– Правда, миледи. Значит, нам завтра придется быть еще хитрее.
– Именно, – улыбнулась ему Хонор.
Он улыбнулся ей в ответ. Бэгвеллу всегда будет немного не по себе от нестандартной тактики, но он многому научился, и пока что их эскадра не ударила в грязь лицом перед Хенрисом. Несмотря на то, как сэр Альфред и его модули испортили ее последний сюрприз, результаты упражнений за последнюю неделю распределялись поровну. Из четырех упражнений одно ее эскадра выиграла, два закончились вничью, и одно Хенрис выиграл с небольшим, но честно заработанным перевесом. Вне сомнения, он доволен вчерашним результатом, но Хонор знала, что он не ожидал встретить столь мощное сопротивление. Хенрис был очень вежлив, но на первых совещаниях в нем чувствовалась самоуверенность, переходящая почти в высокомерие.
Она фыркнула, вспомнив это, и Нимиц у нее на плече тоже издал смешок. Хонор заметила, что она, похоже, становится больше грейсонкой, чем мантикоранкой, и задумалась, не показалась ли она грейсонцам такой же высокомерной при первой встрече. Она понимала, что Хенрис не имел в виду ничего плохого и, скорее всего, даже не замечал своей реакции. В конце концов, мантикорский флот привык побеждать и в этой войне тоже пока добился успеха. Мантикорские офицеры рассчитывали, что окажутся лучше всех других, и это чувствовалось.
Что ж, сэру Альфреду придется думать о Грейсоне лучше. В первом же упражнении Хонор и ее эскадра одолели мантикорца, так что, возможно, ей не стоит переживать из-за его вчерашней победы. Впрочем, больше побед Хонор ему отдавать не собиралась.
– Так, – сказала она деловито, отворачиваясь от экрана. – Завтра у нас будет еще один шанс. Это будет последняя игра перед тем, как он уйдет на Тетис, и я хочу выиграть. Мы уже получили вводные?
– Да, миледи. – Бэгвелл достал планшет и включил его. – Для этого упражнения судьи решили поднять его крейсера в классе до дредноутов. Теперь у него восемь супердредноутов и шесть дредноутов, но у нас под командой будет Вторая эскадра.
Хонор внутренне поморщилась, сохранив на лице выражение спокойного внимания. Второй эскадрой командовал лично гранд-адмирал Мэтьюс; он должен присутствовать как наблюдатель. Вторая эскадра успела достичь более высокого уровня готовности, чем Первая, ее собственная, и тренированные экипажи Хонор совсем не помешают… Но капитанов Второй эскадры она знала куда хуже, чем своих, а под присмотром главнокомандующего… Непонятно, поможет ей Вторая эскадра или помешает.
– У нас будет всего одиннадцать кораблей стены по сравнению с его четырнадцатью, но у нас все супердредноуты, так что…
– Извините, миледи.
Хонор повернула голову. За спиной обнаружился Джаред Саттон с планшетом в руках. За последние несколько месяцев ее адъютант сумел освоиться. От болезненной почтительности он перешел к легкомысленным ответам на ее поддразнивания. Со всем почтением, конечно, – боже спаси любого лейтенанта, который начал бы фамильярничать с адмиралом, как бы он этому адмиралу ни нравился! Но сейчас он вел себя почти так же свободно, как любой мантикорец на его месте. Учитывая тот факт, что Хонор – землевладелец и к тому же женщина, прогресс налицо.
Сейчас его глаза были мрачными, а лицо – застывшим, лишенным выражения.
– Да, Джаред? – сказала она и удивленно приподняла бровь, поскольку он молча протянул ей планшет.
Через связь с Нимицем Хонор ощутила его расстройство, но когда она начала читать, ее собственные черты несколько исказились. Она почувствовала, что Бэгвелл и Мерседес обеспокоились, но в сравнении с содержанием сообщения это было не важно.
Она просмотрела вторую страницу, потом третью и сжала губы. Все было даже хуже, чем она думала, но Хонор дочитала сообщение, заставила себя расслабиться и посмотрела на офицеров.
– Спасибо, Джаред. Пожалуйста, попросите коммандера Браннигана сообщить гранд-адмиралу, что я прибуду на «Месть», как только смогу. И попросите Мака приготовить мою парадную форму.
– Да, миледи. – Саттон вытянулся по стойке «смирно» и поспешил прочь.
Она повернулась к гвардейцу, скромно стоявшему у переборки.
– Саймон, сообщите Эндрю, что я покидаю корабль через пятнадцать минут. Пусть вызовет экипаж моего бота и встретит меня в Первом причальном отсеке.
– Да, миледи.
Саймон Матгангли потянулся к коммуникатору, а Хонор повернулась к офицерам штаба и чуть улыбнулась их недоумению.
– Мерседес, гранд-адмирал не приглашал отдельно начальников штабов, но лучше тебе отправиться со мной. Фред, вы нам вряд ли понадобитесь, и у вас достаточно дел здесь. Через час у меня на столе должен лежать полный отчет о готовности всех подразделений.
– Разумеется, миледи. Могу я поинтересоваться, что случилось?
– Можете. – Она протянула ему планшет. – Хевениты взяли Майнет и Кандор. – Мерседес окаменела от изумления. – У гранд-адмирала Мэтьюса есть подтверждения из обеих систем. Мы не знаем, чего они добиваются, но это резко меняет ситуацию.
– Несомненно, миледи, – сказала Мерседес, потом покачала головой. – Насколько велики их силы?
– Больше, чем, по моим ожиданиям, они в состоянии оторвать от звезды Тревора. Согласно сообщениям, они использовали более тридцати супердредноутов… – Мерседес поморщилась. – Конечно, они разделены между системами – так что если они захотят их удержать, то для этого сил маловато.
– Если они не получат подкрепления, миледи, – вставил Бэгвелл.
– Именно. – Хонор покачала головой и глянула на часы. – Ну, некогда нам сейчас заниматься рассуждениями. Мерседес, жду тебя в Первом отсеке. Фред, пора браться за рапорт.
* * *
Гранд-адмирал Уэсли Мэтьюс встал, приветствуя леди Харрингтон, вошедшую на его флагманский мостик. Адмиралу Хенрису лететь было ближе, он прибыл несколько минут назад, но когда вошла леди Харрингтон со своим начальником штаба и двумя гвардейцами, он еще читал поступившие сообщения. Мэтьюс отметил, как майор Лафолле автоматически проверил помещение, оценивая потенциальную опасность, но потом, по знаку леди Харрингтон, оба гвардейца вышли в коридор. Мэтьюс оценил жест, хотя и не опасался, что телохранители Хонор могут разгласить какие-либо секреты. Впрочем, эту информацию вряд ли удастся долго держать в тайне.
Мэтьюс чувствовал себя нервно. Адмирал Хенрис был на тридцать стандартных лет старше леди Харрингтон, таким образом, Мэтьюс оказался младшим из присутствующих. К несчастью, при этом он был старшим по званию. Это означало, что именно ему придется решать, что делать со всем этим безобразием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
