собралась вся команда.
— Показывай! — первой не выдержала Колокольчик, и, если бы не первое правило при контакте с артефактами, Ло уже сунула бы мне коробку в руки, требуя показать содержимое.
Но первое, что усвоила графиня, став частью отряда: никогда и ни при каких условиях не трогать неизвестные артефакты и новые, которые не ведали рук других артефакторов, кроме моих.
Я сделал последний глоток кофе, с сожалением открыл глаза, поставил чашку на стол, потянулся и только после этого поднялся из кресла.
— Сва-а-ар! — простонала Колокольчик. — Не то-о-ми-и-и!
— И правда, командир, давай скорее. Мы за эти двое суток, пока ты торчал в лаборатории, пережили все казни египетские, — пророкотал Бермонт. — Они… — палец медведя обвиняюще ткнулся в сторону девушке. — Нам весь мозг выели чайной ложечкой: а что, а как, а свойства, ах, главное эстетика, что ты, лучше боевые свойства! — передразнил Бер наших дам.
Колокольчик фыркнула, Гринпис слегка покраснела, Ладамира понимающе хихикнула и пожаловалась:
— Это что, девочки, он меня двое суток заставил молчать!
— Садист! — охнула графиня, притянула к себе мелкую, коротко обняла и чмокнула в макушку. — Но мы отомстим, не так ли, моя дорогая?
— Обязательно, — довольным голосом подтвердила сестра. — Ну, покажи уже, Слав!
— Хм… а хорошо было два дня, ты прав, Бермонт, никто мозг не колупал… — задумчиво протянул я, положив ладони на крышку коробки. — Как думаешь, может, приказ по персоналиям оформить: опричникам женского рода разрешается разговаривать только два часа в сутки?
— Хорошо бы, — ухмыльнулся Бермонт.
— Добавь в него Беса, — внёс предложение Коржик.
— Чё Бес-то? Как что, так сразу Бес, — проворчал Беляев, появляясь в дверях.
— Эк тебя разнесло, — команда уставилась на соратника со священным ужасом. — Кто это тебя так?
— Рифтовые пчёлы, — вздохнул колобок на ножках, плюхаясь на стул. — Не сдох, — резюмировал он, отвечая на невысказанный вопрос.
— Это мы уже поняли, — пробормотал Коржик, что-то отмечая в своём планшете.
— Хватит! — не выдержала Колокольчик. — Пытки запрещены конгрессом!
— Да! — подтвердила Лада.
— Командир, пожалуйста, — попросила Гринпис, тяжело вздохнув.
— Внимание… — ответил я и поднял крышку.
Девочки синхронно придвинулись к ящичку и также одновременно выдохнули.
— О!.. — выдохнула Гринпис.
— Вау! — пискнула мелкая, хотя утром я показал ей комплект целиком.
— Божественно! — подытожила графиня Алтуфьева. — Свар! — Ло подняла на меня глаза. — Это изумительно. А по свойствам?
— Увеличивают магическую силу владельца, — туманно ответил я, наблюдая за Зверевой, которая восхищённо разглядывала комплект на пару с Ладой и графиней, но не прикасалась. Умная девочка…
— Это просто потрясающе! Я никогда не видела ничего подобного! — выдохнула Гринпис, разглядывая изящные серьги, браслеты и кольца, каждое украшение лежало в отдельной мягкой ячейке, излучая пока ещё тусклое сияние. Яркость артефакты приобретут, как только получат привязку к хозяйке и будут активированы. — Можно? — прошептала княжна, поднимая на меня глаза.
— Рад, что тебе нравится. Не здесь, — покачала я головой, последовательно отвечая на реплики девушки. — Предлагаю всем переместиться в зал испытаний. Внутрь войдём мы с Гринпис, остальные наблюдают из комнаты Коржика, через стекло.
В этот момент очнулась Колокольчик. Графиня посмотрела на меня затуманенным взглядом и промурлыкала:
— Сва-а-ар, я чую их силу. Хочу такие же! — Ло с любовью глянула на комплект. — Пожалуйста!
— Ло, — мягко обратился я к нашей психопатке. — Эти украшения способны усилить твою магическую силу в несколько раз.
— И? — не поняла графиня. — Это же великолепно!
— Колокольчик, у тебя силы, что у дурака фантиков. Если добавить ещё немного, тебя разорвёт на кусочки, как жадного хомячка, — я подумал и переиначил фразу. — Ну, или разнесёт на атомы от переизбытка энергии. А ты нам нужна живой и здоровой. Так что, увы, дорогая, придётся обходиться своими силами.
— Вот так всегда: всё лучшее детям, — расстроилась графиня.
— Дети — цветы жизни, — выдала Лада, мы, не сговариваясь, рассмеялись и отправились в пыточную. Так бойцы называли испытательный бункер Коржика, где он проводил свои эксперименты не только на монстрах, но и тестировал на нас свои новые программы и технику.
В комнату мы вошли вдвоём, оставив отряд за стеклом наблюдать вместе с Коржиком. Корнелиус уже запустил свою волшебную машину, загружая различные модели ситуаций, заодно подключая всякие психологические штучки, чтобы протестировать уровень силы и состояние Гринпис во время взаимодействия с артефактами.
— Имей в виду, носить можно ежедневно, не снимая, — объяснял я княжне, аккуратно вынимая украшения и надевая их на девушку. — Чем больше носишь, тем лучше связь и реакция. Управление мысленно, тебе достаточно подумать, хватит даже отголоска мысли. Поэтому главное, что тебе необходимо при ношении артефактов — контроль над эмоциями и общим состоянием. Контроль и холодный рассудок, — ухмыльнулся я, сообразив, что теперь можно Гринпис отправлять на тренировки вместе с мелкой.
Они друг другу помогут в эмоциональном плане. Княжна умеет бесить одним молчанием, а юной графине не помешают уроки светских боёв, в смысле, светского общения с аристократками.
Гринпис посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых затаился страх.
— Свар… что если я не сдержусь? — девушка сглотнула, видимо, вспомнив разговор с отцом по телефону.
— Ну, не сдерживайся, — пожал я плечами.
— Но как же… я же убью? — прошептала Зверева.
— Убьёшь, если не сдержишься, — подтвердил я.
На самом деле я немного приврал. В артефакты я заложил плетение, которое отслеживает эмоциональное состояние Гринпис, чтобы не мешать в бою. Но говорить ничего не стал, пусть тренируется.
— Протяни ладонь, — приказал я.
Гринпис послушно вытянула вперёд руку. Я достал острый ножик:
— Сейчас я сделаю небольшой надрез, твоя задача самостоятельно вымазать в собственной крови все украшения. Хорошенько перепачкай. Ясно?
— Так точно, — пискнула княжна, немного побледнев.
— Готова? — спросил я, и, не дожидаясь ответа, чиркнул ножом по дрогнувшей ладони.
Надо отдать должное: девушка не вскрикнула, только скривилась. Едва я выпустил руку из захвата, Зверева принялась мазать украшения своей кровью.
— Хорошо, — довольно улыбнулся, наблюдая, как тёмная энергия, которой я немало влил в плетения, впитывает горячую влагу. Синергия столь непохожих сил усилит боевые способности Гринпис во время
