Читаем без скачивания День рождения ведьмы - Кирилл Кащеев

— Миленький тут у тебя лужочек, лосарка! — процедила Ирка, придавливая ногой все еще шевелящийся травяной холмик. — Вот и живи в нем — травкой там, цветочками. Я ведь не против природы вообще и травки в частности! Но еще раз протянешь к детишкам стебелек… Приду с огнеметом! Тем более у меня теперь есть знакомые на военном заводе. А ты запомни! И сестре передай! — Она наставила грозно вытянутый палец на спасенную девочку. — Фольклор может быть очень опасен для здоровья!

— Не пугай ребенка, Ирка! — из-под деревьев вышла Танька. — Она и так уже еле дышит. Пойдем, я отведу тебя к сестре. — Танька подняла девочку с земли, одернула на ней ошметки вышитой рубахи и завернула в свою ветровку. Повела к деревьям. Под ногами рассыпалась мелко нарубленная трава. — Ирка, ты увлеклась! — Танька оглянулась на отставшую подругу. — Покромсала несчастную лосарку! Вот как ты собираешься возродиться девушкой, если не умрешь девочкой? Хотя бы чуть-чуть! Хоть бы поцарапать себя дала!

— Забыла! — как отгоняющая мух лошадь мотнула головой Ирка. Усталость вдруг навалилась на нее, такая невыносимая, что хотелось плюхнуться в посеченную траву и так и лежать! И пусть кто хочет, тот ее домой и доставляет. Тем более, есть надежда, что желающий вот-вот прилетит! Да, но ведь неубитой — именно что хоть чуть-чуть! — она домой пойти не может! — И правда, кто ж меня теперь убьет? — расстроенно пробормотала Ирка. — Вот леший!

— Я не буду! — немедленно отрекся от высокой чести вездесущий леший.

— Кто тебе — такому! — доверит, — огрызнулась Ирка.

— Но у меня есть вполне достойный претендент. Всегда рад услужить, — проскрипел леший.

Ирка начала поворачиваться. Она почти успела…

Леший еще только начал говорить, когда земля за ее спиной разверзлась и из длинной узкой могилы поднялся горелый мертвец.

Смрад мертвечины ударил Ирке в ноздри. Слабость, от которой мышцы растекаются в желе, и тает воля, и нет сил сопротивляться, навалилась на нее. Она пошатнулась…

— Ишь ты, парковым она мне именоваться запретит! Кому нужна такая ведьма-хозяйка… — услышала она скрипучее бормотание лешего.

— Букет! — взревел горелый мертвяк…

Дальше был удар в спину… И жуткая боль! Ирка опустила глаза… скрюченные горелые пальцы мертвяка торчали из середины ее груди. И шевелились. И с них капала кровь. Иркина кровь. Ирка застонала… и упала ничком.

Дико закричала Танька, затарахтела скороговоркой:

— Иды геть, навий! Прочь, злый дух! Не допусти, Свароже! Браты-Сварожичи, сичить, рубайте, вид Ирки видганяйте…

Дальше раздался звук удара, и Танькин речитатив оборвался.

Горелые лапы схватили Ирку за плечи, рванули…

Крылатая тень накрыла полянку, и Айт в человеческом облике свалился прямо на плечи мертвецу, обеими руками вцепившись ему в горло:

— Не тронь ее!

Мертвяк взревел… Вскинулся… Айт повис у него на спине, болтаясь, как тряпка, но не разжимая стиснутых пальцев. Мертвяк ударил кулаком назад… Айта отнесло прочь, он грянулся оземь и бессильно распростерся на траве. Он пытался встать, но лишь беспомощно дергался — присутствие заложного лишало его сил.

— Зачем ты… прилетел… тебе… нельзя… — прошептала Ирка. Перед глазами ее начала расползаться чернота.

Заложный взревел снова, раззявливая пасть и дергая остатком выгоревшего языка. Повернулся и длинными прыжками кинулся к Айту. Схватил за горло и на вытянутой руке вздернул над головой. Айт, ее Айт, всегда такой сильный и решительный, только беспомощно скреб лапу заложного слабыми человеческими ногтями… А Ирка даже закричать не могла, не то что прийти на помощь! Темнота наползала на нее хищной медузой, трогала черными щупальцами. Сперва жгучим укусом, потом вкрадчивым онемением обернулась вокруг сердца. Лунный свет таял, растворяясь в окутывающем ее мраке…

Последнее, что она увидела, — рушащийся с небес вихрь и сверкающий прямой клинок, взметнувшийся над заложным. А потом темнота накрыла ее окончательно… и остались только голоса. Хриплый, измученный голос Айта шептал:

— Помоги мне… Помоги мне до нее доползти! Режь вену! На левой руке режь, на правой от той падали трупный яд может попасть…

И все исчезло.

Глава 34 Мертвые против живых

Свет в квартире не горел. Дети тихо играли на ковре, мать возилась в освещенной светом газовых конфорок темной кухне. И только отец сидел в кресле напротив двери, направив в проем двустволку — палец его подрагивал на спусковом крючке.

