— Потрясающе, — благоговейно прошептала она. Нагнувшись поближе, Соня вдруг обратила внимание на крупный гранат, вделанный в рукоятку меча.
Гранаты всегда высоко ценились в Шотландии. А этот камень размером с детский кулак, должно быть, стоил целое состояние.
Соне бросилась в глаза еще одна витиеватая надпись на рукоятке меча, которую издалека можно было принять за узор в виде спирали. Но и ее прочитать она не могла.
Вздохнув, Соня слегка отодвинулась… и краем глаза заметила блеск золота, слабый, но отчетливый, который невозможно спутать ни с чем. Осторожно, двумя пальцами она отодвинула в сторону истлевший от времени край туники вождя, чтобы хорошенько рассмотреть то, что висело у него на шее.
У Сони перехватило дыхание, когда она увидела старинный амулет в виде двойной золотой спирали, которая была у древних кельтов символом равноденствия. Что-то подсказывало ей, что этот амулет связан с артефактом… что им не обойтись без него, если придется сражаться с Дейрдре. Соню мучили сомнения. Ей очень не хотелось нарушать покой мертвых, однако на кон были поставлены тысячи невинных жизней, которые ей, возможно, удастся спасти. Осторожно приподняв кожаный ремешок, на котором висел амулет, Соня перерезала его кинжалом, который отыскался в груде оружия на полу, поднесла амулет к свету и залюбовалась им.
— Если выяснится, что я не имела права его брать, я верну его назад, — прошептала она, обернувшись к останкам вождя. — А если ты хотел, чтобы я воспользовалась им как одним из артефактов, тогда клянусь, что буду хранить его как зеницу ока, пока не придет его день. Так, как это делал ты.
Факелы вдруг ослепительно вспыхнули, словно мертвый вождь услышал ее слова и согласился отдать амулет.
Айла, стоя на окраине деревни, пристально вглядывалась в темнеющий лес. Позади высилась громада замка Маклауд. Раньше она как-то не обращала на лес внимания — до тех пор, пока не увидела Рамзи. Он вот уже несколько часов подряд разглядывал деревья, и в конце концов Айла не выдержала и решила выяснить, что происходит.
Только подойдя к Рамзи вплотную, она обратила внимание на одно весьма странное обстоятельство… Дело в том, что деревья почему-то клонились в другую сторону — не в ту, куда дул ветер.
— В чем дело? — услышала она за спиной глубокий, звучный голос, от которого у нее замирало сердце.
Дождавшись, когда Хейден подойдет поближе, она потянулась, чтобы взять его за руку. Потом кивком головы указала на деревья:
— Смотри… ничего странного не замечаешь?
— Это просто деревья. Ветер, вот они и клонятся, — пожал плечами Хейден.
Айла подавила вздох. Она любила своего Воина… но почему он глух и слеп, когда речь идет о магии?
— Посмотри на них, Хейден. Обрати внимание, в какую сторону они клонятся… как они двигаются. Ничего не замечаешь?
— Проклятие! — выдохнул Хейден. — Думаешь, именно это и заметил Рамзи?
— Уверена.
— Может, они пытаются поговорить с Соней?
— Н-нет… — Айла, облизнув внезапно пересохшие губы, пожала плечами. — Мне кажется, они пытаются что-то сообщить.
И вдруг деревья застыли, словно разом окаменев.
Хейден, выругавшись сквозь зубы, отпустил руку Айлы.
— Схожу за остальными. Думаю, им тоже нужно это увидеть.
Айла не могла отвести глаз от деревьев. Она готова была поспорить на что угодно, даже на свою магию, что деревья знают, где Соня, и сейчас они изо всех сил стараются рассказать живущим в замке, где ее искать.
Не прошло и нескольких минут, как все примчались.
— Что ты обнаружила? — взволнованно крикнул подбежавший к ней первым Куин, самый младший из трех братьев.
— Деревья, — прошептал Рамзи.
Его серые глаза потемнели от волнения.
— Мне кажется, они пытаются что-то сказать, — вмешалась Айла.
— Соне? — встрепенулся Куин.
— Нет, — покачала головой Айла. — Нам. Думаю, они хотят сообщить, где искать Соню с Броком.
— И предупредить, что им угрожает опасность, — поспешно добавил Рамзи.
— Они больше не двигаются. Как ты думаешь, давно они пытаются с нами поговорить? — вмешался Фэлан.
— Около часа, — прошептала Айла. Рамзи, кивнув, уставился в небо.
Айла украдкой вздохнула — она понимала, как он беспокоится за Брока, с каким нетерпением ждет, что его друг вернется. Впрочем, они все беспокоились и надеялись, что Брок вернется вместе с Соней. Айла бросила взгляд на деревья в надежде, что они вновь попытаются заговорить. И ничуть не удивилась, когда те потянулись к ним, борясь с напором ветра.
— Бог ты мой… — ошеломленно протянул Куин.
Внезапно деревья, словно по команде, склонились вправо. Это повторялось снова и снова, как будто они пытались что-то сказать.
— Думаю, они показывают нам направление, — заметила Айла. — Пошли. Быстро!
Воины уже готовы были двинуться в путь, когда чья-то исполинская тень на мгновение закрыла от них солнце. Вздох облегчения вырвался у всех, когда они узнали Брока. Но радость оказалась недолгой — Брок вернулся с пустыми руками.
Уже подлетая к замку, Брок вдруг заметил на окраине деревни группу Воинов и поспешил вернуться назад. Не успел он опуститься на землю, как перед ним вырос Рамзи. Его серебристо-серые глаза впились в лицо друга.
— Живо говори, что нужно делать! — отрывисто бросил он.
Брок обвел взглядом лица столпившихся вокруг него Воинов.
— Мне пришлось бросить Соню одну, — с тяжелым вздохом признался он. — К счастью, Дейрдре не сможет до нее добраться, но мне нужно вернуться и как можно быстрее.
— Что произошло? — обычным для него повелительным тоном бросил Хейден поверх голов остальных. Он возвышался над другими Воинами.
— Дейрдре охотится за вторым артефактом. Она сказала, что не может до него добраться, зато могу я, — запинаясь, объяснил Брок.
— Где Соня? — вмешалась Маркейл. Ее глаза наполнились слезами.
Брок вздохнул и принялся рассказывать.
Когда он закончил, Куин, переглянувшись с братьями, почесал подбородок.
— Если Дейрдре решилась выйти из своей горы, значит, она настроена решительно. Мы должны быть очень осторожны.
— Сколько Соня сможет продержаться в гробнице? — вмешался Дункан.
Брок пожал плечами. Его крылья шевельнулись, словно ему не терпелось подняться в воздух.
— Недолго. Мне нужно вернуться туда как можно скорее.
Растолкав остальных, вперед вышел Галин. Кожа его на глазах позеленела, во рту блеснули клыки.
— Тебе понадобится моя помощь.
Брок давно уже понял, насколько болезненны для Галина чужие прикосновения. Едва коснувшись кого-то, он мог без труда проникнуть в его мысли. Единственным человеком, на кого не действовала его сила, была его жена Риган — первый из найденных им артефактов.
