Читаем без скачивания Дьявольская сила - Джозеф Файндер

– А когда его будет утверждать сенат?

– Да уже утвердил, – сказал Джеймс. – На следующий же день после назначения. На сенатский комитет по разведке надавил сам президент, указав, что ему нужен как можно скорее не исполняющий обязанности директора ЦРУ, а полновесный директор. Затянувшаяся процедура утверждения вызвала бы только хаос и неразбериху. Его утвердили подавляющим большинством, против же голосовали, помнится, всего двое.

– Потрясающе, – заметил я. – Спорю, что угадаю, кто голосовал против.

И я назвал самых крикливых крайне правых сенаторов, оба они были из южных штатов.

– Да, именно они, – подтвердил Тоби. – Но эти шуты гороховые ничто по сравнению с реальными противниками.

– Очевидно, внутри ЦРУ? – догадался я. Он согласно кивнул. – Ну а тогда скажите мне, кто были те головорезы, которые замаскировались под итальянских полицейских?

– Пока мы не знаем. Знаем только, что они американцы. Предполагаю, что профессиональные наемники.

– Из разведуправления?

– Ты имеешь в виду, не из штата ли ЦРУ они? Нет, никаких сведений о них не обнаружено. Они… их убили. Была… очень жаркая перестрелка. Погибли двое наших славных парней. Мы сняли отпечатки пальцев, сделали фото и теперь проверяем все на компьютерах, может, что-то и прояснится.

Тоби посмотрел на часы:

– А вот сейчас…

И в этот момент зазвонил телефон, установленный на столике рядом.

– Это, должно быть, тебя, – сказал Тоби.

41

Звонил Алекс Траслоу. Слышимость была прекрасной: его голос звучал очень отчетливо, он, должно быть, усиливался электронными устройствами, а это говорило о том, что линия защищена от прослушивания.

– Слава Богу, что с вами все в порядке, – начал он.

– Благодаря Богу и вашим ребятам, – ответил я. – А вы, Алекс, выглядите несколько растерянным на обложке «Тайм».

– А Маргарет говорит, что я там вроде как законсервированный. Кто их поймет, может, они решили поместить такой нелестный портрет, чтобы подчеркнуть вопрос: «Наступит ли новая эпоха?» – и сами же отвечают: «Ни в коем случае. Этот старик с задачей не справится». Ты же меня знаешь – я ведь такой консервативный, а люди всегда хотят, чтобы вливалась свежая кровь.

– Ну и что из этого? Они тоже ошибаются. Во всяком случае, примите мои поздравления со вступлением в должность.

– Президенту пришлось и впрямь выкручивать кое-кому руки, чтобы добиться своего. Но это так, между прочим. Важнее другое, Бен. Нужно, чтобы ты вернулся обратно.

– Как так?

– После всего того, что с тобой случилось…

– Да, Алекс, вообще-то, я, конечно, пока не в форме, – признался я. – Вы мне говорили тогда насчет пропавших огромных ценностей, что их нужно разыскать и все такое прочее, верно ведь?

– Разумеется, нужно.

– Ладно. Вы говорили о пропавших ценностях, а у меня не было даже представления об их размерах, а также о происхождении.

– Хотите просветить меня?

– Прямо сейчас? – Я вопросительно посмотрел на Тоби, а он повернулся к Молли и спросил:

– Будете ли вы категорически возражать, если я попрошу вас оставить нас на пару минут одних – нам позарез нужно переговорить наедине?

Глаза у Молли покраснели и опухли, по щекам поползли слезы. Она глянула на него и отрезала:

– Буду категорически возражать.

Алекс переспросил по телефону:

– Бен, что там за задержка?

Тоби продолжал с виноватым видом объяснять Молли:

– Нам… нужно обсудить кое-какие важные технические вопросы…

– Извините меня, – холодно ответила она. – Я никуда не уйду. Мы с Беном партнеры, и я не желаю, чтобы мною пренебрегали.

Несколько секунд мы раздумывали, а затем Тоби сдался:

– Ну ладно, будь по-вашему. Но я полагаюсь на ваше здравомыслие…

– Можете положиться.

И я пересказал по телефону Алексу, а заодно и присутствующим здесь Тоби и Молли, суть того, что Орлов рассказал мне. На лицах Тоби и Молли во время рассказа явно читалось неподдельное изумление.

– Боже милостивый! – только и смог прошептать Алекс. – Ну, теперь в этом деле проглянул смысл. Но как, черт побери, приятно слышать! Стало быть, Хэл Синклер ни в чем предосудительном не замешан. Он пытался лишь спасти Россию. Конечно же. Ну а теперь… пожалуйста, возвращайтесь домой.

– Как это так?

