лет, это я помню прекрасно, но дал ли он добро на разработку недр американской «Глобалтраст» или это будет в следующем году? И вообще, через неделю вновь в институт, грызть гранит науки, а я не открывал конспекты со сдачи сессии. Даже не ездил узнавать, в каких аудиториях нашему курсу будут читать лекции.
Еле слышимый шорох оторвал меня от размышлений. Показалось или нет? Прислушался. Нет, не показалось. Кто-то еле слышно двигался рядом с гаражом. Робко, осторожно, неуверенно, легко, чуть слышно постукивая по бетонной заливке металлическими набойками каблучков. Еле ощущаемый из-за вони бензина запах недорогих духов. Аля? Весьма возможно. Девушка наконец-то собралась с духом, решилась и перешла к активным действиям. Сейчас она застенчиво поскребется в ворота гаража и предложит сходить куда-нибудь — в кино, парк, кафешку, погулять на Воробьевых горах. М-да, как же её послать, чтобы не обидеть? Ну, ни к чему мне это, ни к чему! Можно, конечно, поматросить и бросить, всё равно всё скоро закончится, пусть будет у девочки несколько месяцев краткого счастья. Но она виновата лишь в том, что полюбила и это будет бессмысленной жестокостью с моей стороны. Или не будет? Не успеет понять, осознать. А, плевать на все мои домыслы, сейчас во всем разберемся! Сидим в гараже, ждем и, исходя из её дальнейших поступков, действуем.
— Дима? Дима, ты здесь?
Сердце стукнуло раз, два, замерло, споткнувшись. Мысли испуганными стрижами разлетелись в разные стороны, в голове звенящая пустота, лязгает по полу выпавший из руки ключ, и лишь одну короткую фразу я повторяю бесконечное количество раз онемевшими губами: «Сука, какая же ты сука, товарищ полковник, Алексей Петрович!».
Я встал и на негнущихся ногах вышел из гаража, неловко задев край железной воротины плечом. Лучи осеннего солнца ударили в глаза, ослепляя на краткий миг после сумрака гаража.
«А солнышко изменила прическу» — мелькнула шалая мысль и я, как тогда, почти вечность назад, утонул в её карих глазах, впитывая неземной запах моей любимой, а мои пересохшие от волнения губы произнесли:
— Здравствуй, Надя. Я очень по тебе скучал.
— Реакция объекта Кай на появление Герды адекватная. Первую и последующие ночи объекты Кай и Герда провели вместе.
— Хорошо. Что с маршрутами движения объекта?
— За последние двенадцать дней объект Кай посетил районы населенных пунктов Комарово, Нижние и Верхние Валы, Кузнецово, Алипьево. Наиболее часто посещаемые места находятся возле станции Кручево — поселок Светлый и поселок Мирный. Объект четыре раза оставался на ночь у реки Быгель. Числа — двенадцатое…
— Без излишних подробностей, лейтенант.
— Есть! Сигнал маячков на удалении от объекта устойчивый, постоянный. Визуальное наблюдение существенно затруднено при передвижении объекта и в темное время суток. Днем, контактов, кроме кратких с местным населением, объект ни с кем не имел. Места ночевок тщательно проверены, приметных знаков нигде не оставлено. «Закладки» также не обнаружены. Объект не проверяется, при движении отсутствует резкая смена маршрута, внезапные остановки. Почтовыми ящиками и таксофонами Кай не пользовался. Дважды посещал магазины на станции Кручево и в поселке Светлый для приобретения продуктов, а также частный дом пенсионерки Головниной Антонины Макаровны — приобретал парное молоко. Рыбачил, фотографировал.
— Так, а об этом моменте более подробно. Что фотографировал, каким фотоаппаратом? Негативы проверили?
— Так точно, товарищ….
Рапорт неожиданно прервала открывшаяся без стука дверь в кабинет полковника.
— Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант!
