— Серьезно, — произнесла Аманда, ощущая благоговение перед этой грудой. — Так же можно ранить кого-нибудь.
— Так и есть. Именно это послужило причиной смерти третьего оруженосца Кириана.
Она обернулась, чтобы поглядеть на него и поняла, что он не шутит.
— И что ты со всем этим делаешь? — поинтересовалась девушка.
Ник улыбнулся.
— Обычно играю в Святого Ника. В городе есть оруженосец, который меняет золото и драгоценности на деньги. После этого большая часть идет на благотворительность. Два процента переводятся на счет фонда Оруженосцев, который заботится о семьях тех из нас, кто погиб, выполняя свой долг и о тех, кто вышел на пенсию. Другие два идут в исследовательскую организацию, которая производит навороченные игрушки для Темных Охотников.
— А сколько Кириан оставляет себе?
— Ни цента. Он живет на проценты с тех денег, что получил еще человеком.
— Правда?
Ник кивнул.
Уау. Он был очень обеспечен в своей смертной жизни.
— Ладно, а могу я задать действительно неприличный вопрос?
Ник улыбнулся.
— Хочешь узнать, сколько я зарабатываю?
— Ага.
— Достаточно, чтобы я чувствовал себя очень счастливым человеком.
Раздался звонок телефона.
Ник укатился на своих роликах, а Аманда взяла сок и села на диван, чтобы почитать газету. Она поставила стакан на черный кофейный столик в виде гроба.
Несколько минут спустя Ник влетел обратно, хмуря брови. Он не произнес ни слова, направившись к шкафу у дальней стены. Он открыл запертую дверцу, демонстрируя целый арсенал оружия.
Аманду охватил ужас.
— Что происходит? Кто звонил?
— Ашерон объявил полную боевую готовность.
Девушка нахмурилась. По его лихорадочным движениям она поняла, что дело плохо.
— Что это значит?
От выражения на лице Ника Аманду бросило в дрожь.
— Ты знаешь выражение «Кромешный ад»?
— Да.
— Оно было придумано для полной боевой готовности. По какой-то причине, в этом районе наблюдается большое скопление Даймонов, покидающих Дыры. А когда такое случается, Даймоны входят в полную силу и начинают кормиться, независимо от того, необходимо им это или нет. Хуже полной готовности может быть только солнечное затмение. Сегодня будет опасно.
В семь часов Аманда на своем примере ощутила, что Ник имел в виду.
Она убирала за Кирианом остатки «завтрака», пока Ник кратко вводил его в курс дела.
Кириан взял вдвое больше оружия, чем обычно, и был уже на пути к выходу, когда зазвонил телефон. Аманды сняла трубку.
— Мама? — спросила девушка, узнав плачущий голос. У нее упало сердце. — Что случилось?
Кириан застыл у двери, а потом бросился к ней.
— Мэнди, — выговорила ее мать сквозь рыдания. — Это Табби…
Аманда не хотела больше ничего слышать. Девушка уронила телефон, когда горло сдавили рыдания. Следующее, что она помнила — это как Кириан обнимал ее, пока Ник разговаривал с ее матерью.
У Кириана помутнело в глазах, когда он услышал нотки истерики в голосе женщины, разговаривающей с его Оруженосцем, и ощутил дрожь, сотрясающую тело Аманды. И когда его кожу окропили слезы девушки, он поклялся убить Десидериуса.
— Все хорошо, — прошептал Кириан. — Она просто ранена.
Она отстранилась и взглянула на него.
— Что?
Кириан смахнул слезы с ее щек.
— Он не убил ее, милая.
И хотя, судя по тому, что он смог понять из слов ее матери, Табита была в плохом состоянии, она выживет.
А вот Десидериус нет.
— Табита в больнице, — сказал Ник, повесив трубку. — К счастью Даймонов было только двое, и ее друзья смогли справиться с ними. — Он взглянул на Кириана. — Знаешь, мне кажется, Дези просто играл с ней, решив взбесить тебя настолько, чтобы ты потерял голову в драке. Другой причины, почему он послал только двоих Даймонов, нет.
— Ник, заткнись, — рявкнул Кириан. Последнее, чего он хотел — это чтобы Аманда расстроилась еще больше. Он легонько поцеловал ее губы. — Ник отвезет тебя в больницу.
Он вытащил сотовый и позвонил Талону, который был уже на пути в город. Кириан попросил Кельта заехать к нему и сопроводить Аманду на случай, если Десидериус будет поджидать их.
— Кириан, — позвала Аманда, когда он поднялся на ноги. — Я не хочу, чтобы ты выходил на улицу сегодня. У меня плохое предчувствие.
Кириан чувствовал то же самое.
— Я должен идти.
— Пожалуйста, послушай меня…
— Ш-ш, — сказал Кириан, приложив палец к ее губам. — Это то, что я делаю, Аманда. Это то, что я есть.
Кириан усадил ее в машину с Ником и Талоном так скоро, как только смог, и направился в центр города, чтобы найти эту кровососущую свинью, крадущую души и сделать, наконец, то, что должен был сделать в ту ночь, когда они встретились.
Уже несколько часов Кириан прочесывал Французский квартал в поисках Десидериуса. Даймоны сегодня пополняли силы, и, рано или поздно, они объявятся на своем главном пастбище.
Десидериус, равно как и остальные его сородичи, предпочитал охотиться во Французском квартале, где можно было найти беспечных и частенько подвыпивших туристов.
Но пока никто не появился.
— Эй, детка, — окликнула его проститутка, когда он прошел мимо. — Нужна компания?
Кириан повернулся к ней, а потом вытащил из кошелька все деньги, что у него были — около пятисот долларов и протянул ей.
— Почему бы тебе не взять выходной и не поесть как следует.
Она ошарашено схватила деньги и убежала.
Кириан вздохнул, наблюдая, как она пробирается сквозь толпу.
Несчастная женщина. Он надеялся, что эти деньги послужат благой цели. А даже если и нет, ей они куда нужнее, чем ему.
Боковым зрением Кириан заметил серебристый блеск. Повернув голову, он увидел в толпе двух парней, которые определенно были людьми.
На первый взгляд они казались обычными юнцами из уличной банды, каким однажды был и Ник, крутыми до невозможности в своих черных куртках, но потом он заметил, как они смотрели на него.
Как будто знали, кем он являлся.
Кириан одарил их таким же пристальным взглядом. Все его инстинкты активизировались. Самый высокий из них, которому на вид было чуть больше двадцати, затушил сигарету и пересек улицу, не сводя глаз с Кириана.
Он обвел тело Кириана холодным взглядом.
— Ты — Темный Охотник?
Кириан приподнял бровь.
— Ты — шестерка?
— Мне не нравится твой тон.
— А мне — твой. А теперь, когда мы покончили с представлениями и сознались в своей взаимной неприязни, почему бы тебе не отвести меня к тому, кто держит твой поводок?
