— Не могу я смотреть, ничего не делая, — сказал Ларри. Он стоял рядом со мной; может быть, он не знал, что вампиры услышат его шепот.
Но это было не важно.
— И я тоже.
Ладно, пусть нас убьют, но мы прихватим с собой сколько сможем.
Жан-Клод обернулся, будто учуял, что мы тянемся к оружию.
— Ma petite, мсье Киркланд, не доставайте оружие. Они следуют закону. Эти женщины пришли их развлечь. Они не будут убиты.
— Вы уверены? — спросила я.
Он помрачнел.
— Я ни в чем уже не уверен, но я думаю, они сдержат слово. Женщины перепуганы и слегка побиты, но вреда им не причинили.
— А это не вред? — спросил Ларри. Он был готов выйти из себя, и его трудно упрекнуть.
Ответила я:
— У вампиров очень оригинальное понятие о том, что такое вред. Правда, Жан-Клод?
Он спокойно встретил мой взгляд:
— Я вижу в ваших глазах обвинение, ma petite, но не забывайте, что это вы меня просили вас сюда привести. В этой конкретной проблеме меня обвинять не стоит.
— Неужто наше развлечение так скучно? — спросил Янош.
— Мы обсуждаем, убить вас сейчас или потом, — ответила я.
Янош разразился низким смешком.
— Прошу тебя, Анита, нарушь перемирие. Мне так хочется найти повод попробовать на тебе свои новинки! Мне кажется, что тебя придется ломать долго. Хотя иногда бахвалы ломаются первыми.
— Я не бахвалюсь, Янош, я говорю правду.
— И она верит в то, что говорит, — подтвердила Кисса.
— Да, есть в ней эта волнующая нотка правдивости, — сказал Янош. — Это самое вкусное.
Белокурая Лайза перестала биться в цепях. Она обвисла, забывшись в рыданиях. Вторая девушка, которую тоже приковали, стояла неподвижно, только руки у нее начали мелко дрожать. Она стиснула кулаки, но не могла остановить дрожь.
— Эти женщины пришли в поисках приключений. За свои деньги они получат, что хотели, — сказал Янош.
Две вампирши открыли панели в черных стенах, и каждая достала длинный свернутый кнут. Девушки этого не видели. К счастью.
Я не могла стоять и смотреть, не могла. Что-то во мне погибло бы навсегда, и пусть лучше погибну я сама. Я хотя бы паду в бою и прихвачу с собой сколько смогу врагов. Это лучше, чем ничего. Но до того, как мы все совершим самоубийство, я попробую поговорить.
— Если вы не пытаетесь заставить нас нарушить перемирие, какого тогда черта вы хотите?
— Хотим? — спросил Янош. — Хотим? Как сказать, Анита. Многого хотим.
Меня раздражало, как он произносит мое имя — полунасмешливо-полуинтимно, как будто мы друзья или близкие враги.
— Чего хотите вы, Янош?
— Разве не ты будешь договариваться за своих? — спросил Янош у Жан-Клода.
— Анита отлично справляется сама, — ответил Жан-Клод.
Янош еще раз улыбнулся пергаментными губами:
— Отлично. Так чего мы хотим?
Вампирши подошли к девушкам, держа кнуты так, чтобы девушки их видели.
— Что это? — спросила блондинка высоким голосом, булькающим от страха. — Что это?
— Это кнут, — ответила вторая девушка. Ее голос, твердый и четкий, не выдавал ее чувств.
Вампирши отошли назад — для хорошего замаха, наверное.
— Какого черта вы хотите? — спросила я.
— Вам знаком термин «мальчик для битья»? — осведомился Янош.
— Человек, которого при королевском дворе пороли вместо наследника.
— Очень хорошо; современные молодые люди мало интересуются историей.
— Какое отношение ко всему этому имеет история?
— Эти девушки — мальчики для битья вот этих ваших молодых людей, — сказал Янош.
Вампирши пустили кнуты змеей по полу и щелкнули ими почти в унисон, но кнуты не коснулись девушек. Вторая девушка вскрикнула — издала короткий резкий звук, когда кнут просвистел по стене рядом с ней. Блондинка просто прильнула к стене, всхлипывая, повторяя и повторяя дрожащим голосом: «Не надо, не надо, не надо».
— Не трогайте их, — сказал Ларри. — Прошу вас.
— Ты согласен занять ее место? — спросил Янош.
Я наконец поняла, к чему все ведется.
— Ты нас не можешь тронуть без нашего согласия! Ах ты, коварный сукин сын!
Он улыбнулся:
— Отвечай, парнишка. Ты займешь ее место?
Ларри кивнул.
— Нет! — Я поймала его за руку.
— Но это его собственный выбор, — сказал Янош.
— Отпусти мою руку, Анита.
Я всмотрелась в его глаза, пытаясь увидеть, понимает ли он, на что идет.
— Ты не знаешь, что может сделать кнут с человеческим телом. Не знаешь, на что соглашаешься.
— Мы это можем вылечить, — сказал Янош.
Вампирши разорвали у девушек одежду на спине — резкий быстрый звук.
Блондинка закричала.
— Нельзя же стоять и смотреть! — сказал мне Ларри.
Он был прав. Нравится мне это или нет, а он был прав.
— Я видел, что делает с человеком кнут, — вдруг сказал Джейсон. — Не трогайте их.
Я уставилась на него:
— Мне не казалось, что ты из тех, кто жертвует собой.
Он пожал плечами:
— Бывают у каждого из нас такие моменты в жизни.
— Легче ли вам будет сделать выбор, если я поклянусь, что, если ваши молодые люди займут место этих девушек, мы их не искалечим?
— А как насчет не убивать? Человек может умереть от шока под ударами кнута.
— Не убьем и не искалечим. Мы просто хотим свой фунт мяса и кварту крови.
Что-то, наверное, отразилось у нас на лицах, потому что он рассмеялся.
— Фигурально говоря, конечно. Шрамы у вас останутся до самой смерти, но большего вреда не будет.
— Это смешно! — сказала я. — Мы на это не пойдем.
— Если мы схватимся за оружие, сможем их одолеть? — спросил Ларри.
Я отвернулась от его серьезных глаз. Он тронул меня за руку:
— Анита?
— Сможем некоторых из них прихватить с собой, — сказала я.
— Но мы все равно погибнем, а кто тогда защитит этих девушек?
Я замотала головой:
— Должен быть лучший способ.
Ларри поглядел на Жан-Клода:
— Он сдержит слово? Они меня не убьют?
— Слово Яноша всегда было надежно. По крайней мере пару столетий назад.
— Можно им верить? — спросил Джейсон.
— Нет, — ответила я.
— Да, — сказал Жан-Клод.
Я посмотрела на него со злостью.
— Я знаю, что вы предпочли бы решить дело стрельбой, но единственный результат будет тот, что мы все погибнем. Или, быть может, некоторые из нас станут вампирами.
Ларри взял меня за плечо, заставил повернуться к нему.
— Придется, — сказал он.
— Этого нельзя делать!
— Ничего другого мы сейчас сделать не можем.
— Не делай этого!
— У меня нет выбора, — сказал он. — И вообще я уже большой мальчик, могу сам за себя решать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
