что сшила его сама и я обязана его надеть.
— Ори, почему ты так ко мне относишься? Наряжаешь словно куклу? — я не хотела ее обидеть или задеть, просто она относилась ко мне по-особенному еще с первой нашей встрече и мне кажется не только потому, что я Филия и спасительница ее лекарственных трав, как она однажды мне ответила.
Сидя в моей комнате и оставшись на едине, я попыталась узнать еще раз.
— Знаешь, Мира, я ведь лишь выгляжу молодо, на самом деле намного старше. — она отвернулась к окну и села в кресло.
— Ты очень похожа на мою дочь, если бы она не погибла, то ей было бы столько же сколько и тебе сейчас. И смотря на тебя, я вижу в твоих глазах ее. Не знаю почему, не спрашивай. Просто вижу и все. Не могу устоять не сравнивать вас. Извини если это как-то тебе мешает, но заботясь о тебе, мне кажется, что я так наверстываю упущенное с ней. — она грустно мне улыбнулась и подошла поправить подол платья.
— Нет, мне ни капельки это не мешает. Я просто хотела знать почему и, если тебе так становиться легче, делай и наряжай как хочешь, — улыбнулась в ответ я. — тем более платье потрясающее, мне нравиться твой вкус.
Она обняла меня и прошептала:
— Спасибо, мне это нужно.
И быстро смахнув слезу уже бодрым голосом заговорила:
— Ну так что? Тебя там самый красивый принц ждет, а ты тут со мной сопли разводишь. Давай уже, беги. Он так искал тебя. Ты ему нужна.
Ее слова попали в самое сердце, я чуть ногу не подвернула, когда выходила. Все что касается Кила, для меня было больной темой теперь.
Увидев бальный зал, я кружилась и осматривалась пока меня не поймали в объятия такие родные руки со своей крепкой хваткой.
— Мне кажется я поймал одуванчик, — прошептал мне шутливо на ушко синеглазка.
Я рассмеялась и вывернулась из его рук повернувшись к нему лицом. Хотела видеть эти синие глаза.
— Вы, что-то имеете против одуванчиков, Ваше Высочество? — в такой же шутливой манере ответила ему.
— О, ну что Вы, главное, чтобы этот одуванчик летел всегда только ко мне.
Я перестала смеяться и резко обняла Кила. Схватившись за него как за спасательный трос. Все эти дни, я перестала его держать на расстоянии или пытаться сделать что-то чтобы нас сдержало. Я обнимала и целовала его когда хотела, спала с ним в обнимку все наше оставшееся путешествие. Кил в ответ дарил мне столько же нежности и тепла. Мы даже ни разу не поругались за это время. И когда прибыли во дворец, я в первую же ночь проникла к нему в спальню и улеглась под боком. Просто не смогла уже спать без его тепла и рук. А он, мелкий пакостник, самодовольно улыбнулся и сказал, что знал, что я иду. Ощущал мои скитания по кровати и думал, сколько я так выдержу. Я тогда слегка шлепнула его по руке, но злиться на него не могла, я скучала и стерла его надменную улыбку поцелуем. Поцелуе у нас всегда были пылкими и страстные. Как первый раз и никогда не могла насытиться. Но дальше этого я не позволяла зайти. Не смогла. А Кил, как обычно чувствовал меня и не просил. Он ждал. И я знала чего. Он слишком четко чуял меня и, мне кажется, он уже знал ответ, но, как и я боялся произнести это вслух.
В этот вечер я позволила себе расслабиться и наслаждаться. Мы все вместе ели, пили, танцевали, общались гуляли по саду и мне было все равно на придворную Элиту. Мне кажется, наш отряд веселился по-своему, а Элита по- своему, но все в одном зале. Очень забавно было за этим наблюдать.
— Я так натанцевалась, что мне срочно нужен воздух, — сказала запыхавшись от импровизированного Канкана и оставила девочек выйдя на балкон.
Ммм…какой воздух, свежесть. Это просто прелесть. Я стояла и дышала полной грудью, хотелось наполнить себя всю. Все же этот мир удивительный. Я столько узнала нового, увидела новые виды цветов и животных. У нас, например нет бабочек с шестью крыльями. Или цветы что растут прямо на животных. Как мне объяснил Гейл, что это взаимовыгодный симбиоз и никто ни у кого не высасывает соки. Как я подумала вначале. Мои размышления прервал голос с такой знакомой хрипотцой.
— Когда Мира? — услышала я голос Киллиана за спиной. Вот и пришел момент сказать это вслух.
— Сегодня в полночь. — произнесла я это дрожащими губами. Как же это сложно.
— И все же ты выбрала не меня, — тихий вздох и нежные объятия со спины. Пожалуйста, не надо, так еще тяжелее.
— На самом деле нечего было решать. Я никогда не выбирала, изначально знала, что так поступлю, — и это было чистой правдой.
Когда Бог Велес сказал принять решение. В тот момент я поняла, что выбор то я сделала давно, и никогда его не меняла. Я попросила дать мне пять дней, чтобы закончить с разрывами и убедиться, что со всеми все хорошо. Кого я обманываю, я их попросила для одной цели! Побыть с Киллианом, создать воспоминания, которые я заберу собой. Смотря в его синие как бездна глаза, понимаю, что мне всегда будет мало. И как мне мог достаться такой мужчина? Я теперь даже не знаю, что больше похожа на сон, моя жизнь там, или этот мужчина, любящий меня здесь. Но я сделала свой выбор. И я думаю меня может понять любая мать, почему я поступаю именно так.
— Ты будешь с ним? — мужчина облокотился руками на перила и не смотрел на меня. Ему тоже тяжело. Сейчас наше душевное состояние идентично.
— Я не знаю…Я скучаю по нему, но…
— Я знаю, что ты любишь меня, — он как будто сглотнул ком в горле и продолжил, — чувствую твое сердце каждый день. Ты не хрустальная и не слабая. Уж я-то знаю. Сейчас я скорее слабак. Знаешь, когда искал тебя, то пообещал себе, что приму любое твое решение, лишь бы ты была жива. Но это оказалось сложнее чем я думал.
Кил начал заправлять волосы назад и развязал галстук. Его белые волосы переливались серебром от света луны. Он был таким красивым, казался для меня нереальным. Таких не бывает. Почему судьба ко мне так жестока? Помахала аппетитным пирожным, дала понюхать, потрогать. Слюнки пошли и бабочки в животе от аппетита запорхали, а скушать не дает? Ух проказница, судьба.
