– Барон, – отвлек нас от неспешной беседы тихий голосок Ребекки.
– Леди? – поднявшись на ноги, вопросительно уставился я на Ребекку, подошедшую к нам вместе со своей служанкой.
– Мне нужно с вами поговорить, – не глядя на меня, сказала девушка. – Наедине.
Я огляделся и не увидел поблизости ни одного укромного местечка, где можно остаться наедине с девицей. Пожав плечами, недоуменно посмотрел на Ребекку.
– И как вы себе это представляете, леди, остаться наедине в чистом поле? – спросил я.
– Пойду-ка я к парням, – немедленно смылся Стоун, как почувствовав предстоящий скандал.
– Я не это имела в виду! – вспыхнула девушка и, удержавшись от повышения тона, холодно добавила: – Просто разговор без лишних ушей. – И предложила: – Давайте совершим небольшую прогулку.
– Не далее чем на пятьдесят ярдов от отряда, – поразмыслив, согласился я и, руководствуясь благородными побуждениями, предложил девушке руку, дабы она случайно не споткнулась обо что-нибудь, скрытое в траве.
Мы потихоньку пошли вдоль ручья, и я с удивлением обнаружил, что Альма увязалась за нами и движется в трех ярдах позади.
– Что-то не так? – поинтересовалась благородная леди, когда я остановился, чтобы разобраться со слишком любопытной служанкой.
– Просто не могу взять в толк, какой может быть разговор без лишних ушей, когда они топают прямо за нами, – ответил я.
Ребекка недоуменно посмотрела на меня и перевела взгляд на Альму, остановившуюся одновременно с нами.
– Это же моя служанка, – донесла она до меня глубокомысленное замечание.
– Это я знаю, но зачем она, если вы хотели поговорить со мной?
– Но она же просто служанка, – так и не поняла ничего Ребекка.
– Так и что, она не человек, что ли? – изумился я. – Ничего не слышит, ничего не видит?
– Альма нам не помешает, – нахмурилась Ребекка.
– Тогда к чему были эти слова о разговоре наедине и без лишних ушей? – поинтересовался я.
Ребекка на мгновение растерялась, переводя взгляд то на меня, то на свою служанку, и, видимо приняв решение, распорядилась:
– Альма, вернись к карете.
– Так что вы хотели, леди? – спросил я, решив держаться с Ребеккой отстраненно, чтобы она не приняла ничего на свой счет.
– Зачем тебе нужно было так жестоко разыгрывать меня, Дарт? – едва слышно спросила, потупив глазки, девушка и горько проговорила: – О да, в тот день ты был просто неподражаем, я даже поверила в твою мерзкую гнусность и долго не могла простить себе свою ошибку. Но ведь все это было игрой… Ты обманул меня, прикинувшись негодяем.
– Но, Ребекка, вы же меня совсем не знаете, – сказал я, надеясь заморочить собеседнице голову. – Как вы можете утверждать, что я не такой плохой человек, каким себя показал?
– Как ты можешь быть плохим? – тихо спросила Ребекка и подняла на меня взгляд своих прелестных голубых глаз. – Ведь будь ты негодяем, ты не получил бы титул.
Наверное, меня аж перекосило от такого высказывания, потому что взгляд Ребекки заметался по моему лицу.
– Леди, вы что, считаете, что титул – это мерило благородства и порядочности? – не сдержался я. – По-вашему, среди знати нет подлых и негодных людишек? – И с сарказмом поинтересовался: – Видимо, и сэр Винсент порядочный человек? Просто попал под власть заблуждений и глубоко в душе раскаивается в своих поступках.
– Титулы всегда достаются хорошим и порядочным людям! – с негодованием возразила мне Ребекка. – Так было испокон веков!
– Ребекка, я просто поражаюсь вашей наивности, – вздохнул я, покачав головой.
– Нет, бывают случаи, когда и мерзавцев именуют благородными сэрами, – все же признала мою правоту девушка. – Но это бывает редко, да и, скорее всего, во время войны… – И, упрямо тряхнув головой, добавила: – Титул заслужить не так-то просто, и в благополучной Элории его кому попало не дадут!
– Ой ли? – с сомнением спросил я.
– Я в этом уверена. Никто не потерпел бы подрыв престижа короны. Возможно, устроили бы вассалитет через какого-нибудь незначительного лорда, но не позволили бы принести присягу напрямую королю. А это означает, что, прежде чем дать титул, тебя очень тщательно проверили. Даже у нас так поступают, в случаях если сюзереном является сам император! Так что, выходит, ты меня обманул!
– Даже не знал о таких тонкостях, – признался я под влиянием совершенно неожиданно логичного рассуждения Ребекки.
– Объяснись, Дарт, – тут же потребовала девушка. – Чем была вызвана столь мерзкая выходка? Что я тебе такого плохого сделала?
Я смешался, не зная, что и сказать. Если оправдаться за свой поступок, то, не дай боги, Ребекка вновь начнет меня изводить, а если не объясниться, я действительно буду выглядеть негодяем.
– Ребекка, вы не понимаете… – вздохнул я. – Ну как вообще можно решить выйти замуж за человека, которого вы совсем не знаете?..
– Так ведь для нашего сословия это обычное дело, – недоуменно пожала плечами Ребекка. – К тому же мы с тобой были знакомы.
– Несколько часов – слишком мало для знакомства, – заметил я и спросил: – Да и с чего у вас вообще возникла идея выйти за меня замуж? Я ведь вам совсем не пара.
– Но ведь герои всегда женятся на спасенных девушках, – опустив очи долу, смущенно поведала мне Ребекка.
– Откуда вы это взяли?! – ахнул я, пораженный этим высказыванием.
– Из книг, – едва слышно ответила порозовевшая от смущения девушка, не поднимая на меня взгляда.
Я едва не разрыдался от умиления над такой наивностью вроде бы взрослой девушки. Эту леди хоть по городам вози да показывай словно диковинку. Ну как так можно жить, совсем не зная жизни? Я до боли прикусил губу, чтобы не позволить сделать черное дело лезущей на лицо улыбке вкупе с рвущимся наружу смехом. С превеликим трудом справился с собой, понимая, что, если засмеюсь, кровная вражда со стороны Ребекки обеспечена, а мне ее еще в Элорию нужно доставить.
– Ребекка, – мягко проговорил я, тыльной стороной ладони стирая с лица выступившие от моих усилий слезы, – вы просто чудо. Да-да, – уверил я изумленно уставившуюся на меня девушку, – это правда. Вы очень красивая, добрая и вообще замечательная юная леди. Но ваша наивность просто не имеет границ.
– Я не наивная, – тихо ответила Ребекка. – Просто откуда мне научиться жизни, когда я и в городе-то была всего десяток раз… Всё в замке и в замке… И соседи все одни старики… А отец не позволяет мне отлучаться из дому и заводить друзей из простолюдинов…
– Ладно, Ребекка, не обижайтесь на мои слова, – попросил я, решив, что было бы просто гнусно вновь измываться над этой наивной, но доброй девушкой. И, озаренный отличной идеей, покаянно проговорил: – Конечно, нет мне прощения за мою отвратительную выходку, но сделанного не исправить. Если можете, простите меня великодушно, леди Ребекка, а если не можете, так хоть не держите зла на эдакого глупца… Не нашел я тогда лучшего выхода, кроме как отвратить вас от себя… Вот и пошел на такой обман. А что делать было? За спиной куча врагов, неприятности на каждом шагу… Не хватало еще вас втравить в беду.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
