Мгновенная мучительная смерть души и перерождение в чудовище.
— Как у архонов и хаоса?
— Хуже, Лииндарк. Намного хуже. Как думаешь, что случается с их останками?
— Порождения пустоты…
— Очень могущественные порождения пустоты, — повторила Рена. — Мёртвокотье — это город давно переставших быть разумными пустотников. Если здесь мы встретим нечто подобное, мы обречены. Не повторяй мою ошибку. Ты ведёшь своих людей на смерть.
— Немногим нет, — покачал головой гверф. — Говорить не мне с точностью, но просил я у сферы в доме силы, что не убьёт меня. А значит здесь не быть нашей смерти.
* * *
Кто ты?
Зачем ты здесь?
Знаешь ли ты, что такое боль?
Эти послания высветились у меня перед глазами, едва я пересёк порог. Когда же внутрь вошла последняя из нас, Рена, створки врат с шумом захлопнулись. В одно мгновение, будто и не было тех долгих минут пяти, когда они медленно расходились.
Мы погрузились в полную тьму, но вскоре она расступилась. Свет прителел в десятках магических бабочек, светивших тусклым фиалковым цветом. Из ниоткуда послышалась нараставшая музыка. Едва слышный речитатив на незнакомом языке.
Поначалу это был чарующий женский голос, сменившийся хрипящим и совсем не мелодичным мужским.
Бабочки вокруг вспыхнули ярче. Мы невольно сбились спина к спине. Дверей входа больше не было. Игры с пространством, как в доме с призраками. Однако там не было и десятой доли того, что я ощущал в том данже.
Перед нами расступилось самое странное место, которое я когда-либо видел.
Мы стояли в центре бесконечной тропы, по обе стороны были насаженные на гигантское ржавое оружие тела. Насаженные в центре головы с серой кожей мертвеца походили на белые маски. Шея отсутствовала, как и тело, но его иллюзию создавали тлеющие тёмно-лиловые балахоны.
Призрачные бабочки успокоились, найдя себе место на телах покойников. Последовала вспышка, и у жутких украшений появились живые руки. Разве что посеревшие, как и мёртвые лица.
— И бесконечная их любовь обернётся бесконечной их болью. Сааг, сшитый из любви в сердце зла королевской кровью.
— Ещё одна детская страшилка, Ули? — я попытался казаться уверенным, но на деле меня охватило чувство непоправимой ошибки.
— Мы в Мёртвокотье… Лиин… — слова её растворились, слетев с губ.
Женщина затихла. Мужской же голос словно размножился и теперь ему вторил барабанный бой, забирая моё преимущество в слухе.
Враг пришёл так же быстро и внезапно, как всё здесь происходящее.
Пять фигур в миг преобразились, а огромные мечи, на которых те висели, ушли в землю. Безразличие на их лицах сменилось ненавистью, а рты окрасила кровь.
Отголосок, уровень 120
Стихия: пустота.
Они бросились на нас одновременно, беря в кольцо. Искажённые руки в один момент замахнулись и обрушились сверху. Я едва успел отскочить за счёт огромной ловкости с уклонением.
Но я был единственный, кому это удалось.
Послышались крики. Ашер, спрятавшийся за нашими спинами, активировал массовое лечение. Я же разлетелся двойниками цвета беря удар на себя. С тем, как легко я могу возвращать утраченные жизни, я вполне могу взять на себя роль танка.
Выхватив тальвары, я в облике вересковой копии бросился в бой. Несколько быстрых ударов мечами. Я пробовал на прочность защиту призрака. Клинки то и дело вязли в мареве и казались тяжёлыми.
Пройдя под размашистым ударом когтистой руки, я поднырнул и вонзил оба клинка в грудь, но тварь просто рассыпалась ворохом тряпья, вместе с тем пройдя сквозь меня и впившись в шею звериными зубами.
Вересковый отблеск.
Пространство перед глазами поплыло и мне показалось, что я падаю. Голова закружилась, и спустя миг я понял, что вижу всё вокруг, утратив при этом форму и вес.
Выходит, их нематериальность — что-то вроде временной способности.
Я метнулся сознанием в васильковую копию. В руках оказался покрытый изморозью рейлин, а перед лицом — озлобленный оскал порождения пустоты. Чудовище открыло рот, и из него полетели десятки тёмно-лиловых бабочек.
Заражение пустотой: 7%
Двойник развеялся, но проклятая стихия дотянулась до меня, повесив заражение.
Затягивать бой смертельно опасно!
На ненависть тварей я ответил безудержной яростью кровавого кармина.
Карминовый страх.
Алый росчерк разорвал пространство, и балахон рассыпался в пыль. Призрак был отброшен силой способности, но оставлять врага я не собирался. Прыгнув к нему мерцанием, я атаковал вновь.
Рейлин вернулся вовремя. Веерным ударом я снял половину от оставшегося запаса ХП, но за первым последовал второй, а вместо третьего я отправил насыщенный Цветом китаровый диск спину теснящего Балтора отголоска.
Получен новый уровень. Текущий уровень — 101
Мимо мелькнула цветная вспышка Нео. Отлично, значит, они ещё держатся.
Чтобы не терять время на возвращение, я перешёл сознанием обратно в вереск. Обращение в дымку уже закончило своё действие. Монстр передо мной раскрыл пасть, но я уже знал его навык и вовремя отпрыгнул.
Мимо пронеслась статуя светящихся фиолетовых бабочек, а едва враг закрыл рот, я мерцанием оказался рядом и выдохнул ему в лицо скопированный навык. Вересковые насекомые, хлопая крыльями, окружили чудовище.
Получен новый уровень. Текущий уровень — 102
На пол свалилось лишившееся хозяина тряпьё, а следом за этим и Балтор с Нео упокоили злого духа. Я же оказался в бирюзе и применил связывание на тварь, что теснила Ашера с Ули.
Бой был коротким, но яростным. Когда пал последний монстр, свет на миг снова пропал, а затем вокруг нас появились новые фиалковые бабочки освещения. Но теперь они уже совсем не казались простой декорацией.
Оставшиеся насаженными тела теперь обрели за спиной поросль из сухих веток, на которых вскоре разместились насекомые.
Повышен навык: синкретизм. Текущий уровень — 7
Уверен, что успеешь умереть вовремя?
— Все живы? Готовьтесь.
Сестра отчаянья, уровень 140.
На смутном тёмном силуэте загорались хищные глаза. Они горели столь же ярким потусторонним огнём, как и развивавшиеся на несуществующем ветру волосы.
Новый вид духов не стал атаковать в лоб. Не смотря на отсутствие ртов, твари закричали, так что я едва не потерял сознание, а из ушей потекло что-то влажное. Шум сменился звоном, а в душе поселился ужас.
Заражение пустотой: 9%
Успей умереть вовремя? Проклятия бездушному богу!
Призрачные девы поплыли в нашу сторону, поднимая длинные рукава балахона. Ускорившись, они влетели в наш строй, но столкнулись со спешно выставленной защитой Рены.
Без слуха я чувствовал себя что ослепший человек. Следующие секунд двадцать я был идеальной мишенью. И твари не скупились на урон. Удар за ударом они снимали запас здоровья, но
