Под лопухами то и дело протаскивали какие-то длинные предметы. Команды сильнейших минитаков учились прыгать с шестом. Дети в школах вязали узлы на верёвках. Хозяйки заготавливали запасы сушёных витаминов. Музыканты сочиняли походные марши.
Все пришло в движение, и все были наготове. Серёжа не разлучался с Парабуцем, и оба они тоже неустанно готовились к предстоящим событиям.
— Сделано уже двадцать две штуки! — сообщал Серёже Парабуц, и Серёжа бежал смотреть на двадцать два тайных изделия минитаков.
Из мастерских минитаков непрерывно раздавались звон и удары молоточков. Работающие часто сменяли друг друга, поэтому подлопуховые дороги к мастерским были всегда запружены народом.
День стоял тихий и солнечный. Воздух был прозрачен, как это бывает в октябре. Серёже так захотелось домой, что он не расслышал очередного донесения Парабуца.
— Осталось сделать три штуки, — повторил Парабуц, глядя на Серёжу снизу вверх. — Пойдём на Большую поляну. До заката осталось три часа.
И Серёжа, посадив на плечо Парабуца, побежал боковой дорожкой, перепрыгивая через телеграфные столбы минитаков. Выбежав на поляну, он зажмурился. Солнечные зайчики прыгали на золотом море ключей, лежавших посередине поляны, и били в глаза. Маленькие человечки бегали между ними, суетились и кричали. В воздухе стоял гомон, как утром перед демонстрацией.
— Ещё два! — закричали минитаки.
И на поляну вынесли два огромных ключа.
— Последний! — крикнул кто-то.
И над толпой поплыл последний сверкающий ключ. На нём лежала огромная ромашка.
— Ура! — крикнул Парабуц в передатчик миллиметровых волн.
— Ура! — подхватил снизу редактор «Кругозорчика» и помахал Парабуцу рукой. Последний ключ был сделан им.
«А всё-таки он настоящий парень, — подумал Парабуц. — Зря мы ссорились в довоенное время».
Толпа внизу гудела и разбирала ключи.
— Вставай! — будил Сластик своего брата, тряся его за плечо. — Светлячки восстали!
Миг открыл глаза и сел на кровати.
Сластик подбежал к окну и отворил его настежь. Тёмная ночная мгла была пересыпана светящимися точками.
Они взлетали откуда-то снизу, проплывали мимо окна и поднимались к звёздам.
— Это наши вертолёты! — закричал Миг. — И как я не догадался! Это начался поход на туготронов!
В комнату вбежала Нелида и схватила за руки детей.
— Началось, — прошептала она.
Вертолёты с разноцветными огнями шли плотным строем в сторону Голубого озера.
— А где папа? — спросил Сластик.
— Он вместе с гигантом впереди, — прошептала Нелида. — Включи приёмник, — сказала она Сластику.
— Тссс! — произнёс из микрофона чей-то голос. — Передача временно прекращается.
Хамиан14 поспешно принял ключ от головы Автокопыта, прилетевшего с последней платформой. «Завтра война», — с удовольствием вспомнил он и начал выключаться на ночь.
Лунный свет играл на ракетах, торчавших из Хамиана14, и оставлял светлые пятна на зелёном полу. В Главном ангаре было пусто и тихо. Хамиан14 отстегнул от спины ракеты, заряженные взрывчатой смесью, и прислонился к стене ангара.
Главный секундомер чётко отсчитывал секунды, и страна туготронов погрузилась в тишину. Темнота смазала контуры ангаров, и только из одной двери вырывался свет. Дуракон45 продолжал выпекать пончики. Ему забыли сменить программу, и в его голове были только мирные команды.
— Тридцать два! — произнёс он, подсчитав пончики, и заглянул своим ночным инфракрасным глазом в дверную щель.
— Минитаки! — вдруг закричал он.
И в тот же момент дверь его ангара захлопнулась, и на ней вспыхнула красная лампочка.
— Заперли! — завопил туготрон и ударил гусеницей в дверь.
— Сиди и жарь пончики! — услышал Дуракон45 команду Ненамагниченного.
В микрофоне раздалось хихиканье минитаков. Дуракон решил принять команду и перестал бить гусеницей в дверь.
— Команду принимаю! — мирно сказал он. — А вот жареные пончики! А кому пончики?
Серёжа отошёл от ангара.
— Летите к ангару Хамиана и ждите меня, — шепнул он Парабуцу.
Вертолёт Парабуца взмыл и полетел к Главному ангару.
Вертолёты минитаков приземлялись один за другим. Маленькие человечки быстро выбегали из них, вытаскивая на верёвках огромные ключи, и тащили их к ангарам туготронов. По улицам туготронного города мелко стучали ноги минитаков. Двери ангаров открывались, и в них проникали тёмные фигурки. Они бесстрашно карабкались на туловища туготронов и спускали сверху верёвки.