– Ради Бога, Бен. Эти люди, которые подвергли вас таким дьявольским пыткам, наверняка наняты кликой.

– «Чародеями»?

– Может быть. Другим смысла нет. Хэл, должно быть, сообщил все кому-то еще. Кому-то такому, на которого он рассчитывал, что тот поможет ему осуществить продуманные меры с золотом. Ну а тот, по-видимому, вел двойную игру. А как еще они могли узнать про золото?

– Может, были какие-то дела в Бостоне?

– Может, и были. Хотя нет, я бы тогда сказал «вероятно».

– Но такое объяснение не подходит ко всему, что произошло в Риме, – возразил я.

– Убийство ван Эвера? Да. И ты спросил еще, почему я настаиваю, чтобы ты вернулся домой.

– Кто же стоит за тем убийством?

– Не представляю даже. Не вижу очевидной связи между убийством и деятельностью «Чародеев», хотя и такой вероятности исключать нельзя. Однако наверняка тот, кто убил его, знал о твоей предстоящей встрече с ним. Может, они перехватили шифровку из Вашингтона в Рим? А может, произошла утечка? Кому, черт побери, стало известно о встрече?

– Здесь утечка?

– А что такого? Всадили «жучка» в телефон ван Эвера, а может, подслушали на телефонном узле в Риме. Ты же сам знаешь, мы ведь говорили о прежних товарищах Орлова – вот тебе и зацепка. Но до правды тут не докопаться. Знаешь ли, все это так странно.

– А ты сумел прочитать мысли Орлова? – спросил меня Тоби, когда закончился разговор с Алексом.

Я кивнул головой и пояснил:

– Прочитать-то прочитал, да толку что? Орлов ведь родился на Украине.

– Но он же разговаривает по-русски? – возразил Тоби.

– Русский – его второй язык. Когда до меня дошло, что он думает на украинском языке, я упал духом. Дело приняло совершенно иной оборот. А потом я вспомнил, что тот психиатр из ЦРУ, доктор Мехта, предполагал, что я улавливаю мысли не непосредственно, а сверхнизкие частотные радиоволны, излучаемые речевым участком мозга. Таким образом, я слышу слова так, как они прокручиваются в мозгу перед тем, как их произнести вслух, или даже не произнести, а только подготовить к речи. Поэтому я намеренно вел с Орловым беседу и на английском, и на русском языках, поскольку он говорит на обоих. Такой маневр помог мне понять некоторые его мысли, поскольку в уме он переводил английские слова на родной украинский.

– Неплохо придумано, – сказал Тоби, одобрительно кивнув головой.

– Да, неплохо. Я задал ему несколько вопросов, зная заранее, что, прежде чем ответить, он продумает мысленно ответы и составит фразы в уме.

– Неплохо, неплохо, – согласился Тоби.

– А иногда, – продолжал я, – он твердо намеревался не давать ответа, но все равно мысленно прокручивал по-английски те фразы, которые не собирался произносить вслух.

Болеутоляющее средство снова начало проявлять свое действие, и мне стало трудно сосредоточиться на разговоре. Теперь мне хотелось только закрыть глаза и провалиться в сон на несколько дней.

Тоби пошевелился в своем кресле и подъехал ко мне поближе, качнув рычаг. Раздался тихий скрип колес.

– Бен, – сказал он. – Несколько недель назад один бывший полковник из секуритате – это румынская тайная полиция при убитом диктаторе Николае Чаушеску – невзначай вышел на нашего тайного осведомителя и рассказал ему кое-что, ну а тот потом все передал нам.

И Тоби рассказал, что румынский полковник имел связь с одним ловкачом, который фабрикует поддельные документы и удостоверения личности для всяких наемников, работающих за плату по разовым поручениям.

Мы помолчали минуту-другую, и Тоби продолжал:

– Мы схватили этого румына. Во время интенсивного допроса выяснилось, что ему кое-что известно о заговоре с целью убийства некоторых высокопоставленных американских сотрудников из разведслужбы.

– А кто его организовал?

– Пока не знаем.

– А кого намечено устранить?

– Тоже не знаем.

– Ну и что вы думаете – тут есть какая-то связь с пропавшим золотом?

– Вполне возможно, что есть. А теперь скажи мне вот что: говорил ли Орлов, где упрятаны те десять миллиардов?

– Нет, не говорил.

– А как ты думаешь, он знал – где, но не хотел сказать?

– Нет, не знал.

– И он не сообщил тебе ни тайного кода, ничего такого прочего?

Тоби, казалось, искренне расстроился.

– Так что же, выходит Синклер все-таки провернул грандиозную аферу? Ты же понимаешь, что, скажи он Орлову, что собирается проделать, когда золото на десять миллиардов будет найдено, и тогда…