не лишней.
— Хорошо, переговорю, — я пожал плечами. — Хотя и сомневаюсь, что поможет. Я ведь их прокатил с десятиной. А кто нам пообещал поддержку из стран-участниц Евросоюза?
— Не страны, королевские рода. Это немного разное. Немецкий род Гогенцоллернов и итальянский Медичи.
— А в чём отличие? — не понял.
— Рода могут оказывать помощь в частном порядке, а страны связаны договорами.
— Ага, понятно. Прибавь сюда род Романовых, они тоже помогают в частном. Больше никто? Из Польши не звонили?
— Звонила Грабовская, спрашивала, нужна ли военная техника. Они могут дать по ленд-лизу бронетранспортёры и лёгкие танки.
— В смысле? Это придётся потом за них платить?
— Почему, потом? Платить надо будет сразу, только частями в течение года.
— Вот ведь полячка хитрожопая! Зачем нам в войне с морской державой бронетехника, да ещё и за деньги? — возмутился Лексеич. — А Урсула тоже решила помогать по ленд-лизу?
— Нет, она за свои. Отправила миноносцы с якорными минами к Гибралтару, — Исабель отпила из чашки и отставила её в сторону. — Ярик, у нас есть какой-то план? Нужен финт ушами, чтобы выиграть войну с Великой Британией.
— Планов полно. Самый главный — пробраться тайком на остров и освободить Юсуповых. Но пока что из реальных — кошмарить английский флот. Слона надо есть по кусочку.
Глава 17
На суде Святой инквизиции:
— Ведьму сжечь!
— Но она такая красивая…
— Хорошо… Но потом сжечь!
* * *
Мы с Ксенией Борисовной сидим в гараже над чертежами и обсуждаем сроки запуска первого космонавта.
— Да не могу я тебе за неделю мощную ракету родить! — кипятится Смирнова на мой невинный вопрос когда уже в космос?
— А за месяц?
— И за месяц не смогу! Пока только герметичная капсула для полёта готова, — она кивает на прозрачную сферу с круглым же прозрачным люком. — Ещё не разработан механизм посадки, нет системы жизнеобеспечения в капсуле, а ты уже о полёте!
— Ксюш, а ничего, что она прозрачная? Чёт в моём мире по другому спускаемый аппарат выглядел.
— Я помню, ты рисовал. Так проще. Сначала герметичный контур из плексигласа, потом обошью его металлом. Должны быть двойные стенки для надёжности.
— Ага, понятно. Слушай, а зачем нам своя собственная ракета? Можно же и на кооперации. Купить несколько ракет, которыми спутники в небо запускают. Ты же узнавала ценник на ракеты-носители для запуска спутников связи?
— Они маломощные. Твою капсулу после доукомплектации только штук пять вместе потянут, а их синхронизировать ещё тот гемор.
— А без доукомплектации? Ну, это я так, на всякий случай.
— А в таком виде, — опять кивок на сферу, — плюс двести килограммов полезного груза, потянет и одна. Но ты же не смертник? Зачем тебе билет в один конец без парашюта и без запаса воздуха?
— Ты права, без парашюта сигать с орбиты… такое себе приключение. Да и дышать чем-то надо. А ещё попить до поесть хотелось бы.
— Я о том же, — вздохнула Смирнова. Мы помолчали, думая каждый о своём. Наконец, она выдала: — Интересно, как там Юсуповы у англичан? Не обижают их?
— Вроде, не должны. Россия с Британией не воюет.
После Ксюши зашёл к Лопухиной.
— О, развлекаетесь? — я увидел лежащую на полу связанную Генриетту и водрузившую на неё свои ноги Анну.
— Воспитываю, — Анька, сидящая на кресле в трусах и свободном топе, под которым было видно отсутствие бюстгальтера, перелистнула страницу популярного у любителей тематических игр журнала.
— И как успехи?
Лопухина наклонилась к своей жертве и потянула за верёвку, отчего она врезалась Грете в промежность, баронесса издала стон наслаждения.
— Ещё работать и работать, — Лопухина погладила маску, полностью скрывающую голову Греты. — Ночью будет очередной сеанс, придёшь?
— Посмотрим, — уклончиво ответил и ретировался. У меня война, а они здесь со своими глупостями.
* * *
На следующее утро пошёл пешком на встречу с кардиналом. В идеале, конечно, сделать её своим агентом влияния, и через неё проводить нужные Испании политические решения, но я не обольщался — слишком разные у нас цели. Да и Матриарх, наверняка, не простила, что я её послал в сад с церковной десятиной, а кардинальша прислана в Мадрид с конкретными инструкциями, от которых так просто не отойдёт.
В назначенный час был у ворот женского монастыря Энкарнасьон, распахнувшихся при моём приближении.
— Сестра Франческа вас ожидает, — стрельнула глазками молоденькая монахиня-простачка в строгом одеянии и пошла вперёд, показывая дорогу.
Перед высокими дверями одного из залов она оставила меня одного. Постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.
— Ваше Высочество, здравствуйте, — меня поприветствовала находящаяся в одиночестве ранее виденная одарённая в ранге магистра. Не такой вызывающий макияж, как при нашем знакомстве, и одета попроще в черную хламиду — сегодня кардинальша выглядела более располагающе, что ли.
— Ваше Преосвященство, прекрасно выглядите! — я не покривил душой.
— Можете звать меня просто Франческа, — улыбнулась.
— Тогда и вы можете меня звать Ярославом.
— Я слышала, друзьям вы разрешаете звать себя Яриком?
— Всё правильно, только друзьям.
— Я очень надеюсь стать вам настоящим другом, — улыбнулась опять, а в эмоциях настороженность охотника, загоняющего дичь. Я промолчал, и она продолжила, показав на сервированный фруктами и напитками стол: — Вина? Разговор нам предстоит долгий.
— Пожалуй, — я шагнул к столу и стал разглядывать этикетки. — Белое или красное?
— Сегодня никому пускать кровь не планировала, поэтому — белое.
Я наполнил два бокала и протянул один магичке.
— За полное взаимопонимание! — произнесла тост и пригубила.
— Ага, за него, — отсалютовал и тоже хлебнул вина. Ммм, а неплохой вкус у святош.
— Ярослав, — она уселась в кресло и закинула ногу на ногу, совершенно случайно распахнувшиеся полы хламиды оголили коленки женщины.
— Франческа, — я никак не прореагировал на её татуированные ножки и сел в кресло напротив.
— Ярослав, нам всем надо найти выход из сложившийся кризисной ситуации… — она замолчала, ожидая моего ответа, но я с полуулыбкой ждал продолжения. Не дождавшись от меня ни слова, продолжила: — То, что происходит на границах Евросоюза, не лезет ни в какие ворота! Право объявлять
