Глава тридцать девятая
Племя веры
Между 622 и 642 годами Мухаммед превращает своих последователей в особое племя, Абу Бакр ведет их на завоевание Аравии, а Умар выводит за пределы полуострова
В Медине Мухаммед, предводитель уммы, взял на себя задачу судить споры неверующих. Хоть он никогда не говорил о титулах, он действовал в своём новом городе как пророк и как царь. Вскоре ему пришлось разбираться с многочисленными практическими сложностями, обступившими его идеальное общество.
Во-первых, единство в вере нелегко было поддерживать людям, привыкшим думать о себе как о членах различных кланов и племён. Даже сам Мухаммед признавал различия между своими последователями. Он дал имя «ансар» (помощники) арабам Медины, в то время как последовавших за ним людей назвал «мухаджирами» (переселенцами). Он предпринял шаги к созданию традиционных родственных связей между собой и своими ближайшими союзниками. После смерти Хадиджи он обручился с Айшей, шестилетней дочерью Абу Бакра, хотя свадьбу и не играли, пока девочка не повзрослела. «Новое племя», основанное на вере, играло главную роль в его планах на будущее, но узы крови и родства всё ещё были вплетены в его образ мыслей.1
Кроме того, новое племя не вполне соответствовало его ожиданиям. Мухаммед намеревался обратить в умму всю Медину. Его защита не-мусульман была честной и происходила от добрых намерений, но расчёт при этом шёл на то, что она будет временной, до тех пор, пока они не узреют свет истины и не станут последователями Аллаха. Однако стало отчетливо ясно, что евреи Медины всегда будут держаться в стороне.
Расстроенному Мухаммеду было явлено откровение, известное как Сура 2 в Коране. В ней снова и снова повторяется, что Аллах является тем же богом, которому поклонялся Авраам и поклоняются христиане. Именно он «дал Моисею Писание и сопроводил его Посланниками, кто дал Иисусу, сыну Марии, символы чистоты, кто укрепил его Святым Духом». Евреи и христиане ошибались, утверждая, что только иудей или христианин может попасть в рай – и те, и другие попадут в рай, если покорятся Аллаху и будут творить добрые дела. Для Мухаммеда христиане и иудеи уже практически были уммой, и он не понимал, почему они до сих пор не находят согласия.2
Кроме того, Мухаммед не был доволен и многими обратившимися в ислам арабами. Умма теперь стала самым сильным «племенем» Медины, городской распорядок дня подстроился под пять дневных молитв, предписанных Мухаммедом для верующих, пост и раздача милостыни нищим были вписаны в городской закон, а построенное Мухаммедом место поклонения – мечеть – стало городским центром. Теперь было политически выгодно быть мусульманином, и многие арабы присоединялись к вере ради успеха в делах.3
Однако наибольшую сложность представляла Мекка. Ицхак, биограф Мухаммеда, написал: «Тогда пророк приготовился к войне, слушаясь повеления Господа сражаться с врагами… с которыми Господь повелел сражаться». Откровение, данное в Мекке, позволявшее мусульманам давать отпор тем, кто изгонял их из домов, было ещё в силе, несмотря на то, что теперь враги из Мекки были далеко. В 623 году, через год после Хиджры, Мухаммед начал посылать и «помощников», и «переселенцев» в Мекку с разведывательными целями. Его первой целью была не сама Мекка, но караваны, шедшие оттуда на север и по пути проходившие мимо Медины.4
Нападения на караваны не считались войной. В течение столетий караваны чужих племён были для арабов объектом охоты. Добыча пищи и воды из проходящих мимо караванов, несомненно, сделала бы жизнь в Медине легче – но, нападая на караваны из Мекки, практически полностью населённой курайшитами, Мухаммед в первую очередь давал сигнал, что преданность умме заменила старые племенные связи, и узы рождения сменились узами веры.5
В течение нескольких месяцев разведывательные акции Медины сводились к шпионажу, изредка – к переговорам с главами караванов. Жертв не было, пока группа из Медины, следившая за богатым караваном из Мекки, не решила напасть на него. В завязавшейся схватке погиб один из курайшитских торговцев, убитый стрелой из мединского лука.
