С меня хватит Сильвер и ее стервозности. Надоело, что все контролируют мою жизнь или унижают меня, в то время как я выбираю быть лучшим человеком.
С. Меня. Достаточно.
Эйден делает шаг вперед, но я действую первой.
Моя рука взлетает вверх, и я хватаю волосы Сильвер. Она вскрикивает, когда я откидываю ее голову назад, смотря на нее сверху вниз.
Выражение моего лица, должно быть, страшнее, чем рывок, потому что губы Сильвер сжимаются, а ее лицо искажается.
— Если ты бросишь еще один ехидный комментарий в мою сторону, я, блядь, убью тебя. Я разрежу тебя на куски и закопаю в саду. — я улыбаюсь. — И держись подальше от Эйдена.
Существует необходимость причинить ей боль. Заколоть ее. Наблюдать, как она истекает кровью..
Кровь Стил течет в твоих венах, принцесса.
Ты мой шедевр.
Мое наследие.
Будто эти слова обжигают, я отпускаю Сильвер толчком.
Она, спотыкаясь, двигается вперед, массируя голову.
— Сумасшедшая сука.
— Проваливай, Куинс.
Голос Эйдена напряжен, но я плохо его слышу. Эти навязчивые слова продолжают звучать у меня в голове.
Кровь Стил. Принцесса. Шедевр. Наследие.
Я слишком погружена в свои собственные мысли, что не замечаю, как в мою сторону бросается Сильвер.
Эйден встает, между нами, лицом к ней.
— Уходи.
— Это еще не конец. — она тычет пальцем в мою сторону, затем поворачивается к Эйдену. — С тобой тоже, Кинг. Это еще далеко не конец.
Сильвер исчезает за углом или дальше по улице, я не обращаю на нее внимания.
— Что только что произошло?
Эйден встаёт передо мной и приподнимает мой подбородок большим и указательным пальцами, так что я смотрю в его серые глаза, прикрытые веками.
Я боюсь, что он увидит дезориентацию или того демона, который завладел моим телом ранее. Я действительно хотела причинить кому-то боль, и если бы у меня не было этого воспоминания, я могла бы разбить голову Сильвер об асфальт.
Это страшно.
Я не такая.
Вместо того, чтобы думать о своем уничтожении, я направляю свой гнев на Эйдена.
— Что она здесь делала? Ты заехал за мной со своей бывшей?
— Я не приехал с ней, и она не моя бывшая.
— Да, верно. Мог бы одурачить меня.
— Я никогда не встречался с Сильвер.
— Так ты просто трахнул ее? — он стискивает зубы, но ничего не говорит. — О Боже, ты переспал с ней.
Кажется, меня сейчас вырвет.
— Это сложно.
— Нет ничего сложного в члене в вагине, Эйден. Либо ты вставляешь его туда, либо нет.
Проходящая мимо пожилая дама бросает на меня встревоженный взгляд. При других обстоятельствах я бы смутилась, но сейчас я слишком взбешена, чтобы беспокоиться о том, что устраиваю сцену.
Эйден заталкивает меня в свою машину и запихивает на пассажирское сиденье, прежде чем сесть за руль.
Дверь захлопывается за ним с такой силой, что я бы поморщилась, если бы не сдерживаемая энергия, кружащаяся вокруг моей головы.
— Я сказал тебе, что, если у тебя есть что-то с Сильвер, мы закончили.
Я борюсь со злыми слезами, пытающимися прорваться наружу.
— Даже если бы у нас что-то было, это было в прошлом.
Дьявол Эйдена выглядывает из-за его металлических глаз. Тот факт, что он говорит спокойно, вызывает у меня желание разбить ему голову.
— Значит, у вас все-таки что-то было.
— Да, мы переспали. Я трахнул ее, и мне это так понравилось, что я бросил ее. — он закатывает глаза. — Что с тобой сегодня не так?
— Почему она разговаривала с тобой? Чего она хотела?
— Выводила меня из себя. И, судя по твоему поведению, ей это удалось.
Я резко вдыхаю. Быть может, я перегибаю палку. Дерьмо. Теперь, когда дымка медленно рассеивается, все кажется абсурдным. Помимо того факта, что я ненавижу Сильвер. Если я снова увижу ее когти рядом с Эйденом, не знаю, что сделаю.
