— Зачем пытались убить мальчика? — спросил полицейский.
Мистер Эдвард с силой сжал мои плечи.
— Сначала в этом не было необходимости. Он мешал и был опасен, но избавиться от него казалось делом простым. Мистер Чарльз был человеком добрым, но слабохарактерным и не был твёрд в принятых им в запальчивости решениях. Приведя с собой карманного воришку и пообещав ему невозможное, он не думал ни об ответственности, которую на себя взял, ни о предстоящей женитьбе, а потом, когда столкнулся с трудностями, вознамерился откупиться от мальчика. Если бы это произошло, мистер Белл не преследовал бы Робина, но вмешались вы, мистер Эдвард. Вы всегда и со всеми были честны. Совершив однажды ошибку, вы исправили её, женившись, вопреки воле семьи, на племяннице собственного садовника. Этим вы спасли её честь, но, сами того не подозревая, обрекли её на гибель. Исправляя ошибку брата, вы чуть не погубили мальчика. Поняв, что сами вы не выгоните его за ворота, а, напротив, вернули его в дом, когда от ушёл, причём разыскали при помощи собаки, мистер Белл постарался восстановить против него весь дом. Я помогал ему, сэр, потому что это казалось мне лучшим выходом, иначе мальчику грозила бы смерть. Настроить против него прислугу было легче всего, тем более, что и сам Робин мне в этом способствовал. Труднее было с господами. Мне помогла кукла маленькой мисс, которую почему-то искалечил мальчик.
— Я этого не делал, — сказал я.
— Этот случай вызвал переполох, — продолжал дворецкий, словно не слыша моих слов, — но вы, мистер Эдвард, лишь утвердились в решении изменить жизнь юного вора. Тогда мистер Белл собственноручно изрезал костюм для верховой езды мистера Поля, представил так, чтобы все поверили, что Робин заходил в комнаты старого мистера Мидлтона и даже попытался вынести оттуда меч. Но вы были тверды, как скала. Только в подвале, когда вы приготовились увидеть тело брата и не нашли его, вами впервые овладело негодование. Если бы мистер Белл узнал, что это чувство продержалось лишь до утра, когда было обнаружено тело мистера Чарльза, мальчик был бы обречён и погиб сразу же, но он обманулся. Лишь когда он увидел Робина, вылезшего в окно курительной комнаты и пробирающегося в комнату Бертрама тем же путём, каким прошёл он сам, мистер Белл всполошился. Мальчик выяснил ещё раньше, что снизу подняться на второй этаж нельзя (чего не додумалась выяснить полиция), так что теперь его новая находка ясно показывала, что убийцей двух женщин был кто-то из домашних. Мистер Белл бросился в комнату Берта и оттуда столкнул мальчика вниз. Теперь я жалею, что отдал ему вместе с ключом от подвала и ключ от комнаты, но, к частью, Робин не разбился. Для мистера Белла, напротив, опасность возросла ещё и потому, что падение Робина привлекло внимание священника, уже давно поведшего себя так, словно он что-то подозревает. Отец Уинкл погиб не по своей вине и, конечно же, не от руки Робина. Мистер Белл столкнул его с лестницы, когда тот направлялся поговорить с мальчиком. Если бы Робин поднялся по лестнице, чтобы дождаться священника наверху, погиб бы он.
— Нет, любезнейший, — возразил полицейский. — После первого покушения за ним было установлено наблюдение, и его жизнь была вне опасности. Если бы мы могли заподозрить, что охранять надо и священника, он был бы сейчас жив.
— Сэр, я глубоко сожалею о случившемся, — проговорил дворецкий, прижимая руки к сердцу.
— Мистер Мидлтон не случайно распорядился замуровать дверь в подвал, — продолжал полицейский. — Он знал, что мальчик уже пытался туда пробраться, чтобы найти какую-нибудь улику, подтверждающую его правоту, и даже подсказал ему, где садовник держит второй ключ. Вы, мистер Браун, тоже знали об этом. Вы знали также о том, что мальчик вытащил ключ из вашего кармана. Вы доложили об этом мистеру Беллу. Вы не хотели убивать лично, но вы стояли за дверью, чтобы мальчик не смог убежать. Вы не жертва, запутавшаяся в собственном шантаже, а сообщник убийцы мистера Чарльза Мидлтона и священника и, если бы не мы, вы стали бы сообщником убийцы находящегося здесь Роберта Блэка. Я внимательно выслушал ваш долгий рассказ и не нашёл никаких смягчающих обстоятельств, хоть в малейшей степени оправдывающих ваше поведение. Вы преступник, и за оба убийства вас будут судить наравне с мистером Беллом. Для меня остаётся невыясненным лишь один вопрос: почему вы, по собственному вашему признанию, с самого начала пытались избавиться от мальчика.
Дворецкий молчал.
Мистер Эдвард так сдавил мне плечи, что стало больно.
— Мистер Браун, я найму для вас лучших адвокатов, если вы ответите на этот вопрос, — сказал он.
— Не говорите! — резко крикнул мистер Белл. — Вы останетесь в дураках, Браун, вас всё равно обманут!
— Нет, я знаю, что мистер Эдвард — человек слова, — покачал головой дворецкий. — На этих условиях я готов дать последние объяснения.
Мистер Белл собрал все силы для рывка, но руки державших его полицейских были крепки, и он лишь зарычал.
— Мистер Эдвард, я заподозрил правду тотчас же, едва садовник рассказал, как Рваный отреагировал на появление в доме мальчика. Он не только не причинил ему вреда, а обрадовался, как после долгой разлуки. Позже я утвердился в своей догадке, когда мальчик рассказал мне свои сны. Робин, повтори, какие кошмары тебя мучают.
Я не знал, как мне поступить. Позорить своё гордое имя Робин дурацкими страхами мне не хотелось, но было ясно, что они имеют важное значение, только я не знал, какое.
— Скажи, Робин, — так ласково попросил меня мистер Эдвард, что я был смущён.
— Да они меня не мучают вовсе, а так… иногда только снятся. Я на них и внимания не обращаю. Плевать мне на них… Ладно уж, расскажу. Иногда, не часто, а так… изредка, для интереса только, мне снится чёрный человек. Лица у него нет, и он лезет в мою комнату через окно, а иногда — через стеклянную дверь.
— Расскажи про другой сон, — потребовал дворецкий.
— Кукла. У неё белое платье и белые волосы. Она очень похожа на Энн.
— Дальше, — прошептал мистер Эдвард, наклоняясь ко мне.
— Она лежит в красной луже, а потом на неё наступает чья-то нога и вдавливает в кровь. Белое платье становится красным, а глаза у неё голубые и по-прежнему глядят вверх.
— Вы поняли, мистер Эдвард? — спросил дворецкий.
— Ложь! Всё ложь! Я не понимаю, о чём он говорит, — бормотал мистер Белл.
— Когда вы убили свою жену, мистер Белл, в лужу крови упала кукла, которую ваша дочь подарила Берту, а вы в суматохе наступили на неё. Я видел эту куклу, мистер Эдвард тоже её запомнил.
— Выдумка! Этот лжец сам научил мальчишку, что отвечать, — в ярости закричал мистер Белл.
