Через неделю приезжают к этому острову. Царь сам удивляется… Выходят к нему навстречу Иван премудрый с братьями, с маменькой… Царь пал на колени, с радости заплакал… И послал царь тотчас указ, чтоб и духу их (теток-то) не было. Приехал государь обратно. Вышли его встречать весь город, сенаторы; и ее под ручки повели… Иван премудрый и говорит: топор и дубинка! чтоб все здесь было: и птицы райские, и коты заморские! — Сколько было радости и народу удивленье на эти редкости и на царских детей!
НАСТАСЬЯ ПРЕКРАСНАЯ
Не в котором царстве, не в котором государстве, именно в том, в которм мы не живем, жил был царь, а у этого царя был сын да дочь: сын — Иван царевич, дочь — Марья царевна. И был у этого царя круг дворца прекраснейший сад; в этом саду беседка, а у беседки стоял на часах солдатик, очень красивый собой. И ходила в этот сад прогуливаться одна генеральская дочь. Влюбилась она в этого солдатика; постоянно придет к нему, посидит, поразговаривает и отправится домой. Царь это дело сметил, приходит к солдату и говорит: Слушай, служивый! должно быть, тебя любит эта генеральша? — Точно так, ваше царское величество, у нас с нею любовь происходит третий год.
Однажды царь прогуливался в саду, и явилась тут генеральша. Захотелось царю склонить ее к себе в любовницы, но она ни за что не соглашается. Царь рассердился на нее и говорит: Ах ты, подлая! солдату…! — Как я солдату…? — Сейчас отправилась к солдату, приходит и говорит ему: что же, служивый, вы какими словами похваляетесь, будто я вам…? Солдат очень испугался, да от робости и сказал: — Да как же не…? Конечно…! Ну так хорошо! Сейчас же отправилась домой и обсказала своему родителю. Тот приказал посадить солдата в темницу. А была в него давно влюблена Марья-царевна, но не могла найти способа с ним сблизиться. Теперь же нашла легчайший способ: сделала к солдату подземный ход и стала ходить каждый день. Солдату отлично стало жить, только что не на воле.
Вот вздумалось царю женить своего сына. Стали свататься за тридевять земель в тридесятое царство к Настасье прекрасной, и та была согласная идти за царевича, с тем только, чтобы он отгадал одну загадку. Прислала она в чемодане саблю, и нужно было отгадать: в которм конце носок, и в котором рукоятка.
Приходит Марья-царевна к солдату и обсказывает ему об этом деле. Солдат говорит ей: простая штука отгадать: опустите чемодан в молоко; в котором конце рукоятка, тот и повернется кверху, так и отпишите, будет верно. Опустили чемодан в молоко, — верно, сбылось по-солдатову. Отписали туда обратно. И присылают опять оттуда 12-ть голубей, и нужно узнать, который и них старший; голуби были сизые.
Марья царевна приходит к солдату и говорит ему: опять пришла загадка; 12-ть голубей и нужно узнать, который из них старший. Солдат отвечает: насыплите пшеницы и пустите голубей; все голуби будут клевать, а один меньше; он будет ходить да ворковать вокруг их, так вы его и заметьте; будет верно. Заметили голубя, отправили обратно, вдруг оттуда письмо, чтобы сам Иван царевич приезжал. Иван царевич собрался в путь и отправился. — Приходит Марья царевна к солдату и говорит: у нас отправился далеко братец Иван. Отвечает ей солдат:
— Ежели меня не будет там, так ему не воротиться домой. — Ах, как же так! поезжай туда! Я тебя отсюда выпущу…
Вышел солдат из темницы. Дала ему Марья царевна денег на дорогу; солдат купил себе приличное платье, пошел по кабакам, и набрал себе 12-ть пьяниц. Пьяницы и говорят: Что прикажете делать?
— Что делать? Ничего. Только вино пить.
— Ах, брат! житье важное!
Отправились в путь дорогу. Много ли, мало ли отошли они места, только солдат увидал: дерутся на дороге два чертенка, делят после деда-прадеда шляпу-невидимку и не могут разделить. Солдат подошел к ним и говорит: полноте вам драться, давайте я вам разделю. — Раздели, брат, пожалуйста! Солдат взял ружье, зарядил порохом. — Вот я хлопну, так бегите; который этих порошинок больше насбирает, того и шляпа. — Хлопнул из ружья, черти побежали. Надел он шляпу-невидимку, пошел к пьяницам и хлопнул одного шляпой. Пьяницы начали драться. Солдат снял шляпу. — Ребята, что вы, тише! Пьяницы начали друг на дружку жаловаться.
— Он мне дал оплеуху! — Другой: он мне дал оплеуху, вот и драться стали. Солдат угостил их водкой.
Пошли дале. Опять на дороге дерутся два чертенка. Солдат подошел к ним. — Об чем, ребята, деретесь? — Делим скатерку-самоварку, два года не можем разделить. — Давайте, я разделю. — Раздели, брат, пожалуйста. Солдат зарядил ружье, хлопнул из него. — Ну, ступайте, бегите, собирайте эти порошки, который скоряя сосбирает, того и скатерть. Черти убежали, солдат взял скатерку и ушел к своим товарищам. Раскинули скатерку. Всего стало довольно, и водки, и кушанья.
