Группировок хватало, чтобы собрать очень большой боевой отряд, и… в этот отряд требовались только лучшие. Чтобы он гарантированно справился с задачей, тем более уровень её сложности был неизвестен.
Но и это было не всё. Также, лидеры аристократов и стай других городов и регионов, как я понял со слов Лаане, тоже пойдут в бой. Точнее, создадут свои карательные группы. Ибо никто не знает, что нас ждёт с Сибири.
Да и… никто ещё не может со стопроцентной уверенностью сказать, там ли они будут, и там ли их основная база. Вполне возможно, это ложный след или даже заранее подготовленная дезинформация — такое тоже нельзя было отрицать.
— Тогда… — протянул я, понимая, что меня на это подпишут в любом случае. — Если никто до конца не уверен, что центр общества где-то в Сибири, почему сейчас об этом говорят?
— Подготовка, — Эдвард Тойвович покачал головой в знак недовольства. Надеялся, что я додумаюсь сам… — Даже если их там не будет, нам уже будут известны имена участников карательной операции. И сами участники будут понимать, на что они подписаны и что им делать. Подготовка к неприятным вещам и последствиям. Понимаешь?
— Понимаю, — коротко ответил я. — Но не понимаю другого… почему я? Я ещё не готов, как бы это грубо ни звучало… и кто ещё от нашей гильдии?
Вопрос насчёт того, готов я или нет, Лаане попросту проигнорировал. А вот из наёмников назвал лишь три имени. Светлану — мага, и… Марию и Аню. Двух официанток, которые гонялись за мной по городскому парку вместе с Виктором.
* * *
Недельные каникулы закончились так же быстро, как и начались. Для меня… они стали чем-то переходным. Ибо я только и делал всё это время, что, тренировался. Поэтому прийти с утра пораньше в институт стало для меня глотком свежего воздуха — ведь можно было не идти на тренировку, чему я был искренне рад.
Не то чтобы я устал от лиц наёмников и костюма официанта, нет… я отвык за неделю от обычного социума, который никак не относился к моей работе.
Первая пара пролетела за мгновенье ока. Нерадивая и нелюбимая философия, показалась мне просто лёгким стрессом из-за того, что Возрикович только и делал, что спрашивал меня.
Конечно, было небольшое желание задать ему косвенный вопрос про носителей симбионтов, ибо во время облавы в городе, он и ещё тройка преподавателей чудесным образом испарились. Но это некрасивое желание я в себе очень быстро подавил, пусть и было весьма сложно не высказаться.
Правда, только после того как в аудиторию, с опозданием, что было не про «Аню», зашла она самая.
Её бледноватое лицо и вялые движения вызывали у меня массу вопросов, которые я задавал до окончания пары. Но, как бы странно это ни было, она просто устала. Поэтому основную часть разговора мы перенесли на обеденное время, а для этого нужно было ещё раз пережить философию.
На втором занятии, на моё счастье, профессор особо не донимал меня. Более того, он, в целом, никого больше не спрашивал. А мы всем курсом полтора часа пялились на интерактивную доску, пытаясь понять разницу между греческими философами бронзового века. Если они… вообще были там. Я, честно говоря, потерял нить повествования ещё на пятой минуте.
Стоило звонку прозвенеть, как настроение изменилось. Сонливость и вялость как рукой сняло, а подруга детства ухватила меня за руку и потащила в буфет со словами:
— Сейчас всё без нас съедят!
Кушала она второпях. Жадно, я бы даже сказал, что в какой-то мере объяснило её вялость и бледность.
Аня вместе со своей группой девиантов преследовала общество до границ области. И не городской, а федеральной…
Общество людей, осведомлённых о носителях, передвигались не совсем привычным методом. Точнее, они сделали всё, чтобы быть незамеченными на федеральной трассе. На большой «горсти» внедорожников и вездеходов, поехали по прямой, через трассу.
— Я и Альфа преследовали их короткими перебежками, — жаловалась мне Аня, найдя в лице меня благодарного слушателя. — Вторая группа ехала по дорожному участку в небольшом фургончике, стараясь уловить радиочастоты их передатчиков.
— А ради чего? — искренне удивился я. — Ну, покинули они наш город, да и тем более, нашу область. Здорово же! Одной морокой меньше.
— Для города, но не для всех остальных, — оборвала меня Аня. — Понимаешь, в чём дело…
Она уткнулась лицом в тарелку с остывшими макаронами, и, не продолжая рассказа, запихнула в себя дополнительную порцию.
А вот суть того, что она хотела сказать…
Подобная организованная группа очень опасна для любого из нас. Это я понимал и без неё. Тем более что её финансирует кто-то из правительства и это минимум! И такие умники, которые сидят там, явно не оставят город без своих надсмотрщиков, пусть и не столь явных.
Целью группы Ани было узнать, сколько их людей осталось в городе, и место, куда они направляются.
Я же, выслушав её, не проронил ни слова о возможном местонахождении базы. И Аня прекрасно понимала, что я знаю что-то. О чём ей не рассказываю, но и не особо настаивала.
— Я так понимаю, — попытался перевести тему. — Если вы узнаете тех, кто остались в роли шпионов, вы же их не тронете?
— Нет, — кивнула Аня. — Одного-двух завербуем. А остальные… ну, что же. Несчастные случаи, скорее всего. Но я к этому руку прикладывать не буду. Есть у босса спецы, которые этим будут заниматься. Да и сливать дезинформацию тоже можно.
Её заявление не удивило меня. Совсем.
Закончили разговор тем, что Аня рассказала о последнем дне. В этот день группа людей выбралась из леса и уже по федеральной трассе пересекла область, где к группе прибавился ещё и автобус с жёлтыми номерами и без опознавательных знаков.
К чему был этот автобус… оставалось только догадываться. Чем я и буду заниматься в ближайшее время на досуге.
А сейчас…
— Прогуляемся? — задорно предложила подруга. — Давно я мороженого не ела!
— Дубак же на улице! — воскликнул я. — С утра северный ветер!
— Меня никакая зараза не возьмёт,— улыбнулась Аня и, схватив поднос, понесла его на ленту. — Впрочем, и тебя тоже…
* * *
Слежку мы почувствовали ещё на выходе из ворот охраны, пусть и весьма формальной. А сам преследователь привлёк к себе внимание своим видом. Много ли дураков будет ошиваться у
