Роанар невесело улыбнулся и благодарно кивнул.
- Спасибо, dassa...
- Руан, - вздохнув, снова обратился к нему я, и он тут же покачал головой.
- Не зови меня так, Райдер. Здесь это имя позорно. Здесь и везде...
Мне защемило сердце: сейчас я вдруг понял, насколько Рон на самом деле беззащитен и молод. Он остался без поддержки отца, без семьи. Из всего, за что он держался, оставалась только верность королю, доказывать которую с каждым днем было все труднее. Мне стало искренне жаль этого человека.
- Оно не позорно для меня, - отрезал я, нахмурившись, и поднялся, решившись сделать импульсивный, необдуманный шаг, - поднимись.
Пораженный моим внезапным воодушевлением, Рон поднялся, подозрительно глядя на меня. Я кивнул и заговорил.
- Барон Руан Экгард, у этого постамента в городе Ургор я присягаю вам на верность. Клянусь, что любой, кто оскорбит честь вас и вашего рода, ответит за свои слова перед моим мечом.
Филисити изумленно распахнула глаза.
- Райдер... - воскликнул Рон, не веря своим ушам, - но ты не можешь... ты... воин Святой Церкви.
- Ты прекрасно знаешь, что эта метка - формальность. Я не принадлежу к воинам Святой Церкви и никогда не буду принадлежать. Помимо заданий, которые дает Дайминио, я воюю за то, во что верю сам. А в твою честь я верю и хочу отстаивать ее под твоим началом. Ты принимаешь мою клятву, Руан?
Рон стыдливо опустил глаза. Филисити посмотрела на меня, ее глаза сверкнули, и она встала рядом со мной.
- Я тоже готова присягнуть вам на верность, милорд.
- Но миледи...
- Вы принимаете клятву? Каждый, кто оскорбит честь вас и вашего дома, будет отвечать и передо мной, - перебила его девушка.
Роанар улыбнулся - все еще вымученно, но уже искренне. Похоже, теперь он счел наше поведение просто дружеской поддержкой и понял, что должен завершить эту игру.
- Это честь для меня, - кивнул он.
- Да будет так, - отозвался я и пожал руку Руану Экгарду, как при первом знакомстве.
Филисити осталась стоять подле меня молча, обжигая внутренней магической силой.
Долгое молчание первым нарушил Ольциг.
- Что ж, нужно продолжать путь. Предлагаю уйти из города. И сделать остановку в ближайшем трактире, - пожал плечами монах, и его слова подтвердили четыре недовольно урчащих от голода желудка. Монах тут же серьезно добавил с поднятыми руками, - обещаю никого не оглушать магией. Даже при первом знакомстве.
Теперь уже мы все улыбнулись и побрели прочь из нового Ургора.
***
Ольциг упрямо остановился и сложил руки на груди.
- Гарантирую, что ничего лучше мы не найдем! Поглядите вперед, там одни бедные деревеньки! Приличных трактиров и постоялых дворов, наверное, больше до самой Миянны не будет. А здесь хотя бы можно остаться на ночь. Может, и лошадей найдем, где купить...
Я устало вздохнул и качнул головой. До черты Ургора оставалось недолго. Миновав Kastelarrii de Sanade'ja, мы прошли по улице, где на глаза уставшего dassa попался уютный трактир "Gana" с комнатами на втором этаже. В этой части города это был единственный трактир, который появился у нас на пути, и оттуда, как это ни странно, не доносились крики во славу нового Ургора.
Похоже, второй центр являл собой полную противоположность первому: политические скандалы здесь не интересовали горожан, они продолжали жить своей тихой провинциальной жизнью независимо от Экгардов.
Ольциг был прав в одном: дальнейший наш путь до самой Миянны будет пролегать лишь через маленькие деревеньки. Чтобы максимально сократить время, за которое мы доберемся до Орсса, придется миновать крупные города и идти напрямик до Лэс-Кэрр-Грошмора, который будет для нас новым рубежом. Если мы минуем проклятый город на окраине Миянны, то сумеем сделать остановку уже в ее столице Альгране.
Монах недовольно ждал, что мы решим. Филисити выразительно смотрела на меня в ожидании моего слова. Как ни странно, его ждал и Роанар. Я неуверенно взглянул на трактир, пытаясь прислушаться к своей интуиции, но слово "gana" ничего мне не говорило. Из моей груди вырвался напряженный вздох.
- Меня бы куда больше манил этот трактир, если бы я понимал, что значит его название. И почему всем так нравится вставлять везде этот древний язык, будь он неладен?
Трое моих спутников снисходительно улыбнулись. Филисити слабо хихикнула.
- Дом...
- "Gana" - значит "дом", - наперебой проговорили Роанар и девушка, тут же обменявшись удивленными радостными взглядами.
К моему горлу подкатил противный желчный ком ревности. И мне бы радоваться, что между Роном и Филисити впервые проскочила малая искорка, раз уж я решил благородно отступить, но вместо того настроение мое тут же ухудшилось. Я стиснул зубы и постарался натянуть улыбку.
- Что ж, тогда следует прислушаться к dassa, - сказал я. Тон мой прозвучал холоднее, чем хотелось бы, однако, кажется, своих чувств я не выдал.
Мы вошли в трактир, толкнув скрипучую деревянную дверь, и оказались в полупустом большом зале. Люди, сидевшие внутри, вели себя на удивление тихо, никто действительно не выкрикивал про новый Ургор. Никто из посетителей, к слову, не производил впечатления старожила. Казалось, здесь собирались исключительно странники, вроде нас, которых собственные дела интересуют куда больше дня города.
Трактирщик - худощавый мужчина с лысой макушкой и седыми волосами по бокам - подошел к нам крупными шагами, и тут же проговорил:
- Доброго вечера, господа. Добро пожаловать в "Gana". Комнаты интересуют?
- Интересуют, - отозвался Роанар, переглянувшись со мной.
- Плата вперед, - улыбчиво кивнул трактирщик, - один золотой за комнату. Осталось три. По два места в каждой.
- Берем все, - кивнул я, протягивая мужчине три золотых из мешочка, украденного из лагеря Рыжего Шина. На мне замерло три пары глаз моих попутчиков.
Как только трактирщик отошел дать распоряжение служанке, чтобы та приготовила наши комнаты, я обратился к друзьям и кивнул:
- Отдельная комната достанется Филисити, еще одна - кому-то на ваш выбор.
Роанар нахмурился, однако пожал плечами.
- Что ж, мне все равно, где спать, - сказал он, хотя, кажется, больше всех хотел сегодняшнюю ночь провести с комфортом в поместье Экгардов и (в самых радужных своих мечтаниях) в одной комнате с Филисити.
От одной этой мысли я передернул плечами, пытаясь остановить фантазию и сбросить с себя навязчивые неприятные образы.
- Тогда я рад был бы поспать в отдельной комнате, - улыбнулся Ольциг. Мы с бароном вернули ему улыбку, решив, что пришли к соглашению.
К столу подошла светловолосая женщина в простом темно-синем платье.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