Опять пошли вперед. Идут дорогой, и опять солдат видит: дерутся два чертенка. Подходит к ним. — Об чем, ребята, деретесь? Вот, делим после деда-прадеда ковер-самолет, три года разделить не можем. Солдат зарядил ружье, хлопнул из него. — Бегите скоряе, собирайте эти порошки, который скоряй сосбирает, того и ковер. Черти убежали, а солдат взял ковер-самолет и отправился к своим товарищам. Угостивши их, раскинул ковер. Сели они, полетели, подобно из лука стреле пущенной, сразу преставились в то царство, где была Настасья прекрасная, и спустились в сад. — Еще Ивана царевича и слуху не было. Солдат и говорит своим товарищам: Слушайте, ребята, вас будут спрашивать, так вы отвечайте, каждый про себя: я большой-набольшой. Вдруг из дворца увидели, что прилетел жених на ковре по воздуху; сказали Настасье прекрасной, та пошла встречать и говорит своим придворным: однако, хитер жених! — Приходят туда и видят: все пьяны. Начали спрашивать: кто из вас большой? Все в один голос отвечают: я большой-набольшой! Так и не могла ничего добиться. Настасья прекрасная приказала принять их во дворец: потом я узнаю, кто из них старшой.
Пьяницы пришли во дворец, начали там пировать, а Настасья прекрасная приказала постлать в комнату одну перину. Пьяницы уснули кто где, а солдат лег на перину. Вдруг ночью приходит Настасья, взяла и отстригнула у солдата угол у жулетки, а сама ушла.
Солдат, проснувшись и заметив это дело, взял у всех отстриг углы у жулеток. Утром приходит Настасья прекрасная и спрашивает: кто, господа, у вас большой? Пьяницы все в один голос отвечают: я большой! я большой! Приходит она к солдату. Вот он над вами большой! Тут пьяницы ее спросили, по чему вы замечаете? — Я вечор вот угол отстригла у жулетки. Пьяницы посмотрели: также и у них нет углов. — Нет, это неправда; вот и у нас углов нет. Настасья прекрасная видит: толку нет, приказала их прогнать в шею.
Солдат с пьяницами отправился в город и нанял квартиру. Вдруг приехал Иван царевич. Началась пушечная пальба, по всему городу стало известно, что приехал настоящий жених. Настасья прекрасная собралась и пошла встречать со всем своим прислугам. Встретили Ивана царевича, приняли во дворец и начали водить его по комнатам. Привели его в одну комнату, в которой между окон была решетка в виде копий, а на каждом копье человечья голова. Вот и говорит Настасья Ивану царевичу: Иван царевич! вы две загадки отгадали, так я согласна идти за вас замуж, только с тем, что сошьете вы мне платье под венец точно такое, какое я сошью, чтоб материя одна была, ширина одна и длина, и чтоб к завтрашнему утру чтобы было готово.
Иван царевич пошел по портным, по портнихам; только его дураком называют: почем мы знаем, какое она сошьет! — Идет он городом со своим адъютантом; попадается им навстречу старуха. — Что, бабушка, не знаешь ли какой-нибудь портнихи или портного хорошего? — Нет, родимые, не знаю; сходите, вот недавно приехали какие-то пьяницы, спросите у них, они народ дошлый, небось и знают. — Иван царевич отправился на квартиру к пьяницам, приходит туда, там песни, пляска, драка, что такое и сочиняется! И спрошал у них: послушайте, господа! кто из вас большой? Все отвечают: я большой, я большой! Царевич посмотрел и отправился обратно, вдруг солдат выбегает за ним. — Что вам угодно, Иван царевич? — Вот что, брат, земляк, не можете ли, пожалуйста, сошить платье: какое царевна шьет, такое и мне нужно. Всех обошел портных, никто не берется. — Что ж, я возьмусь и сделаю, только подпишите треть царства. Царевич переговорил со своим адъютантом. — Ну хорошо, с нашей стороны будет готово, только пожалуйста, изготовьте к завтрашнему утру. Царевич отправился к себе на квартиру, а солдат надел шляпу невидимку и пошел во дворец. Пришел туда, где платье шилось, только что его кончили. Солдат сидит, вдруг является Настасья. И приказала одной фрелине надеть. Та надела и прошла по полу. — Ну где ему, дураку, сошить такое платье! Фрелина сняла платье, положила в сундук, а Настасья прекрасная ушла. По уходу ее солдат взял платье себе под пазуху и опять сел. — Через несколько времени хватились платья, а его нет; опять взяли по той же мерке и с той же материи давай шить скорей; сразу кончили. — Солдат отправился домой. Утром является царевич и спрашивает: что, изготовили? — У меня готово, как у вас? — У нас тоже. — Ну так пожалуйте документ. Царевич подал документ, а солдат ему платье. — Ступай, неси, только не кажи ей, пускай она наперед свое покажет.
