восстановлении повреждённых душ?
— Ага, — отозвалась девушка с ноткой заинтересованности в голосе. — У меня бабушка с совершенствованием переборщила, а ей было уже семьдесят восемь! Ездила лечиться в Китай, а что? Ты что, повредил душу?
— И да, и нет. Есть душа, которую нужно восстановить, но она, как бы сказать… без тела.
Сначала была короткая пауза. Всего несколько секунд, но сразу после этого Мария громко присвистнула.
— А я только подумала, что в моей жизни редко случается что-то интересное. Подробности?
— Подробностей нет.
— Это так не работает, знаешь ли, — цокнула Мария. — Смотри-ка, ты мне подробности, а я попрошу отца тебе подсобить. А ещё должен мне будешь — выполнишь абсолютно любое моё желание, если я попрошу. Ну что?
Я задумался. Рассказывать Марии? Ужасная идея. С другой стороны, если князь поможет мне вернуть душу Сабуро в нормальное состояние…
— В обратном порядке, — потребовал я.
— Ладно-ладно, в этот раз уступаю, — великодушно согласилась девушка. — Ну что, на какое число у тебя рейс?
* * *
Дисклеймер: я не одобряю азартные игры и всё, что связано с самим существованием Кикучи Таро
Кикучи Таро вздохнул, скидывая пиджак на пол возле входной двери. Ему повезло, что он заставил отца отписать ему немного имущества в Лас-Вегасе — зная Орочи, он вполне мог бы выгнать сына и заставить его вернуться в то убогое поместье близ Токио, чтобы оплатить свои долги.
А у Таро и собственных хватает, чтобы думать ещё и о том, что он может остаться без крыши над головой или делить жилплощадь с папашей и тупыми братьями. Сейичи — точная копия отца, и рожа у него такая же пропитая, так что общаться с ним на редкость противно. А Сабуро и вовсе ходячее убожество — раньше его было весело избивать, но в последний раз отец обозлился и накричал на среднего сына, брызжа слюной.
Что-то о том, что если ему опять придётся давать работникам больниц взятки и отбиваться от прессы, Таро придётся заниматься этим самому. В любом случае, кому оно надо? Репутация семьи и так ниже не куда. Раз уж папаша так о ней печётся, мог бы и сам что-нибудь сделать и прекратить свои постоянные попойки.
Конечно же, он этого не сделает. Как будто кому-то ещё есть дело до этого глупого клана.
Таро никогда не хотел быть борцом с демонами. Глупость какая — рисковать жизнью ради людей. Ему своя шкура дорога — остальные пусть сами разбираются. В Оясиме, вон, ещё девять главных семей да целая куча кланов поменьше да свободных оммёдзи. На крайний случай, есть вооружённые силы. Так чего ему горбатиться, если всегда найдётся кто-то, кто сделает это за него?
Не-ет, Таро не заставишь этим заниматься! Даже вся эта дорогущая коллекция мечей осталась пылиться в Токио — штука, конечно, красивая, но эти мечи даже не перепродашь. Видите ли, создано для кровных членов семьи Кикучи. Зачем вообще так делать?
У Таро было много амбиций. С самого детства он был умнее и сильнее своих братьев — точнее, своего брата Сейичи. Как можно сравнивать себя с Сабуро, этим маленьким ноющим убожеством? Единственное, что он умеет, это пищать, когда его бьёшь, и смотреть своими испуганными оленьими глазами. Весело, когда нужно снять стресс, но грушу для биться где угодно можно найти — для этого не нужны никакие выдающиеся таланты.
Таро с отличием закончил школу, получил образование за рубежом — благо, тогда у отца ещё было достаточно денег на его оплату. Теперь он должен был создать бизнес — это было мечтой Таро с самого юношества, отделиться от клана Кикучи, в глаза не видеть всех этих борцов с демонами и оясимскую элиту и стать тем самым директором компании, как все эти успешные люди из фильмов: с зачесанными волосами и дорогими часами, в шикарных костюмах и лакированных туфлях. Да, Таро бы всем показал — он не просто сын алкаша Орочи, он настоящий успешный человек. Вот, кто бы смог носить титул хакусяку — и он точно считал бы себя достойным его, если бы у него было хоть малейшее желание жить в Оясиме.
Но зачем? Штаты — вот страна возможностей. Что делать на родине, если можно уехать в САСШ? Это и сделал Таро — выпросил у отца денег и окончательно покинул семейное гнездо в надежде создать что-то с нуля.
Первый блин комом — всё накрылось, денег не хватило, и Таро продал одну из машин (дурак он что ли, чтобы не взять несколько) из нежелания просить деньги у семьи так скоро. Затем Таро понял, что сумму надо как-то быстро увеличить, и пара новых знакомых из Лас-Вегаса привела его в казино.
Кто он такой, чтобы им не доверять? Прежде Таро никогда не играл и даже не думал, что однажды придётся попробовать. Атмосфера казино захватывала дух — стоило ему переступить порог, как он очутился в прекрасном, ярком месте. Каждая деталь вызывала интерес, а все эти мудрёные игры заставляли Таро делать попробовать каждую из них.
Азарт бурлил в венах, проникал в мозг и заставлял переигрывать снова и снова. Первые маленькие победы разжигали всё больше желания продолжать. Приятели подливали шампанского в высокие бокалы и похлопывали по плечу в немом одобрении. Таро выиграл двести тысяч долларов и понял, что сделал правильный выбор.
Прежде чем понял, что остался один.
Нет никаких приятелей и друзей, нет хороших вегасских знакомых, есть только завистники или зазывалы из казино. Путь Таро будто был проложен свыше — всё больше и больше денег, один лишь успех.
А потом он впервые проиграл.
Сначала полмиллиона. Таро принял это, как и любую данность — ничего такого в том, чтобы один раз проиграть. Он расплатился с долгом, но с тех пор его будто преследовала череда неудач. Всё больше и больше денег утекали сквозь пальцы. В конце концов он даже спрятался от всего мира и уехал в Оясиму на несколько месяцев. Было легко уговорить неадекватного отца дать ему больше денег — в конце концов в руках Таро оказалась треть всего состояния Кикучи.
На этом про игры можно было и забыть, но Таро уже не мог остановиться. Это затянуло его: первой мыслью утром были игры, последней перед сном — тоже они. Выигрыши, проигрыши, вероятности — это всё, что занимало его мозг днями напролёт.
День Таро был ужасным: недавно был скандал из-за того, что он не выдержал и ударил папарацци. Что он мог сделать? В