Когда экспедиция вернулась в Медину с награбленным, Мухаммед был в ярости – не из-за убийства, но из-за того, что это произошло во время священного месяца, когда нельзя воевать. Это был точно такой же случай пренебрежения древними традициями, который привёл общество Мекки в упадок, и пророк не хотел, чтобы Медина пошла по такому же пути.6
Его гнев угрожал целостности нового общества. Другие члены умма начали перешёптываться, что отряд, посланный для наблюдения за караваном, был проклят. А за пределами Медины у курайшитов пошли слухи, что приказ на кощунственное деяние отдал сам Мухаммед. Мир не восстановился, пока Мухаммед не получил очередное откровение: «нарушение священного месяца – плохой поступок, но грехи Мекки ещё хуже». Во второй суре написано: «Нарушение священного месяца – ужасный грех, но ещё хуже пред взором Аллаха отрицать его и изгонять его последователей. Мятеж и угнетение – даже хуже убийства. И они не прекратят сражаться с тобой, пока не повернутся спиной к твоей вере, если смогут»?
Это ослабило напряжение в Медине, и группа налётчиков с облегчением разошлась по домам. Однако отдаленный эффект от этого откровения был значительно сильнее. Границы изначального позволения сопротивляться, будучи жертвами, незаметно расширились. Теперь было позволено при возможности нападать на тех, кто продолжал бы подавление.
Божественное откровение дало Мухаммеду и его последователям оправдание, необходимое для запуска полномасштабных набегов на караваны из Мекки. В 624 году крупный караван, груженый товарами из Сирии, проходил мимо Медины. Вёл его старый враг Мухаммеда, человек по имени Абу Суфьян. Путь, которому он следовал, проходил мимо колодцев Бадра, оазиса к югу от Медины. Мухаммед собрал триста человек (огромная сила для победы над одним караваном) и отправил к колодцам, чтобы перехватить караван там.
Завоевания Мухаммеда и Абу Бакра
Абу Суфьян ожидал неприятностей. Его разведчики были высланы вперед, спрашивая новости у каждой встреченной группы людей, и принесли ему данные о готовящемся нападении мединцев. Абу Суфьян отправил сообщение в Мекку с просьбой о подкреплении и получил огромную армию – тысячу человек, с представителями от каждого племени курайшитов. Конфликт между религиозным переворотом Мухаммеда и старым порядком достиг своей кульминации.8
Отряд курайшитов из Мекки встретила меньший отряд из Медины у оазиса Бадр 17 марта 624 года. Собрав свое уступающее числом войско, Мухаммед объявил, что любой, с отвагой погибший в бою, точно попадёт в рай. Подкреплённые преданностью Мухаммеду, религиозным рвением, ненавистью к врагам и страхом потерять всё, чего они достигли, люди из Медины разбили более крупную армию. Погибло лишь около пятидесяти курайшитов – но остальные были вынуждены спасаться бегством. Мухаммед и его люди захватили товары, оставшиеся от каравана (Абу Суфьян с частью каравана смог бежать в Мекку) и вернулись в Медину с триумфом.
Это была первая серьезная битва ислама – ключевой момент для уммы. Между 624 и 630 годами сражения участились. Члены умма силой изгнали из Медины два племени иудеев, отказавшихся признавать авторитет Мухаммеда. Крупные сражения между армиями Мекки и Медины происходили в 625 и 627 годах, и после второй битвы, так называемой Битвы у рва (названной так из-за того, что жители Медины окружили город рвом для защиты от вторжения) последнее племя иудеев было также изгнано из города. Они отказались принимать участие в войне, что было нарушением декларации Мухаммеда, гласившей, что евреи и арабы должны поддерживать друг друга в мирное и военное время. Сама по себе битва у рва окончилась ничьёй – из-за холодной погоды нападающие из Мекки были вынуждены отступить, и отказ евреев принимать в сражении участие не повлиял на ход битвы. Однако мусульмане были раздосадованы таким вероломством.
Евреев осадили и вынудили сдаться. Им дали выбор – обращение в ислам или смерть и порабощение. Евреи выбрали второй вариант. Ицхак записал их ответ: «Мы никогда не забросим законы Торы и не сменим их на другие». Мухаммед назначил судью для вынесения приговора. Им был человек по имени Саад, иудей, обращённый в ислам. Он приказал казнить мужчин, а женщин и детей обратить в рабство. Рассказ Ицхака краток и сух:
«Тогда пророк вышел на рынок Медины (который и сейчас является её рынком) и вырыл на нём канавы. Затем он послал за ними и стал срубать их головы над канавами, когда их приводили группами. Их было 600 или 700 человек, но некоторые называют цифры и больше, до 800–900».9
Новое общество было под угрозой нападения извне, и условия его существования изменились. В Медине больше не было терпимости к инаковерующим.