— День добрый, Алексей Петрович. Здравствуйте, лейтенант. Без чинов, пожалуйста, и представьте, что меня здесь нет. Продолжайте.
— Есть, товарищ генерал-лейтенант!
— Ну, я же просил — пожилой крупный мужчина со светлыми волосами недовольно поморщился, устраиваясь в кресле у окна. Достал сигареты, пристукнул зажигалкой по подлокотнику:
— Не возражаешь, Алексей Петрович?
— Курите, Сергей Леонидович.
Сизый табачный дым потянулся в форточку одновременно с продолжением доклада лейтенанта.
— Фотографирование производилось фотоаппаратом марки «Зенит-18». Фотоаппаратура стандартная, единственное отличие от основной модели — цена. Кай приобрел так называемый «олимпийский» вариант. Никаких объектов стратегического, военного и гражданского назначения Кай не фотографировал. Только ландшафты и пейзажи. Количество негативов совпадает с количеством приобретенной пленки. Две пленки засвечены, скорее всего, из-за неопытности объекта — ранее он фотоаппаратом не пользовался и в личном владении не имел. Также объектом приобретены химикаты для проявки пленок и фотографий, необходимая аппаратура и оборудование для печатания фотографий. В частности, кюветы, боскеты, фотоувеличитель. В целом, поведение объекта Кай стандартное, из шаблонов не выбивается. На наших сотрудников, изображающих грибников и туристов, реагировал спокойно, попыток что-то прикрыть или спрятать, не отмечено. Прослушка квартиры и телефона объекта никаких новых данных не дала — обычные бытовые разговоры. Объектом осуществлена перестановка мебели во второй комнате, вследствие чего наблюдение за определенным участком квартиры несколько затруднено. Точнее, за постелью. Также при работе с фотооборудованием объект задергивает шторы и выключает свет на период от часа до двух. В указанный промежуток времени визуальный контроль объекта невозможен. У меня всё, товарищ полковник.
— Спасибо, лейтенант. Можете быть свободны.
— Есть, товарищ полковник! Разрешите идти?
— Идите.
Лейтенант четко повернулся на каблуках и вышел из кабинета, плотно притворив за собой дверь.
— У тебя далеко фотография этого Кая, Леша?
— Рядом, Сергей Леонидович. Возьмите.
Генерал принял из рук полковника сероватую папку, тщательно протерев мягкой тряпочкой стекла очков, водрузил их на нос. Зашелестели переворачиваемые страницы. Генерал всматривался в строки личного дела объекта Кай, подносил к глазам прикрепленные скрепками фотографии, задумчиво хмыкал, несколько раз потер указательным пальцем правый висок. Дойдя до последней страницы, захлопнул папку, долго смотрел на сидящего за своим столом полковника, вновь закурил.
— Ну и к чему вся эта суета, Леша?
— Не понял вашего вопроса, Сергей Леонидович.
— Всё ты понял, Леша, всё ты понял. Это вот я никак понять не могу, что ты ищешь, чего добиваешься? Что за хоровод ты вокруг этого пацана крутишь? Маячки, прослушка, «наружка», целых две оперативные группы задействовал, наблюдателей в доме напротив посадил. И не скрываешь их, даешь ему понять, что он под наблюдением. Для чего это? Чем он тебя так заинтересовал? — генерал жестом остановил пытавшегося ответить полковника — Потом скажешь, сейчас меня слушай.
Генерал вытряхнул из пачки третью сигарету, задумчиво пересчитал оставшиеся и, раздраженно, засунул обратно. Пояснил:
— Ольга пересчитывает. Врачи ей сказали, что курю слишком много. Теперь не более двух штук за час выкуриваю. Ладно, давай я тебе свое виденье сложившейся ситуации обрисую. Ты у меня на хорошем счету. Грамотный, умный, инициативный работник. Профессионал. Коммунист с многолетним стажем, имеешь боевые награды. Все твои операции проводились блестяще, результаты великолепные. Всегда четкое обоснование использования средств и людских ресурсов
