брови были сведены в одну сплошную линию концентрации и раздражения.
В руках она держала книгу.
Это был не древний гримуар в переплете из драконьей кожи и не научный трактат. Это была старая, потрепанная брошюра в мягкой обложке с жизнерадостным названием «Аппарация: пособие для новичка». На обложке был изображен волшебник, исчезающий с идиотской улыбкой на лице.
— Издевательство, — прошипела Рин, перелистывая страницу.
Текст внутри был написан языком, который заставил бы любого преподавателя теоретической магии в её мире сжечь этот кусок макулатуры. Никаких формул. Никаких расчетов векторов. Никаких схем циркуляции праны. Вместо этого — абстрактные концепции и мнемонические правила, рассчитанные, казалось, на умственно отсталых детей.
«Три Н», — прочитала она в сотый раз. — «Нацеленность, Настойчивость, Неспешность. Сосредоточьтесь на цели. Пожелайте оказаться там. Сделайте это обдуманно».
Это было всё равно что читать инструкцию по пилотированию самолета, которая гласила бы: «Сядьте в кабину, захотите полететь и летите».
«Это не инструкция», — Рин с отвращением захлопнула книжку. — «Это сборник аффирмаций для домохозяек. Где механика процесса? Где описание взаимодействия с пространственными координатами?»
Она бросила книгу на траву рядом со своей сумкой.
Задача стояла простая. Научиться аппарировать.
Рин понимала важность этого навыка. В мире, где враг может исчезнуть и появиться у тебя за спиной в любую секунду, отсутствие мобильности было фатальным недостатком. Каминная сеть была привязана к стационарным точкам. Метлы были нелепым атавизмом. Порталы требовали предварительной настройки. Только аппарация давала истинную тактическую свободу.
Но понимание необходимости не приближало её к результату.
Она выбрала цель. Одинокий валун, поросший мхом, в десяти метрах от неё. Дистанция смехотворная. Ребенок мог бы добежать до него за три секунды.
— Нацеленность, — проговорила она вслух, пытаясь заставить себя следовать инструкции, какой бы глупой та ни казалась.
Она сфокусировала взгляд на валуне. Запечатлела его образ в сознании. Координаты X, Y, Z. Вектор перемещения.
— Настойчивость.
Рин активировала магические цепи. Обычный для неё процесс, быстрый и не слишком болезненный благодаря тренировкам. Прана наполнила тело, готовая к действию. Она направила волю в одну точку: «Я хочу быть там. Я должна быть там. Пространство между мной и целью не имеет значения».
— Неспешность.
Это было самое сложное. «Неспешность» в данном контексте означала не медлительность, а контроль. Отсутствие паники. Плавный вход в состояние перехода.
В теории местных магов аппарация описывалась как поворот на месте, позволяющий «проскользнуть» сквозь ткань реальности.
Рин глубоко вдохнула. Она попыталась представить, как сжимает пространство вокруг себя, сворачивая его в трубочку, соединяющую точку А и точку Б. Это было близко к концепции Второй Магии, к области Зелретча, но на примитивном, интуитивном уровне.
Она сделала резкий поворот на каблуках, как было описано в книге, одновременно выпуская импульс праны, который должен был стать катализатором перехода.
Мир вокруг смазался.
Рин почувствовала тошноту — верный признак пространственного искажения. Давление на барабанные перепонки усилилось. Ей показалось, что её тело сжимают со всех сторон гигантские невидимые тиски.
«Получается?» — мелькнула надежда.
Она ожидала хлопка. Ожидала мгновенной темноты и ощущения твердой поверхности под ногами в десяти метрах отсюда.
Вместо этого мир просто крутанулся вокруг своей оси и вернулся на место.
Рин пошатнулась, восстанавливая равновесие. Голова кружилась, появилась тошнота, но когда она открыла глаза, то увидела всё тот же пейзаж.
Она стояла ровно там же, где и секунду назад. Валун всё так же издевательски зеленел мхом в десяти метрах впереди.
— Черт! — выдохнула она, сжимая кулаки.
Ничего не произошло. Она просто покрутилась на месте, как идиотка, потратив немного Од на создание локального возмущения воздуха. Никакого прокола пространства. Никакого смещения.
«Еще раз», — скомандовала она себе.
Нацеленность. Валун. Я хочу к валуну.
Настойчивость. Я окажусь у валуна.
Неспешность. Поворот.
Всплеск энергии. Головокружение. Тошнота.
Результат нулевой.
Рин стиснула зубы.
В третий раз. В четвертый. В пятый.
С каждой попыткой раздражение нарастало, вытесняя холодный расчет. Она — Тосака Рин. Она гений. Она освоила основы местной магии за месяц. Она стреляет Гандром с точностью снайперской винтовки. Почему она не может выполнить простейший трюк, который доступен любому местному недоучке с лицензией?
— Что за чертовщина! — взорвалась она после десятой попытки, когда её в очередной раз качнуло от вестибулярного шока. — Почему это не работает?!
Барьер, запрещающий аппарацию внутри замка, здесь, в округе запретного леса, не действовал. Этот вариант отпадал. Директор сказал, что в запретном лесу барьер отключен, на случай возникновения экстренных ситуаций и из-за «возмущения некоторых разумных обитателей». Но попасть туда извне все равно было нельзя, как и «вылететь» дальше границ леса.
Она чувствовала ману. Она чувствовала, как пространство хочет поддаться. Здесь, в Хогвартсе, реальность была тонкой, податливой.
Но каждый раз, когда она пыталась сделать шаг сквозь пустоту, что-то её отбрасывало назад. Словно она билась головой о невидимую стену.
«Неправильная формула», — размышляла она, расхаживая по траве. — «Неверный алгоритм. "Подумай о месте и повернись" — это не магия, это шаманизм! Должна быть структура. Должен быть ключ!»
Она посмотрела на валун с ненавистью, словно камень был лично виноват в её неудаче.
Её магическая гордость была уязвлена. Она привыкла добиваться своего через понимание и контроль. Здесь же от неё требовали слепой веры и интуиции. «Просто почувствуй это».
— Ненавижу «чувствовать», — прорычала она. — Я хочу знать!
Рин с размаху пнула пучок высокой травы, вкладывая в удар всё свое разочарование.
Это было непрофессионально. Это была истерика. Но ей нужно было выпустить пар.
Она стояла, тяжело дыша, и смотрела на проклятую книгу, лежащую на траве. «Пособие для новичка». Название насмехалось над ней.
«Бездарность», — отчитала она саму себя. — «Может быть, я просто несовместима с этим типом магии? Может, мои цепи слишком жесткие для пространственных искажений?»
Она уже была готова наклониться, схватить книгу и швырнуть её в Запретный лес, чтобы её там сожрали акромантулы, тем самым признав свое поражение на сегодня.
— Когда-то и я держал в руках этот старый текст, — раздался спокойный, глубокий голос прямо у неё за спиной.
Рин замерла.
Холодная волна ужаса, не имеющая ничего общего с магией, окатила её с головы до ног.
Её сердце пропустило удар, а затем забилось с бешеной скоростью.
Она была одна. Она проверяла местность. Перед началом тренировки она установила сигнальный барьер по периметру поляны. Простейшая нить праны, реагирующая на пересечение живым существом. Никто не мог подойти к ней незамеченным. Ни зверь, ни человек, ни призрак.
Барьер молчал.
Но голос был. И он был близко. В трех-четырех шагах. В зоне гарантированного поражения.
Если бы это был враг… Рин была
