Когда-то здесь дислоцировались десантники, с ними были всякие неприятности: то на выходных подерутся с местными, то оружие потеряют, то на БМД за водкой выедут… Тогда и мы с ними на первых порах работали: задерживали драчунов, искали пистолет, останавливали бронемашину… А уже потом наезжали военные дознаватели да прокуроры, забирали задержанных и все материалы, но мы-то все равно в курсах были… И в часть заглядывали, и с командирами по праздникам выпивали…
Степанов встал, прошелся по тесному кабинету, налил из графина стакан воды, залпом осушил. Громобой подумал, что жажда его мучит после вчерашней пьянки, но пить теплую застоялую воду еще хуже, чем самогон из томатной пасты, который гонят в этих краях. Однако участковый, наверное, так не думал — он взбодрился, вытер губы тыльной стороной ладони и продолжил окрепшим, упругим голосом:
— А потом эти, новые, заехали — и как отрезало! Мы их уже не видели, не слышали, ЧП с ними не было, за проходную мы уже нос не совали и что там, за забором, делается, понятия не имели! Несколько раз, когда проходили областные спецмероприятия — поиск беглых зэков, розыск группы предполагаемых террористов и тому подобное, — мы пытались зайти на территорию и сделать хотя бы осмотр. Но нас даже не пустили за КПП — вышел какой-то человек в штатском, предъявил удостоверение капитана вооруженных сил и дал от ворот поворот сразу двум полковникам — из Главка и из министерства. Дескать — это режимный объект, поэтому вызывайте военное следствие или военного прокурора. Полковники стали звонить по своим каналам, но выяснилось, что ни обычный военный следователь, ни обычный военный прокурор зайти в эту часть тоже не могут. Оказывается, этот объект обслуживается специально выделенными подразделениями военной юстиции! Короче, концов не нашли, умылись и ушли… А потом мы уже туда и не совались!
— Ну ладно, а кто там проходит службу? — хмуро спросил Громобой, которому все это не нравилось. — Они же не невидимки! И не на парашютах туда спускаются!
Степанов посмотрел на него, как на идиота.
— Не на парашютах. И не невидимки. Утром приходят зашторенные автобусы, заезжают на территорию. И легковушки заезжают, но немного. Вечером уезжают.
— Но транспорт можно остановить, досмотреть, проверить документы!
— Можно, — согласился Степанов. — Но желающих нет. И тебе, майор, я не советую туда лезть. Как бы они тебя раньше не проверили! Да так, что мало не покажется!
И участковый снова выпил стакан теплой, застоялой воды — без всякого отвращения, скорей с удовольствием. Громобой попрощался, быстро вышел на улицу и сплюнул. Но хотя он не пил протухшую воду, во рту отчетливо ощущался ее противный вкус. И потому доверия к словам майора Степанова у него не было.
* * *
На спецобъекте «Гвоздика» вновь проходила оперативка по теме «Звезда смерти». На этот раз почти все присутствующие, кроме одного человека, были в форме с тяжелыми, выполненными золотым шитьем, большими звездами на погонах — прямо отсюда им предстояло отправиться на большое совещание при Главном командовании. И состав участников несколько изменился: не было начальника космической разведки генерала Плющеева по прозвищу Коперник, не было гражданских экспертов, зато присутствовал генерал Вилховский — командующий Силами специальных операций. И эта замена о многом говорила — собравшиеся понимали: разработка спускается с теоретических небес на практическую землю, ибо все точки в конечном счете расставляются именно на твердой земной поверхности, в конкретных географических координатах и конкретными людьми, специально подготовленными отнюдь не для глубокомысленных мудрых рассуждений, а для действий — как правило, в тех их формах, которые называются «острыми».
Основное сообщение озвучивал возглавляющий СВР генерал-майор Бочкин, остальные с интересом слушали. Сидящий в одиночестве за столом президиума генерал-полковник Громов внимательно наблюдал за тремя генералами в летней форме и одним крепким мужчиной в белой полотняной шведке и легких брюках, который своим видом резко выбивался из общего строгого фона. Такой диссонанс должен был раздражать глаз начальника Генштаба, хотя вовсе не являлся вопиющим нарушением — напротив, полковник Кленов соблюдал требования конспирации, да и на генеральские совещания высшего уровня его не приглашали. А может быть, Громов не наблюдал за своими и чужими подчиненными и не размышлял о допустимости здесь штатской одежды, а тоже внимательно слушал докладчика — хотя он и так знал, о чем пойдет речь. Но на нем лежало бремя подготовки приказа…
— Наш источник «подсветил» ряд вопросов, которые поднимались на прошлой встрече, что позволяет нам сегодня сделать необходимые выводы для принятия обоснованного решения, — в голосе директора СВР отчетливо угадывалась гордость победителя. — Во-первых, пульт управления космическим аппаратом под условным названием «Звезда смерти» действительно существует. Во-вторых, он не взорван, не демонтирован, а законсервирован и находится в работоспособном состоянии. В-третьих, уточнено местоположение объекта: он находится между кишлаками Тошлок и Янада, примерно на одинаковом расстоянии от каждого. Таким образом, круг поисков сужен до пятисот-шестисот метров, установлены и ориентиры на местности, позволяющие с достаточной точностью на него выйти…
Доклад был четким и коротким, как и подобает высокопрофессиональному доведению информации до подготовленной аудитории.
— Коллеги из СВР сумели получить очень важные сведения, — сказал Громов, когда Бочкин замолчал. — И они уже доложены на самом высоком уровне!
Начальник генштаба показал пальцем вверх, в потолок. И хотя все знали, что ни на втором этаже, ни на чердаке не могли докладываться никакие сведения — ни важные, ни неважные, значимость жеста оценили и поняли, о чем идет речь…
— Однако никакого конкретного решения по нейтрализации «Звезды смерти» принято не было, — продолжил генерал-полковник. — Руководство запросило предложения по решению этой задачи. При этом была подчеркнута деликатность проблемы и четко определено, что никто не собирается вновь вводить армию в страну «А»!
— Есть восточная поговорка, товарищ генерал-полковник: «Когда меч бессилен — может помочь кинжал», — встав и обозначив несколько упрощенную стойку «смирно», сказал Вилховский.
— Что это значит? — поднял бровь начальник штаба.
— Известны случаи, когда армии меченосцев в изнурительных боях не могли выиграть сражение, а лазутчик с кинжалом, пробравшийся в шатер вражеского полководца, приносил своим победу! — Вилховский любил читать книги про исторические битвы, мемуары известных военачальников и старался при каждом удобном случае блеснуть своими знаниями. Он многозначительно улыбнулся. — А «Кинжал» как раз у нас имеется!
Все повернулись в сторону полковника Кленова, который и возглавлял оперативно-боевую группу специального назначения «Кинжал».
— Так что вы предлагаете? — спросил Громов.
— Я предлагаю решить эту задачу с помощью группы из подразделения «Кинжал», — уточнил Вилховский.
— У вас разработан план операции?
— Да, — кивнул генерал. — Но в нем имеется один пробел. Мы не
