на парковку, на которой стояло несколько легковушек, взял Лию под ручку, и поманил Виля с собой. Около парковки прохаживался крепкий мужик в форме с надписью охрана, и я решил, что тут безопасно.
— С оружием нельзя! — крикнул мне охранник.
Эге. Это почему это нельзя? Странно… Я пожал плечами.
— Где можно оставить? — спросил я его.
— Положи на мотоциклы, никто не тронет. — ответил он.
А вот это было уже совсем удивительно. Тут ноги выростали у всего, на что ты не смотришь, а мне говорят просто "положи, никто не тронет". Но, я решил послушать охранника, и положил свое вооружение сверху на мотоцикл, Виль сделал так же, а вот слепая оставила пистолет на поясе, и охранник ей ничего не сказал. Мутит она что-то, и я не знаю — что.
Здание больнице выглядело типично для постсоветской России: большое, монументальное, старинной постройки, и облезлое. Не такое облезлое, как все, что мы видели до этого, но косметического ремонта оно давно не видело. Поднявшись на крыльцо, мы очутились в холле, где был гардероб и регистратура. Внутри здание выглядело типичной постсоветской поликлиникой. Крашеные до середины бежевой краской стены, сверху побелка, старый линолеум на полу. Я сразу двинул к первому попавшемуся свободному окошку регистратуры, вообще можно было идти к любому, ибо посетителей не было, но я пошел кратчайшим путем. В окошке сидела девушка среднего возраста, в очках и белом халате. Давно я такого не видел…
— Здравствуйте! — вежливо поздоровался я, — А подскажите, пожалуйста, как мне найти терапевта Дмитрия Сергеевича.
Регистратор подняла на меня взгляд.
— Карточка есть?
— Нет, я приезжий. — ответил я.
Зря наверное, пошлют меня в задницу, и не увижу я никакого Дмитрия Сергеевича.
— Паспорт. — потребовала девушка.
— Мне только спросить! — выдал я.
— Талон на прием можно получить завтра в семь утра. — ответила регистратор.
— Мне результаты анализов забрать только! — это был голос последней надежды.
Если пошлют, то пойду завтра к семи утра… Регистратор внимательно посмотрела на меня.
— Второй этаж, кабинет двести тридцать четыре, и поторапливайтесь, прием уже закончился.
— Спасибо! — бросил я и уже хотел бежать, но становился, ибо не знал куда, — А подскажите, где тут лестница?!
— Вы ведь уже были? — удивилась девушка, — От регистратуры налево, третья дверь.
— Спасибо! — еще раз бросил я, и поскакал навстречу неизвестности.
— Эй, нечисть! — крикнула мне в спину Лия, и я тормознул.
Слепая все еще стояла около регистратуры. Странно… Никогда она не отставала. Я подошел, взял ее под ручку, и повел на второй этаж. Лия пыхтела, и покрылась красными пятнами.
— Я ничего не вижу. — нервно сказала она, когда мы отошли от регистратуры.
Я аж запнулся.
— В смысле, не видишь? Ты же видела мою марку, и путь тебе подсказывали! Нет? — удивился я.
— Так было, но сейчас я совершенно слепая, я ничего не вижу! — голос слепой подрагивал, и я понял что она на нервяках, и дело серьезное.
— Лия, возможно тут глушилка какая-то, система молчит.
Я попробовал команду "помощь", и мне никто не ответил. Раньше выдавало ошибку, а сейчас — тишина. И Дорога Проклятых пропала… Это все не случайно, точно, есть взаимосвязь. Лия вздыхала и спотыкалась об ступеньки, я вел ее осторожно, подсказывая на каждом шагу.
— Теперь я просто слепая!.. — в ее голосе было отчаяние.
Всегда уверенная, жесткая, острая на язык девушка вдруг стала беспомощной. Это большой удар для нее…
— Держись, я что-нибудь придумаю. — пообещал я, чтоб хоть немного ее взбодрить.
— Что? Что ты придумаешь?.. — обреченно спросила она.
— Что-нибудь. Вот увидишь. Я ведь чистый, я — опасная фигура на поле игры. Я что-нибудь придумаю.
Знать бы еще — что… Лия вздохнула, но было больше похоже на всхлип. Я обнял ее и прижал к себе.
— Не раскисай, проводник.
Она шмыгнула носом. Вот и второй этаж, так, стрелки показывают, что нужный кабинет налево. Я шел по коридору, освещенному люминесцентными лампами, глядя на все двери, но номера были не те, и кроме номеров никаких табличек не было. Все та же краска, побелка, линолеум, только добавились редкие деревянные скамейки, и кадки с еле-живыми фикусами. Дойдя до 234 кабинета, на котором красовалась табличка "Доценко Д.С.", и ниже: "Терапевт". Это он, Д.С. — Дмитрий Сергеевич. Около кабинета никого не было, и я постучал, но мне никто не ответил. Я постучал еще раз, и только тогда голос из-за двери сказал:
— Прием окончен!
А вот это нам и надо. Я толкнул дверь, и ввалился в кабинет, оставив Лию под присмотром Виля в коридоре. Доценко Д.С сидел за обычным деревянным столом, какие были кажется во всех кабинетах всех терапевтов, разве что стул у него был офисный, крутящийся. Дмитрий Сергеевич оказался мужчиной лет пятидесяти, средней комплекции, невысокий, в застегнутом до верха белом халате и чепчике на лысеющей голове, с небольшими прямоугольными очками на носу. Напротив стола был стул для пациента, и кушетка вдоль стены.
— Молодой человек, я же сказал: приём окончен! — укоризненно сказал мне доктор.
— Так я только спросить! — попытался оправдаться я.
Доктор вздохнул и поправил очки.
— Ну, спрашивайте.
— Дмитрий Сергеевич, мне порекомендовали обратиться к вам насчет паспорта, который утерян при загадочных обстоятельствах.
Терапевт наклонил голову вперед, и посмотрел на меня поверх очков.
— Это при каких же?
— Загадочных! — повторил я, открыл дверь и кивком пригласил Виля и Лию, — Вот эти молодые люди потеряли свои паспорта.
— Вот как. — ответил Дмитрий Сергеевич, — И обратиться в милицию для восстановления они не могут?
— Именно так, именно так. — кивнул я головой, — Вас порекомендовал Рустем.
Доктор сморщился, видимо это имя ему не очень нравилось.
— Это дорогая услуга.
— Сколько?
— Пять тысяч кредитов за каждый документ.
Эге. Ну, у нас есть столько денег.
— Золотом принимаете? — спросил я.
— Нет, золотом нет. Только кредиты.
— Без проблем! Будут кредиты. — заверил я эскулапа.
— Давайте для начала осмотрим ваших растеряш. — сказал Дмитрий Сергеевич, и встал из-за стола.
Доктор вышел из кабинета, пропустив нас вперед, и тщательно запер за собой дверь, подергав ее после, чтоб убедиться, что дверь заперта, следом повел нас по коридору. Остановившись около номера "245", Дмитрий Сергеевич вынул из кармана ключ, и отпер им дверь, пригласив нас войти. Это оказалась типичная процедурная, с бледно-зеленым кафелем на стенах кушеткой, шкафом для медицинских препаратов, и разными непонятными штуками на металлических столиках. Взяв в руки небольшой квадратный прибор из желтого пластика, очень похожий на счетчик гейгера, но из всей индикации там было только несколько светодиодов. Эскулап включил свою машинку, и подождал, пока загорится зеленый светодиод, затем поманил