— Ключ! Скорее ключ! — требовали они сверху.
Огромный ключ полз наверх. В тишине слышалось осторожное позвякивание.
— Нашли замок? — не выдерживал кто-то внизу.
Наверху молчали. Проходили томительные секунды. В туготроне что-то приглушённо гудело.
— Есть! — отзывались, наконец, сверху.
Послышалось щёлканье замка, и голова туготрона, наконец, открылась.
— Выбрасывай чёрные программы! — требовали снизу.
Минитаки расступались, и сверху падали военные программы.
— Готово! — объявлял стоявший наверху. — Туготрон обезврежен.
Так сотни минитаков проникали в ангары, отпирали запоминающие устройства и обезвреживали железные чудовища.
В Ангар высокого напряжения пришлось лезть через крышу. Хвостатый туготрон опутал все двери высоковольтными проводами. Наконец был разоружён и он. Пробегая мимо, Серёжа видел, как его тащили из ангара за чёрный резиновый хвост.
— Скорее! — бросил он на бегу минитакам. — Осталось ещё два ангара!
Время неслось со страшной быстротой, подхлёстываемое ударами секундомера. Усталые минитаки разоружали последних туготронов.
Темнота начала редеть, и, когда Серёжа побежал к Главному ангару, ночь окончательно растаяла в предрассветном сумраке.
— Сюда! — услышал Серёжа у самого уха отчаянный голос Парабуца в передатчике миллиметровых волн.
Серёжа вздрогнул и прислушался.
— Скорее! — кричал Парабуц. — Я…
Тут передатчик замолчал, и в тот же миг взревела сирена Главного ангара.
— Хамиан включился! — закричал Серёжа. — Скорее спасать Парабуца!
Сирена продолжала выть над туготронным городом.
Серёжа, задыхаясь, добрался до Главного ангара. Около него летели вертолёты с минитаками. Толпа маленьких человечков бежала за ним. Но было поздно. Хамиан14 стоял в воротах ангара в полном вооружении.
— Война! — произнёс он, и ракеты за его спиной приподнялись, как щетина.
— Где Парабуц? — закричал Серёжа, забыв об опасности.
— Выполняю первую операцию! Повёртываю ракеты на угол прицела! — продолжал Хамиан14.
— Все туготроны выключены! — крикнул Серёжа. — Выключайтесь!
— Знаю! — тупо ответил Хамиан14. — Продолжаю войну.
Смертоносные рыла ракет медленно приподнялись. И тут Серёжа увидел, что на земле около Хамиана14 лежит Парабуц.
— Парабуц! — крикнул Серёжа и бросился к нему.
Минитак лежал, прикрыл глаза рукой. Разбитые очки валялись рядом на траве.
— Парабуц! — в отчаянии закричал Серёжа и схватил на руки минитака.
— Продолжаю войну! — повторил Хамиан14, и все пять ракет медленно поползли из стоек.
— Назад! — закричали минитаки с вертолётов.
И туча вертолётов повернула к Голубому озеру.
— Назад! — задыхаясь, прошептал Серёжа и побежал к лесу, прижимая к себе Парабуца.
Вой сирены оборвался, наступили страшные секунды молчания. Серёжа перепрыгнул через канаву и побежал по пустырю, спотыкаясь о камни. В этот момент раздался страшный удар. Серёжа бросился в ложбину и положил Парабуца на траву.
Парабуц открыл глаза.
— Я успел разрядить ракеты, — сказал он. — Мы спасены.
— Вы? Один? Успели? — только и мог сказать Серёжа.
Маленький человечек лежал на земле, не двигаясь. На плече у него расплывалось большое красное пятно.
— Кровь, — прошептал Серёжа. Он опустился на колени и приблизил лицо к Парабуцу. — Вы ранены?
— Мне очень больно! — сказал минитак и заплакал. Две слезы, казавшиеся странно большими, застыли на лице маленького человечка.
— Не плачьте! — сказал Серёжа и осторожно приподнял голову Парабуца. — Войны никогда больше не будет!
Прошли бесчисленные секунды и многие часы после того, как взорвавшийся Хамиан14 превратил Главный ангар и склад старых программ в кучу пепла. Исчезла также и волшебная лаборатория. Но хотя туготроны перестали существовать, секундомер Острова продолжал громко отсчитывать время по туготронному исчислению. В ангарах лежали навеки застывшие автоматы, облечённые в форму двуногих чудовищ.
Из туготронов сохранился только один Дуракон45. Он больше не слонялся без толку по Острову, а сидел на одном месте и выпекал пончики… Их подавали к столу с гарниром из жареных кузнечиков. В семье Парабуца изредка готовили цветочную пыльцу, но больше для детей.
