нам в гости, — произнес папа.
— Серьезно? — Стивен с Валери переглянулись.
— Конечно.
В гостиную зашла Милисента. В руках она держала несколько тарелок с ужином, пока я разливал по бокалам вино.
— Я помогу тебе, — произнес я, целуя девушку в щеку.
Зашел на кухню и оперся руками о столешницу, чувствуя недостаток кислорода. После того как Мили вернулась в мою жизнь панические атаки еще ни разу не накрывали меня с головой. Однако это случилось сейчас. В тот момент, когда, казалось бы, уже все хорошо. В глазах начало темнеть я, возможно, я бы потерял сознание, если бы легкие руки Гринграсс не легли бы мне на талию.
— Стефан, тебе плохо? — осторожно спросила она.
— Нет, уже нет…, — я выдавил из себя улыбку, а про себя молился, чтобы из носа снова не пошла кровь.
— Дать тебе водички?
— Нет, уже все хорошо, правда, — я взял ее ладони в свои и поцеловал.
Мы взяли по тарелкам и вышли обратно в гостиную.
Три часа спустя все разошлись по своим домам. Стивен и Валери пригласили нас к себе в гости на выходные, а мама с папой сказали, что завтра уже улетают обратно, потому что послезавтра у них суд с какой-то фирмой. Я сказал, что мы обязательно приедем их проводить в аэропорт.
Милисента, как я и ожидал, очень понравилась моим родителям, что совсем не удивительно, потому что она необыкновенная девушка. Все в ней привлекает окружающих: внешность, ровная осанка, манера речи, спокойствие, ее доброта и внутренние качества, мимо которых невозможно пройти. До Милс я еще никого не знакомил с родителями. В основном потому, что для меня это серьезный шаг, означающий, что у меня не менее серьезные намерения. Да и, честно говоря, я сам прекрасно понимал, что все девушки, которые у меня были, а их было не так много, просто временный вариант, как бы грубо это не звучало. Я никогда не говорил им слова о любви, никогда не клялся, что сделаю им предложение, и уж тем более ни с кем не жил. В моем сердце всегда была Милисента Астрид Гринграсс. Девушка, которая похитила мое сердце еще в детстве. И несмотря на то, что все эти годы я думал, что она предала меня, я не мог перестать любить ее, потому что она была единственной, перед кем я мог быть самим собой.
После гостей мы немного устали. Мили ушла мыть посуду, а я решил разложить вещи из своих чемоданов. Зашел теперь уже в нашу с девушкой спальню и мне резко стало стыдно за то, какой здесь бардак. Еще бы, я же собирал вещи практически второпях, даже не обращая внимание на то, что именно беру с собой. Когда все чистые вещи были в шкафу, а грязные в стирке, взял в руки пылесос. За время моего отсутствия накопилось немало пыли, а если учесть, что пару раз Стивен приходил сюда со своей собакой, можно считать, что пол грязный, как земля на улице.
Уборку мы закончили к десяти часам вечера. Уставшие и практически мертвые мы упали на кровать, крепко сжимая друг друга в объятиях. Милс хихикнула, когда моя голова коснулась ее шеи. Волосы слегка отрасли и теперь вместо лысины у меня неплохой такой колючий ежик на голове. Перед выходом из больницы мистер Бэрроуз уверил меня в том, что волосы отрастут в течение полугода до более-менее нормальной длинны.
— Я так устала, — прошептала девушка мне на ухо.
— Тогда пора спать, — поцеловал ее в висок.
— Сначала душ.
Девушка подошла сначала к окну, приоткрыла его, затем открыла дверцы шкафа, достала оттуда халат и направилась к ванной комнате. У дверей она остановилась и слегка обернулась, устремив на меня свои голубые глаза.
— Присоединишься?
На ее бледных щеках появился пунцовый румянец, который будет умилять меня до конца жизни. Казалось бы, мы вместе уже столько времени, а она по-прежнему стесняется так, словно мы вернулись в самое начало наших отношений.
К тому моменту, когда я вошел в ванную комнату, девушка снимала с себя платье. Жаркий пар окутал пространство, а в ванной набиралась вода. Когда Милисента осталась полностью нагой, она первой шагнула в ванну. Издала тихий вздох, вероятно от того, насколько горячая вода, а затем погрузилась в нее. Я последовал ее примеру, сев позади. Вода вокруг нас была теплой и успокаивающей, создавая атмосферу умиротворения. Я нежно обнял девушку, и она сама притянулась ко мне, опрокидывая голову на мое правое плечо. Половина ее волос была погружена в воду, создавая красивый контраст, а капельки блестели а коже, словно маленькие звездочки. В этот момент весь мир вокруг стал тише. Каждый взгляд Милс, каждое случайное касание кожи делают этот момент бесконечным. Я взял в руки пузырь с маслами и осторожно налил его в воду, которая наполняется нежными ароматами лаванды и розы. Следом я взял в руку гель для душа и вылил немного себе а ладонь, после чего начал скользить пальцами по плечам, груди и животу девушки. Я четко ощущал как дрожит ее тело, как участилось сердцебиение и как прерывисто она начала дышать. Веки были полуоткрыты, а на лице застыла улыбка.
— Не хочу, чтобы этот момент заканчивался, — призналась она, разворачиваясь ко мне лицом.
— Каждый вечер теперь будет таким, — поцеловал ее в краешек губ. — До конца нашей жизни.
Мы соприкоснулись лбами, а через секунду слились в поцелуе. Она придвинулась ближе и теперь уже обхватывала своими ногами мою талию, начиная плавно делать кругообразные движения. Я провел рукой вниз по ее спине, ощущая гладкость её кожи под водой, а затем сжал ягодицу, прижимая к себе еще ближе. Каждое движение приносило нам наслаждение. Милисента обвила своими руками мои плечи, а после с поцелуями начала спускать к шее. Я издал тихий стон, чувствуя, как член, на котором она активно ерзает, становится тверже.
Тело девушки напрягается все больше, и в этот момент моя рука проскальзывает между нами и кончики пальцев начинают ласкать ее клитор.
— Стефан…, — прошептала она.
Я погрузил в нее один палец, затем второй, чувствуя насколько она горячая. Вторая рука легла ей на грудь. Пальцы игрались с ее затвердевшим соском и мне пришло осознание, что того пространства, что у нас есть мне слишком мало. Я хочу видеть ее подо мной полностью голой а кровати, с широко раскрытыми ногами.
— Кончи для меня, Милс, давай, — шептал я ей а ухо.
Мои слова подействовали на нее как сигнал. Я почувствовал, как она начала сжимать
