Слово это у неё получилось очень ёмким, прям сразу от него веяло тем, что без меня она с товарками в землях людей быстро ляжет в землю. Я положил ей руку на плечо и прижал к своему боку, говоря:
-Не переживай, никуда я от вас не денусь. Не дождётесь.
-Хорошо бы — ответила она слегка улыбнувшись и приобняв меня, насколько хватило длинны руки. А на моё плечо сел воробей, вызвав закономерно расплывчатый вопрос — А это?
-А это познакомься, тут у нас Джек-воробей. Джек, это Грэха-старшая, слушай её, как меня.
Глава 24
Дорога всё так же ложилась под копыта коней, колёса телег и мои сапоги. Валила, а с ней и Рирт были всё ближе. Я же в свою очередь шагал и размышлял о том, что сделал с тёмным духом и правильно ли вообще поступил.
Говоря в целом, быть шаманом, значит работать с потусторонними сущностями. С одними заключать постоянные договора, как с Гектором, Петром, Феонором, Джеком или тремя по прежнему безымянными воздушными духами, которые формально не в моей свите, но фактически не отлетают ни далеко ни надолго и пожалуй даже охотнее отзываются с тех пор, как в нашей дружной компании появилась одна наглая птица. С другими заключая разовые сделки. Так можно что-то сделать для духов, которые стоят выше меня в иерархии нави, чтобы получить знания, которые в моём деле сила едва ли не более, чем в любом другом, но не попасть в постоянную зависимость от существа, чья логика и образ мыслив корне отличны от моих. С третьими остаётся только драться, потому что они воспринимают тебя как что-то вроде еды. Вероятно моё происхождение из яви даже делает меня особенно интересным и пикантным блюдом в их глазах.
Но недавно я не развоплотил злого духа, как делал это обычно, а заключил с ним договор. От меня он требовал не делать ничего, особенно не наносить по твари добивающий удар, от него же требовалось причинять зло только трём определённым существам и ни в коем случае не трогать никаких других. Да, Рысь и Лес могли бы не согласиться с моими трактовками, для них всё есть часть гармонии нави и гармония нави есть часть всего, в том числе и таких вот духов. Но я не они и моя мораль однозначно определят духов боли, болезней и прочей дряни, как злых. Некоторые шаманы конечно ушли так высоко и далеко, что их система ценностей уже соответствует нави, а не яви, но надеюсь, что мне вовсе не придётся стать одним из них, утратив человечность. Правда из-за неё родимой договор и находился на границе серой морали, что портит мне настроение не первый день.
Вообще злых духов надо давить, но если очень нужно, то можно и исключение сделать. Звучит лицемерненько… Что ж, может я и лицемер. Леман из Руссов имел смелость произнести это, не стоит быть хуже того, часть чьего имени взял себе. Но так же, как и он с его сыновьями, я стараюсь помнить о пределах, за которые нельзя заходить, если не хочешь кончить, как Магнус Рыжий. А потому дух, выбранный мной слишком слаб, чтобы убивать и должен скопытиться сам, выполняя мой приказ, а не стать частью моей свиты. Сущности нави воздействуют на того, с кем связаны, а я не горю желанием стать маньяком, кайфующим от чужой боли. Осторожным охотником, свирепым хищником, надёжным, как камень, яростным, как огонь, свободным, как ветер… Можно быть разным. Но не жестоким, как агония или безжалостным, как сама смерть. Такое уж точно не по мне.
Однако это не значит, что я откажусь вовсе от одной из самых значимых ветвей своего пути, которая заключается в использовании обитателей нави против обитателей яви. То есть во зло им. Это часть искусства шамана и отринуть её, всё равно, что отринуть свою руку или ногу. В конце концов Феанор моими усилиями обжог в своё время морду Михалыча, когда медведь был жив, а Гронд и вовсе в сути своей злой дух. С чего бы вообще духовной сущности оружия, срисованного в моём воображении с булавы аж целого Тёмного властелина, а так же созданного убивать, сокрушать и уничтожать, быть доброй? Мой шестопёр — это самое что ни на есть настоящее зло, выполненное в металле. Я контролирую позывы своего создания без труда, но вот кому-то другому будет куда как тяжелее сдерживать суть этого орудия убийства в самом прямом смысле этих слов. Так что надо либо передавать его кому-то, кто справиться, либо требовать похоронить вместе со мной, закопав поглубже. И радоваться, что Гронд хреновина здоровая и человеку с ней не управиться. Люди и без булав со скверным нравом более чем жестоки по своей природе.
Мне же следует следить за собой и быть осторожным, как Цой завещал. И возможно даже завести кого-то, с кем можно советоваться на тему своих планов… Правда тут всё упиралось в менталитет местных жителей. Что для меня за границей даже серой морали, для них порой явление обыденное и будничное. Убивать людей, которые ничего плохого тебе не сделали к примеру плохо, но чем больше народу рыцарь покрошил, тем лучше. Хорошо хоть я на границе с орками трусь и тут междоусобиц не так чтобы много. Хотя хрен редьки не слаще, орки в лице моих наложниц оказались разумными существами без фундаментальных отличий от людей, если внешность не считать. Нет, конечно обычаи и жизненный уклад у степняков другой, но они прекрасно живут и не пьют кровь девственниц, как те же вампиры, чтоб им там в процессе икалось.
Грэха кстати как раз закончила выговаривать Ялни о недосоленном обеде и судя по стуку копыт двинулась в мою сторону. Возможно она несколько перегибает палку, когда делает остальным наложницам внушения, тем более, что всё сегодня умяли с аппетитом, не так уж там мало соли было… Но тем не менее я предпочитал не лезть в механизм, который работает. Старшая физическую силу во время управления коллективом не применяет, на личности во время выговоров не переходит, других наложниц под настроение не чмырит, так что не нужно и ломать сложившийся уклад. Лучше девушки будут в ежовых рукавицах на нежных ручках старшей наложницы, чем я офигею от одиннадцати баб, распоясавшихся из-за того, что тупой великан их разбаловал со своими идиотскими либеральными
