в отношениях. Это просто означает, что у тебя плохо получается, — сказала Наоми, показывая на меня винным бокалом.
— Божечки, ну спасибо, — сухо отозвалась я.
Наоми подняла палец и допила вино.
— Ни у кого не получается хорошо с самого начала. Ни у кого нет естественного таланта в отношениях. Всем приходится учиться, как хорошо их поддерживать. Для этого требуется много практики, прощения и уязвимости.
— Чёрт, — пробормотал Стеф, вставая и расправляя плечи. — Дамы, прошу меня извинить, мне надо сделать телефонный звонок. Ты не мог бы присмотреть за ними, Джоэл?
Бармен шутливо отдал ему честь.
— Дело не только в том, что я плоха в отношениях, — сказала я, вернувшись к изначальной мысли. — Я не хочу быть связанной. Я хочу иметь свободу делать то, что хочу. Стремиться к жизни, которая мне подходит.
— Я не думаю, что одно другому мешает.
— Бум! — воскликнула Слоан, хлопнув ладонью по бару. Чем больше она пила, чем громче становились спецэффекты библиотекаря.
— Я не найду мужчину, который будет готов разъезжать за мной по стране, удалённо работать из дерьмовых мотелей, пока я ищу украденное добро. И даже если бы нашла, я бы наверняка его не хотела.
Наоми икнула.
— Серьёзно? И ты тоже? Вы, ребята, уже поддали до того, как прийти ко мне? — спросила я.
Она пожала плечами и улыбнулась.
— Уэйлон стащил ланч с моей тарелки, когда я отвернулась. А на пустой желудок я быстро пьянею.
Я подвинула к ней миску орешков.
— Этому алкоголю нужно во что-то впитаться.
К нам вальяжно подошел высокий байкер с повязкой на глазу и банданой.
— Нет, — сказала я, когда он открыл рот.
— Да вы даже не знаете, что я хотел сказать, — пожаловался он.
— Нет, мы не хотим сходить на свидание, прокатиться или услышать, каким прозвищем ты называешь свой пенис, — пояснила я.
Слоан подняла руку.
— На самом деле, я хочу узнать прозвище пениса.
Байкер выпятил грудь колесом и поддернул свои штаны.
— Длинный Серебряный Джон… потому что в нём есть пирсинг. Кто хочет познакомиться лично?
— Теперь счастлива? — спросила я у Слоан.
— Я испытываю и счастье, и отвращение.
Я повернулась к байкеру.
— Уходи, если не хочешь ввязаться в групповую психотерапию.
— Вали, Паук, — сказал Джоэл из-за бара.
— Стоит проявить себя, и сразу все бесятся, — пробормотал Паук, топая прочь.
— Погодите, кажется, я собиралась сказать супер-умную фразу, — сказала Наоми. Она сморщила нос, погрузилась в раздумья и всосала в себя остатки вина. — Ага!
— Ага! — эхом повторила Слоан.
Наоми поёрзала на своём стульчике и откашлялась.
— Как я и говорила, ты сравниваешь то, что ты делаешь сейчас, с тем, что ты могла бы делать в будущем.
— Эмм, разве не все так делают?
— Есть небольшая разница, — упорствовала она, и её язык слегка заплетался на слове «разница». — Но я забыла, какая.
Слоан наклонилась ко мне с другой стороны. Ну, практически завалилась на барную стойку.
— Моя многоуважаемая коллега пытается сказать, что если ты хочешь свободу принимать свои решения, это не означает, что ты должна быть одна.
Наоми щёлкнула пальцами перед лицом Слоан.
— Да! Вот это! Вот что я забыла. Что ты делаешь или имеешь, и что ты чувствуешь — это две разные вещи. Например, люди говорят «я хочу миллион долларов», но на самом деле они хотят чувствовать финансовую стабильность.
— Окееей, — протянула я.
— Ты хочешь чувствовать, что у тебя есть власть принимать свои решения. Это не означает, что ты должна навеки оставаться независимой охотницей за головами. Или что ты не можешь найти отличного парня, с которым будешь заниматься сексом и есть еду на вынос в постели. Это просто значит, что тебе надо найти отношения, в которых ты сможешь быть самой собой и удовлетворять все свои потребности.
— Я рада, что ты вспомнила, потому что это очень умная мысль, и ты очень красивая, — сказала Слоан Наоми.
— Спасибо. Я думаю, ты тоже делаешь ум красивым!
— Ооо! Групповые обнимашки!
— Ребята, я думаю, вы злоупотребляете своими привилегиями на объятия, — пожаловалась я, когда они обе снова повалились на меня.
— Мы ничего не можем с собой поделать. Мы очень тобой гордимся, — сказала Наоми.
— Хочешь, окачу их? — предложил Джоэл, поднимая шланг, через который он наливал газировку.
Я вздохнула.
— Да пусть насладятся моментом.
Глава 24. Удар пеканового пирога и острые локотки
Лина
— Я не хочу домой, — ныла Слоан, пока я вела её к моей машине на парковке.
— Я кушать хочу, — пропела Наоми.
— Ты-то куда собрался? — спросила я у Стефа, когда он начал отстраняться от нас.
Он выглядел виноватым и нервничающим.
— Я, ээ, позвонил Джеремайе и спросил, не хочет ли он поужинать. И он сказал, что хочет. Так что… я на ужин с горячим барбером.
Наоми накинулась на него.
— Я. Так. Тобой. Горжусь, — произнесла она, с каждым словом ударяя его по груди.
Он потёр грудные мышцы.
— Ой.
— Пиши нам каждые 30 секунд. А ещё лучше, сделай прямую трансляцию вашего свидания! — сказала Слоан, подпрыгивая на носочках.
— Оооо! Да! Мы будем комментировать и дадим тебе знать, если всё пойдёт хорошо, — вклинилась Наоми.
— Ты уверена, что сможешь справиться с поддатыми двойняшками? — спросил у меня Стеф.
— Нет. Но…
— Я притворюсь, что ты сказала «да», — он попятился с коварной улыбкой.
— Повеселись и постарайся не отпугнуть его, — крикнула я ему вслед.
Может, Стеф и готов быть раздавленным как замеченный светлячок, но я всё равно не была убеждена, что уязвимость — это наивысшая сила. Звучало скорее как гарантированная дорога к растоптанному сердцу.
Слоан схватила Наоми за руку, и они обе чуть не грохнулись.
— О Господи. Мы забыли сказать ей ещё одну вещь.
— Кому что сказать? Ей в смысле мне? — спросила я, поддерживая их на ногах.
Наоми ахнула, испустив облачко дыхания с сильным запахом шардоне.
— Я совсем забыла! У нас была идея, у кого ты можешь спросить, где Дункан Хьюго мог спрятать машину.
— Правда? У кого?
— Грим, — сказала Наоми.
— Что такое грим?
— Он лидер мотоклуба… или босс? Может, премьер-министр? В любом случае, он знает всё, что происходит, — сказала Наоми.
— Он знал, где была Наоми, когда её похитили, потому что он следил за Дунканом Хьюго, — просветила меня Слоан.
— А ещё он очень милый и научил меня играть в покер, — добавила Наоми.
— И как мне связаться с этим премьер-министром мотоклуба Гримом? — спросила я.
— У меня есть его номер. Ну или какой-то номер. Я по нему никогда не звонила, но он дал его мне, — объяснила Наоми.
Глаза Слоан