Похоже, он не единственный пещерный человек в округе.
Лицо Эйдена нечитаемое, и его левый глаз дергается. Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но ничего не говорю и снова закрываю его.
Он даже не удостаивает меня взглядом, заводит двигатель и трогается. На этот раз вибрации не вызывают у меня обычного трепета. Я прижимаю рюкзак к груди и смотрю на серьезные черты лица Эйдена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вся поездка проходит в гробовой тишине. Он не держит мою руку и не кладет ее себе на бедро, как обычно, и не смотрит на меня.
Должно быть, он действительно разозлился.
Я провожу всю дорогу, в попытке найти правильные слова. На самом деле я не могу извиниться, так как не сделала ничего плохого. Но одно я знаю наверняка: я ненавижу напряжение, между нами. Это напоминает мне о тех ужасных днях, когда мы были на невидимом поле битвы.
Феррари подкатывает к особняку — нет, к дворцу.
Я забыла, что мы смотрим игру у него дома.
Я осторожно протягиваю руку к его руке, которая все еще сжимает руль.
— Эйден, я..
Громкий стук падает на крышу машины, и Ронан просовывает голову внутрь из открытых окон Эйдена.
— Давайте, сучки, игра скоро начнется.
Он продолжает бить мячом по крыше машины. Он действительно появился в самое неподходящее время.
Эйден распахивает дверь и выходит, не оглядываясь.
Глава 40
Особняк Кингов находится на большом участке земли, его конец невозможно разглядеть.
Трехэтажный дом простирается горизонтально, как дворец. С каждой стороны стоят две башни, и все сооружение кажется старинным. Я бы не удивилась, если бы раньше этим поместьем владел дворянин. Хотя, должно быть, здесь произошёл ремонт, потому что на всех этажах установлены огромные окна. Иногда стекло занимает больше места, чем стены. Веет оранжереей.
Недалеко от входа расположен фонтан. Керамическая статуэтка печального ангела наливает воду из кувшина. Женщина, одетая как Дева Мария, держит его, и по ее щеке катится слеза.
Какой странный образ у входа в дом.
Эйден не дожидается меня и исчезает внутри. Ронан, однако, отстает. По крайней мере, у кого-то хватает порядочности не оставлять меня одну во время моего первого визита сюда.
Я достаю свой телефон и пишу Ким.
Эльза: Ты уже здесь?
Ким: В пути. Просто заканчиваю испытывать оргазм.
Мои губы приоткрываются, и я бросаю взгляд на Ронана, надеясь, что он не заметил.
Меня встречает дерьмовая ухмылка.
— Скажи ей, чтобы она потратила столько времени, сколько ей требуется. — он шевелит бровями. — Я свободен, если ей понадобится помощь.
— Фу.
— Что? — он шутит. — Если она пишет сообщения, завершая свой оргазм, то она плохо справляется с работой. Я могу стать наставником.
— Оставь свои учения для орды своих поклонниц, Ронан.
— Просто пытаюсь быть хорошим спортсменом. — он ухмыляется, и я понимаю, почему девушки в КЭШ тают для него быстрее, чем сыр на пицце.
Его взъерошенная красивая внешность является основной причиной, но именно его обаятельный характер и общительная личность делают его особенно желанным.
Ронан и Ксандер более доступны, чем Эйден и Коул.
И к тому же более игривые.
Мой телефон снова вибрирует.
Ким: Черт! ОРГАНИЗОВЫВАТЬ, а не ИСПЫТЫВАТЬ ОРГАЗМ. Глупый т9.
Я смеюсь и тычу Ронану в лицо.
— Теперь доволен?
— Нет. — он искренне выглядит разочарованным, и я смеюсь еще громче. Он открывает передо мной дверь. — Однако мое предложение все еще в силе.
— Ты животное.
Мы продолжаем препираться по пути. Дворецкий, который выглядит таким же старым, как Брюс Уэйн, кланяется в знак приветствия, увидев нас. На нем костюм дворецкого в комплекте с белыми перчатками и белой салфеткой, свисающей с его руки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я кланяюсь в ответ, в то время как Ронан кивает в знак признательности. Он, кажется, ничуть не смущен, но, с другой стороны, у него в доме тоже есть дворецкие.
