Однако именно эта черта сделала уже взрослого Майлза одним из лучших следователей Грегора. На дно самых глубоких колодцев и самых глубоких тайн он лез с одинаковым пылом. Она начинала понимать, почему подозреваемые по делам, которые он расследовал, так часто стремились ужалить его как можно больнее.
— Я не обязана удовлетворять твое неприличное любопытство, — ответила она. — Просто включи свое бетанское «я» и постарайся расслабиться, ладно? Ожидаю, что все вопросы в скором времени разрешатся. — «Так или иначе, спасибо адмиралу Десплену… наверное».
— Итак, как сюда вписывается Оливер? — он усмехнулся уголком рта. — Ну, я имею в виду, помимо роли старшего в гареме.
«О, да, Оливер прекрасно справится со всем, за что ни возьмется». С трудом подавив ухмылку, Корделия ответила прямо:
— Так, как выберет он сам. Ему нужно принять некоторые решения насчет своей карьеры, к которым я не имею отношения и не стану с тобой обсуждать. А потом мы узнаем больше.
Майлз криво усмехнулся.
— Решения насчет карьеры? Да какие же еще? Он и так командует сергиярским флотом, ради всего святого! — Он прищурился, быстро соображая. — На таком посту его точно не отправят в тень. Уйти в отставку и стать дипломатом как Айвен? А он бы отлично справился. Или… нет. Должен быть… Комаррский флот, флот метрополии, глава Оперативного отдела? Комаррским флотом прочно командует Тибо, Куприн только в прошлом году получил повышение до командующего флотом метрополии, Десплен… ого, так ему предложили возглавить Оперативный отдел?
Проклятье. Она и забыла, как быстро соображает Майлз, и как разнообразны его источники информации.
— Майлз! Я обещала молчать! Мне, как вице-королеве, нужно было это знать, а тебе — нет.
— Нужно было знать… погоди, что именно? Он же вернется в Форбарр-Султану! Да что же это за любовь такая… одноразовая? — Он выпрямился в кресле, весь кипя от негодования. — Сначала он тебя соблазняет, потом его и след простыл, а ты даже не пытаешься задержать его на пороге?
— Во-первых, соблазнение было обоюдным, во-вторых, его след еще не простыл. А в-третьих, все гораздо сложнее.
— Что возвращает нас к вопросу, зачем всё это?
— Несколько дней назад ты смотрел на него как злобный сторожевой пес, когда мы всего лишь обнялись. И на чьей теперь ты стороне?
— На твоей, — буркнул он. — Если разберусь, где она.
— Знаю, дорогой, — вздохнула она. «Я только хочу, чтобы ты был на моей стороне потише и подальше отсюда».
— Возглавить Оперативный отдел, — растерянно пробормотал он. — Да уж. Ты ведь знаешь, что отвергнуть такое шикарное предложение означает пустить всю карьеру под откос. Предполагается, что ты не откажешься, если предан тому, чему служишь.
— Да, я имею представление о психологии высшего командования.
— И не то, чтобы карьера Оливера уже не вполне… состоялась сама по себе.
— Верно.
Его взгляд на миг стал тоскливым. Завидовал жизни в имперской армии, о которой он одно время мечтал? Честно говоря, Корделия считала, что служба в СБ, где непредсказуемый гений Майлза раскрылся в полной мере, подходила ему больше всего. Запихнуть его в регулярные части было бы катастрофой — «и действительно было», напомнила она себе о результатах более раннего эксперимента. «У всех нас есть мечты и свое «могло бы быть».
Он повертел в руках трость и примирительно сказал:
— Ну ладно. Это действительно серьезное решение для действующего офицера. Особенно для простолюдина его поколения, сделавшего карьеру с нуля.
— И как бы поступил ты сам на его месте? — с любопытством спросила она.
— Чтобы мне оказаться на его месте, моя жизнь должна была быть совершенно иной.
— Я понимаю. Но предположим. Представь, ты бы ухаживал за Катериной, а она или не могла покинуть Сергияр, или не хотела.
— Это… не совсем так работает. Любая женщина, решившая связать свою жизнь с имперским офицером в высоком звании, предположительно знает, что она получит в придачу. Это ее выбор — последовать за ним или остаться, а не его выбор — остаться или уйти. Я имею в виду, если ему нужно выполнять приказы. Впрочем, здесь немного не тот случай. Единственное принятое мной решение, которое так же рвало мне сердце пополам… — он резко оборвал фразу на полуслове.
—М-м?
— Не имело отношения к женщинам, — закончил он и добавил, задумчиво помолчав: — Оно было связано с амбициями. Хм... Да. Думаю, я не завидую Оливеру с его дилеммой.
