Ральф сделал вид, что обдумывает это, а потом кивнул:
— Да, полагаю, дело именно в них.
— Фантастика! Говорил же я вам, — радостно воскликнул Лейдекер, выходя вместе с Ральфом из библиотеки.
Шел дождь.
7
Они стояли перед светофором на верхушке холма Ап-Майл, когда Ральф повернулся к Лейдекеру и спросил, каковы шансы на то, что удастся притянуть Эда в качестве соучастника Чарли Пикеринга.
— Ведь это Эд его науськал, — сказал Ральф. — Я знаю это так же точно, как то, что вон там — Страуфорд-парк.
— Наверное, вы правы, — ответил Лейдекер. — Но не обольщайтесь — шансы притянуть его как соучастника говенные. И они не стали бы намного лучше, даже если бы окружной прокурор не был консервативен, как Дэйл Кокс.
— Почему?
— Прежде всего я сомневаюсь, что нам удастся доказать тесные отношения между этими двумя деятелями. Во-вторых, парни вроде Пикеринга обычно до конца преданы людям, которых они считают своими «друзьями», потому что таковых у них очень мало — их мир в основном состоит из врагов. Я сомневаюсь, что на допросе Пикеринг станет повторять хоть малую толику из того, что плел вам, тыкая в ваши ребра своим охотничьим ножом. В-третьих, Эд Дипно не дурак. Псих, да — быть может, еще больший псих, чем Пикеринг, если как следует разобраться, — но не дурак. Он ничего не признает.
Ральф кивнул. Его представление об Эде было в точности таким же.
— Если Пикеринг все-таки скажет, что Дипно велел ему разыскать и ликвидировать вас — потому что вы один из похищающих зародыши детоубийц-Центурионов, — Эд просто улыбнется нам, кивнет и заявит, что не сомневается, что бедняга Чарли так нам сказал и что бедняга Чарли может даже сам верить в эту чушь, но от этого она не становится правдой.
Зажегся зеленый свет. Лейдекер переехал через перекресток и свернул налево, на Харрис-авеню. Стеклоочистители с хлюпаньем сновали по ветровому стеклу. Справа от Ральфа Страуфорд-парк, еле видимый сквозь дождевые струи на боковом стекле, был похож на волнистый мираж.
— И что мы сможем на это возразить? — спросил Лейдекер. — Факт тот, что у Чарли Пикеринга имеется длинный-длинный послужной список — великолепный тур по дурдомам: Джанипер-Хилл, госпиталь Акадии, Институт душевного здоровья Бангора… Возьмите любое место, где имеется бесплатная электрошоковая терапия и курточки, застегивающиеся на спине, и скорее всего окажется, что Чарли там уже побывал. Теперь его главный конек — аборты. В конце шестидесятых у него было шило в заднице по поводу Маргарет Чэйс Смит. Он рассылал письма всем и каждому — в полицейский департамент Дерри, в полицию штата, в ФБР — и утверждал, что она русская шпионка. Клялся, что у него есть доказательства.
— Господи… Боже мой, это же просто невероятно.
— Ничуть. Это просто Чарли Пикеринг, и, я ручаюсь, в каждом маленьком городке по всем Соединенным Штатам имеется дюжина своих Чарли. Черт возьми, да что там в Штатах — по всему свету.
Ладонь Ральфа потянулась к боку и коснулась там квадратной повязки. Пальцы дотронулись до выпуклости пластыря под марлей. У него никак не шли из головы увеличенные очками карие глаза Пикеринга — как они выглядели испуганными и одновременно исступленными. Его уже охватила уверенность в том, что человек, которому принадлежали эти глаза, чуть не убил его, и он боялся, что завтра все это станет похожим на один из так называемых «вторгающихся в реальность» снов, описываемых в книге Джеймса А. Холла.
— Все паскудство в том, Ральф, что придурок вроде Чарли Пикеринга всегда служит прекрасным инструментом в руках таких ребят, как Эд Дипно. И сейчас у нашего маленького дружочка-женоненавистника имеется целая куча отговорок.
Лейдекер свернул на подъездную дорожку рядом с домом Ральфа и припарковался за большим «олдсмобилом» с пятнами ржавчины на капоте и очень старой наклейкой ДУКАКИС-88[37] на бампере.
— А это еще чей бронтозавр? Профа?
— Нет, — сказал Ральф. — Это мой бронтозавр.
Лейдекер кинул на него недоверчивый взгляд, ставя свой ободранный-до-костей полицейский «чеви» на ручной тормоз.
— Если у вас есть машина, зачем же вам торчать на автобусной остановке под проливным дождем? Она на ходу?
— На ходу, — резковато ответил Ральф, не пожелав добавить, что он может и ошибаться; он не выезжал на своем «олдсе» на дорогу больше двух месяцев. — Но я не стоял под проливным дождем; там будка, а не автобусная остановка. У нее есть крыша. Даже скамейка внутри. Кабельного телевидения нет, это верно, но подождем еще годик — может, и появится.
— И все-таки… — протянул Лейдекер, с сомнением оглядывая «олдс».
— Последние пятнадцать лет своей трудовой жизни я сидел за рулем письменного стола, но до этого я был коммивояжером. Лет двадцать пять или около того я накручивал восемьсот миль в неделю. К тому времени, как я устроился работать в магазин, мне уже было все равно, сяду я еще когда-нибудь за руль или нет. А с тех пор как умерла моя жена, мне почти некуда ездить. В большинстве случаев меня вполне устраивает автобус.
Все это приблизительно соответствовало действительности; Ральф не видел необходимости прибавлять, что он все меньше полагается на свои реакции и на то, что его не подведет зрение. Год назад парнишка лет семи выбежал за футбольным мячом на Харрис-авеню, когда Ральф возвращался из кино, и, хотя он выжимал не больше двадцати миль в час, на две бесконечно долгие и кошмарные секунды Ральфу показалось, что он сейчас собьет паренька. Конечно, Ральф не сшиб пацана — на самом деле такой угрозы даже близко не было, — но с тех пор он мог пересчитать по пальцам обеих рук все разы, когда садился за руль «олдса».
Он не считал нужным посвящать Джона в это обстоятельство.
— Что ж, вам видней, — сказал Лейдекер, легонько махнув рукой «олдсу». — Может быть, завтра, около часу дня? Что скажете, Ральф? Я имею в виду все формальности. Я прихожу около двенадцати, так что смогу заглядывать вам через плечо. И принести кофе, если вам захочется.
— Вполне нормально. И спасибо, что довезли меня до дома.
— Да о чем вы… И еще одно…
Ральф уже начал распахивать дверцу машины. Теперь он снова захлопнул ее и, приподняв брови, взглянул на Лейдекера.
Лейдекер опустил взгляд на свои ладони, неловко выпрямился за рулем, прочистил горло и снова поднял глаза.
— Я просто хотел сказать, что вы классно справились, — сказал он. — Для многих парней на сорок лет моложе вас сегодняшнее приключение закончилось бы в больнице. Или в морге.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
