южным небом. Ангелина смотрела в экран телефона, который освещал ее блаженное лицо.
– Бабуль, как тебе вечеринка? – со смехом спросила я.
– Превосходно! – отозвалась ба. – Но букет ловить не буду.
– Но почему, Алла Константиновна? – улыбнулась Поля, зарываясь носом в букет розовых пионов.
– Ой, нет! – бабушка засмеялась. – Увольте! Что-то я уже даже наплясалась на сегодня. Поля меня так закружила…
– Девочки! – Ковалева старалась перекричать музыку. – Кидаю букет!
Девчонки тут же радостно завизжали и начали толпиться за спиной Полины. Когда на ловлю букета пожаловала и Ангелина, бабушка возмутилась:
– Юная леди, а вы куда?
– А что такого? – беспечно пожала плечами Геля. – Я уже взрослая. В этом году лицей окончила, между прочим.
Мы с бабушкой переглянулись и рассмеялись.
– Все сюда! Ну же! Девчонки? – продолжала созывать Ковалева.
…Я даже не поняла, как букет пионов оказался в моих руках. Небольшое нежное облачко вспорхнуло в ночное небо, а затем приземлилось