«Ох, малыш, ты даже не представляешь, о чем говоришь».
Она поняла, что он смотрит на нее. Почти без иронии он предложил:
— Могу помочь его удержать, если хочешь…
Фу-у...
— Я хочу, чтобы Оливер принял решение, о котором не будет сожалеть. И не думаю, что кто-то из нас может помочь ему в этом. — Ей наконец удалось добавить: — Но спасибо за предложение. Я знаю, оно из лучших побуждений. — «Ужасное в перспективе, но явно из лучших побуждений». — Но если ты действительно хочешь помочь, ступай спать, и я тоже лягу.
Он фыркнул.
— Да, да, намек понял.
К счастью, он встал и заковылял к выходу, помахав ей напоследок.
Джоул решил, что лучший способ избежать еще одной приватной беседы с любознательным сыном Корделии — не оставаться с ним наедине. Воплощая свой план, он пригласил на следующий день Кайю и Федора на обед в офицерской столовой на втором этаже. Среди разговоров о злонамеренных планах угона кораблей на симуляторе — Кайя играла сегодня на стороне Майлза, в нападении, — и проблемах Гридграда ему легко удалось избежать личных тем, и Джоул расслабился, позволив гостям общаться.
Покуда Кайя не нарушила временное затишье, когда все увлеченно жевали и глотали, спросив:
— Чего вы больше всего ожидаете от пикника в честь вашего дня рождения, адмирал?
Вопрос застиг его врасплох, и он ответил честно:
— Отсутствия жертв и разрушений.
— Аминь, — солидарно пророкотал Федор. Он пока не произнес «Говорил же я тебе», — хотя масштаб события все рос и рос, зато очень выразительно молчал все это время.
Майлз понимающе ухмыльнулся.
— В нашем комитете выбран офицер, ответственный за безопасность — горячо заверила его Кайя. — Он уже связался с кейбургской стражей и все такое. Но… нет, я серьезно.
Определенно, комитет направил Кайю на прояснение этого жгучего вопроса. Что ж, вполне логично. Джоул пораскинул мозгами. Первейшим его желанием был день в Хижине номер один у Пенни в обществе одной лишь Корделии, но тут, очевидно, без шансов. Следующее желание — провести день в одиночестве, точка. Устроиться с комфортом и задрав ноги где-нибудь в тихом месте, ничего не делать, ну, может быть, почитать следующий выпуск университетского биологического журнала об их странных исследованиях. Прогуляться, желательно с Корделией, где-нибудь в глуши, было бы тоже здорово. И устроить пикник только для двоих, а не для пары тысяч человек. Можно, конечно, продолжать, да вот только стоит ли?
Кайя просто надеялась на что-то простое и легковыполнимое, например, бутылку его любимого спиртного — увы, он совсем не пил, — или там прогулку верхом на пони, или еще что-нибудь в этом роде. И если он не даст прямой ответ, или хотя бы не задаст нужное направление, то рискует получить черт знает что.
Кажется, он колебался слишком долго. Федор, сам побывавший свидетелем различных празднований повышения и церемоний смены командования, а значит, несомненно, умевший разрешить для себя подобную дилемму, сочувственно фыркнул.
— Что случилось с твоей безумной идеей обзавестись сыном к своему пятидесятилетию, а, Оливер? Хотя, я думаю, это не то, с чем тебе может помочь комитет. Ну, разве что усыновишь какого-нибудь мальчишку-мичмана, что, признаюсь я тебе, сбережет тебе кучу времени.
Майлз застыл на месте, а потом моргнул как ящерица.
— Правда? Моя мать добралась и до вас, Оливер?
«Во всех смыслах».
— Она расписывает достоинства нового репродуктивного центра каждому, кто готов слушать. И действует в этом отношении очень по-бетански.
И то, и другое — истинная правда.
— Но как это совместить с... — Он умолк, посмотрев на Джоула тем четким, как луч лазерного сканера, взглядом, который неожиданно направлял на тебя, когда ты думал, что он смотрит куда-то в сторону – а то и в три разных стороны.
«Нам нужно поговорить, — подумал Джоул, а потом: — Нет, не нужно». В любом случае, точно не здесь.
Вместо этого он сказал Кайе:
— И не забывай, что у меня мало места для хранения чего-либо.
В его квартире, во всяком случае, хотя он может найти на базе пустующий уголок, способный вместить что угодно размером с десантный катер. К его радости, об этом Федор умолчал.
— Если хотите сделать ему сюрприз, попробуйте попросить мою мать помочь с идеями, — любезно предложил Майлз.