За дверью царило молчание… Тишина… Ничего… Ничего…

Отец наконец расслабился, медленно отпуская сведенный на курке палец.

Удар! Выбитая дверь с грохотом вывалилась внутрь.

— Департамент общественного спокойствия!

Мертвенно-синий свет ударил в глаза… и на пороге возник мертвец в форме.

Грянул выстрел. Сноп огня вырвался из дула двустволки, картечь кучно ударила в мертвеца. Тот пошатнулся… и задумчиво поглядел на возникшую посреди его живота дымящуюся дыру. Пощелкивая суставами, неторопливо шагнул внутрь. Второй выстрел грянул в упор, снеся мертвецу половину черепа. Кричащие дети кинулись на кухню к матери, отец отчаянно щелкал курком… Костлявые пальцы мертвеца сомкнулись на двустволке…

— Сопротивление сотрудникам общественного спокойствия, — прошамкал мертвец уцелевшим куском челюсти, вырывая ружье у человека из рук. — Нанесение тяжких скелетных повреждений, порча имущества…

Сквозь выбитую дверь хлынули мертвецы. Отчаянно брыкающихся детей поволокли к выходу. Следом провели родителей в наручниках.

— Ну наконец-то и до них добрались! Долго же вы костями щелкали! — неловко шевеля челюстью, прошамкала выглядывающая из соседней квартиры желтая скелетина в байковом халате и с бигуди на гладком черепе. — У нас порядочный, тихий дом, нам тут живые не нужны!

— Правду говорите, соседка, могли бы и пораньше явиться! — недовольно глядя на мертвецов в формах единственным уцелевшим глазом, высказался полуразложившийся труп из квартиры напротив. — Если б знал, что тут живые в соседях, ни за что бы не поселился! Покойник — спокойный человек, а от этой их… живости… Одно сплошное беспокойство!

— Больше они вас не потревожат! — поднося костистую руку к гладкому черепу, сказал скелет в форме. Семью выволокли на улицу и принялись сажать в черный катафалк.

Город начал отдаляться, будто проваливаясь куда-то вниз. По улицам брели мертвецы.

— Девушка, вы портфель потеряли!

Галантный скелет догонял свеженькую мертвячку, неся в костяшках пальцев портфельчик… с накрепко вцепившейся в него кистью руки.

— Ой, какая я неловкая! — растягивая в улыбке синие распухшие губы, захихикала мертвячка. — Так могу и голову потерять! — и кокетливо поправила сползающую с плеч голову…

— А-а-а!

Сердце неистово колотилось о ребра. В ушах у Ирки стояло эхо собственного крика. Горячий пот тек по спине. Широко открыв рот, будто рыба на суше, она хватала воздух и никак не могла надышаться. Сдерживая крупную дрожь, обняла себя руками за плечи и огляделась.

Она была в своей комнате. Висящая над ее собственной, родной кроватью ловушка для снов мягко светилась в темноте. Значит, увиденная во сне вариация на тему «Обители зла» явилась Ирке не зря, не просто так… Стоящая на полочке мертвая голова оскалила зубы и мелко гнусно захихикала. Ирка показала ей кулак, откинула одеяло и на подгибающихся ногах подползла к окну. В небе по-прежнему светила луна. Ирка тяжело облокотилась о подоконник, ловя губами просачивающийся сквозь приоткрытое окно свежий, пахнущий молодой зеленью воздух, и бездумно уставилась на собственный, такой родной дворик.

По двору, залитая лунным светом, бродила коза. На ветвях любимой груши сидел кот и, напряженно вытянув шею, глядел на улицу. По улице… шли мертвецы. Ирка ни с чем бы не спутала эту дергающуюся, ковыляющую походку, эти неловкие, размашистые движения рук… Мертвецы — трое — целеустремленно тащились прямо к ее калитке. Ирка сдавленно зашипела сквозь зубы и рванула к дверями. Толкнула створку… Дверь не открывалась, уперевшись во что-то тяжелое, лохматое… рычащее.

— А-р-р-р! Р-р-рау-рр! — негромко, но внушительно рявкнул лежащий на пороге Иркиной комнаты Вовкулака.

— А? Что? Где? — возле шкафа зашевелилась куча, отлетела в сторону простыня, из свитого из матраса и подушек гнезда, протирая заспанные глаза, выкатилась встрепанная Танька.

— Р-р-р! — уже негромко рыкнул седой вовкулака, укоризненно глядя на Таньку.

— На пять минут прилегла! — Танька поднялась на ноги и попыталась пятерней расчесать спутанные волосы. — Кто ж знал, что эта только глаза откроет, сразу скакать примется! Хотя зная тебя, Ирка, можно было и догадаться… — тут же возразила она сама себе. — Ну вот куда ты мчишься? Марш в постель! — Она попыталась ухватить Ирку за руку, но та только дернулась в сторону: