-Так что тебе надо? – Нора даже слегка обиделась. Такой темы на лекции не поднимали, хотя бы до того момента, пока у них с Ксари не осталось по три корабля на нос и не пошла настоящая война.
-Что, что… Руки подержите, пока я его в шкаф упакую, – Джей еще раз подумала и решила, что зря способствовала появлению двоих дополнительных демонов в этом мире.
-Встречное предложение, – Нора тоже занималась ворошением мозгов. – Давай мы его отбуксируем в более тихое место. Окей?
-Как хотите, только меня вместе с ним, – все-таки, несмотря на все плохое, что было в их с Пейнджелом жизни, что-то Джей к нему еще чувствовала. Левое такое чувство, мало смахивающее на старую добрую «Dark Love[22]», но наличие есть наличие.
-А ты кто, если не вопрос? – Нора первый раз видела эту личность перед собой и вообще не представляла, что у Рингиловского папочки могло быть долгое и разнообразное прошлое, насыщенное без меры перерывами на общение с особами привлекающего его пола. Джей вопрос слегка зацепил. Конечно, она-то не принадлежала к обширной компании идейных и знала отца своей доченьки только в этом узком плане.
-Дж'ала, – коротко представилась она. – Если ты, мелочь пузатая, не в курсе, кто я, это твоя проблема. И пока что самая маленькая из них.
-Нора, а не мелочь пузатая, напрягите свои извилины и запомните это имя, – какая-то шокерша еще смеет выдавать всякие свои характеристики! – И вообще, нам ваш груз ненадолго нужен будет, а потом сами разбирайтесь, – «вежливое» обращение со стороны защитницы обиженных жизнью всегда звучало как оскорбление. Не был исключением и этот раз, только вот Джей больше интересовало, каким боком ее ангелочек связан с этими хамками. Вроде они на него не сильно похожи, хотя кто знает… Вкус Пейнджелу непредельщики испортили напрочь. Наоми Ала уже имела несчастье видеть. Потом долго отходила от культурного шока. Таких женщин только в фильмах ужасов снимать, в ролях выловленных из хранилищ радиационных отходов трупиков. И то не каждый режиссер возьмется, слишком уж страшное кино получится. А говорят, что эанитки бывают красивыми. Вспомнив еще раз серокожую женщину, похожую на грязный манекен, Джей поморщилась.
-Что, тяжело? – оказывается, за то время, которое Ала посвятила критической оценке заменившей ее особы, они успели переместиться в совершенно постороннее место. Вокруг не было ничего, кроме природы.
День –m, он же –n+1. Достаточно далеко от Эгладора – 16.
-Да нет, терпимо, – Джей чуть не уронила Пейнджела. Как практически все хейтеры, она напрочь отвыкла от роскоши повсеместного использования своей силы. – А мы это где?
-Мы это, – Нора скопировала интонацию Алы, – не где, а зачем. В смысле, сейчас мы будем циркулем форматировать мозги моим родителям. Понятно?
-Нет, – Джей поправила взваленную для удобства на плечо тушку. В естественную какофонию звуков природы вклинился чей-то плеер.
-Ну мама, ну вредитель! – возмутилась Нора. – Я всего ждала, но перекинуть канал к этим придуркам!
-А что такого? – песня не была настолько плохой, чтобы за одно ее прослушивание так критиковать. Во всяком случае, строчки «Мне не нужна твоя жизнь, не нужна твоя смерть»… В конце концов, именно это музыкальное произведение крутили в «Малине» в тот момент, когда Джей говорила Пейнджелу: «Это не ты от меня уходишь, это я тебя, козел, бросаю!» Было дело, и слово было… Поздно говорить «Блин!», когда уже ком подгорел. Клуб «Малина», для истинных хейтеров – дохлый музцентр, три рабочих диска, на которых через песню – попсятина, два целых стула и шкаф светлой настойки. На дохлых мышах, как утверждали те, кто имел дурость ее пить. Джей тряхнула головой, отгоняя червивые горькие воспоминания. Вот же жизнь – одна песня и сразу куча ассоциаций.
-Ничего. Хорошего ничего, в смысле, – ответила Нора. Настроение ее улетело далеко в ноль, но было чуть приподнято тем фактом, что локальный канал был пробит в другую точку хейтерской реальности, а дурная привычка вместо точной настройки искать ближайший готовый переход, совпадающий по характеристикам, забросила их к товарищам, намного худшим, чем светлые хейтеры, сдвинутые по средиземской фазе. А именно – к аналогичным образом сдвинутым хейтерам, не определившимся с ориентацией.
-Вот прикол! – выразила свои мысли Велка. Песня ее не тронула, по той простой причине, что Веледа Сенгарри слушала только определенные группы, поплевывая параллельно на свой расизм. Вернее, это она так говорила. На самом деле идеи борцов за чистоту рас не трогали ее так же, как и все остальные. – Нор, так по существу – куда нас занесло?
-Туда, где Саурон кольца не терял, – прямым текстом ответила Нора. – Велка, решай: мы прыгаем назад или идем ко мне пешком?
-Нора, вот так прямо сейчас и отвечу, – Велка выудила из шнурков, составлявших часть костюма, книжку размером со спичечный коробок. На ее зеленой обложке серебром было вытиснено: «Кодекс ненависти». – Так, страница восемьдесят третья, – Нора и Дж'ала синхронно уставились на нее. Первая дошла всего лишь до шестидесятой страницы, а вторая не прошла и половины этого пути. – Когда жизнь сама начинает ставить тебе преграды, это значит, что ты вышел из своей схемы. Чтобы вернуться в нее, продолжай нарушать перечисленные выше законы, ибо это ясно показывает, что пришло время менять свою жизнь. В балансе между отношением к миру и отношением мира к тебе – истина. Так, дальше про тебя написано. В общем, пешком не попремся. Все нестыковки у нас оттого, что мы на новый уровень переходим.
-Ладно, дай мне почитать насчет идейных, – Нора правильно поняла, что именно там написано «про нее». – Или сама озвучь.
-Переход на уровень выше для тех, кто решил достойно завершить свою жизнь, знаменует приближение этого часа, – Велка вздохнула. – Мне будет тебя не хватать.
-Иди ты! – Нора тем временем прощупывала окружающую пятницу на предмет нахождения нужного локального перехода. Несмотря на официальное их отсутствие, адаптированную реальность за каких-то девять лет заплели пробитыми в другие миры и местными каналами.
-Какие демоны и без охраны, – протянул, выходя из-за дерева, парень, к плееру которого вместо наушников были прикручены намертво колонки от компьютера. Внешний вид парня гармонировал с лесом, но не с его собственным поведением. Парень громко хлопнул жвачкой и выжидательно уставился на зависшую перед его глазами компанию.
-Отвянь, – Велка решила воспользоваться преимуществами своей внешности. Противник дрогнул, но устоял. Песня про охотников закончилась. Началась песня про полковника. – Не понял, да? Сейчас объясню подробнее, – несмотря на то, что ей не хотелось пользоваться второй формой, пришлось-таки показаться в образе крылатого волка. Демон продолжал стоять. Этому в основном способствовало наличие за спиной дуба. Только когда покрытые черным с серебряными узорами лаком когти оставили на его шее четыре ровных параллельных царапины, нарушитель общественного спокойствия по-девчачьи завизжал и бросился наутек, уронив плеер. Велка, превратившись обратно в себя, подобрала девайс. – Да, здесь народ более стойкий, – глубокомысленно заключила она. Нора в голос заржала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
