– А вы, детектив? Каково ваше мнение об этой истории? – обратился к Горстайну Ричард.
– Что придумать такое безумие просто невозможно. И нужно очень доверять человеку, чтобы рассказать ему нечто подобное.
Доверять… Весьма многообещающее слово при подобных обстоятельствах.
Официант принес чайник, и Ричард благодарно кивнул.
– И что вызвало такой прилив доверия?
– Я просчитала все возможные варианты и решила, что Горстайн нас выручит и для этого нужно потолковать с ним. – Саманта пожала плечами. – Если хочешь поссориться из-за этого, то лучше потом. А пока нам нужно кое о чем позаботиться. Мой выход на сцену – завтра днем.
Ее выход! Весьма слабо сказано.
И наконец, ужас происходящего дошел до него.
– Вы сидели и вот так просто обсуждали все это?
– В основном говорила она, а я слушал с раскрытым ртом.
– Рик прав, – вмешалась Саманта. – Пока что никто не обращал на нас особого внимания. А теперь, сэр Галахад, когда вы здесь, можно попытаться найти более уединенное местечко.
Он понял, что она старается сменить тему, и его изумление, вызванное столь неожиданным поворотом сюжета, потихоньку начинало бледнеть. На этот раз именно его жизнь, его судьба создавали трудности для этих людей.
– Как вы попали сюда, детектив? – спросил он.
– В машине. Она в гараже, за углом.
Ричард встал и потянул за собой Саманту.
– В таком случае пойдем заберем ее.
Он бросил на стол достаточно денег, чтобы оплатить нечто похожее на остатки завтрака, и направился вслед за Горстайном и Самантой. Что за сумасшедшая встреча в стиле «Глубокого горла»[11] и в подземном гараже! Но, как сказала Саманта, времени у них немного.
– Полагаю, вы уже выработали какой-то план? – спросил он, прислонившись к заднему бамперу новенького «тауруса» последней модели.
Саманта взобралась на багажник и прижалась к его плечу.
– Горстайн собирается намекнуть ФБР, что время операции изменилось.
– Значит, ты по-прежнему оказываешься в самом центре вооруженного грабежа. Не вижу особенных подвижек.
– Но Интерпол произведет аресты и не даст вынести картины из музея, так что сделка с Мартином остается в силе.
– Я посмотрю, нельзя ли договориться с одним из моих парней, работающих в музее под прикрытием, – пообещал стоявший в нескольких футах от них детектив. – Мы сделаем, что сможем, чтобы уберечь Джеллико.
– Этого недостаточно.
– Ну… поскольку она сама вызвалась участвовать в этой маленькой операции, не позаботившись предварительно договориться с кем-то из властей, вряд ли я могу сделать что-то еще. Полагаю… мисс Джеллико знает кое-какие вещи, о которых Интерполу было бы интересно поговорить с ней. Инциденты, случившиеся менее семи лет назад и срок действия наказания за которые не истек. Бьюсь об заклад, вы нужны им не меньше, чем этот тип Вайтсрайг.
Господи, что она успела ему наговорить?
– Тем более этот план неприемлем, – проворчал Рик. Он не мог остановить Саманту, решившую очертя голову броситься в опасную ситуацию. Он понимал и принимал жажду приключений, ставшую частью ее характера. Однако риск при этом был огромен.
– Я предложила Горстайну арестовать меня, чтобы помешать моему участию в операции.
– Согласен! – обрадовался Рик, взяв ее за руку. – Лучше просидишь в тюрьме день, чем целую жизнь.
– А вот я пока ничего не выбрала, – отрезала она. – Проблема в том, что, если меня арестуют, Николас и Мартин отменят операцию. Я… мы по-прежнему будем у них на крючке, а Интерпол ничего не сделает для Мартина.
– Ничего, переживет. Он беззастенчиво их обманывает!
– Может быть, он не сумел получить последнюю информацию. Операция готовилась в большой спешке, что, вероятно, означает полный ее провал.
– Мне от этого лучше не становится.
– Я все равно пойду, Рик. Нужно, чтобы кража состоялась, тогда копы смогут вмешаться, или нас обязательно впутают еще раз, только уже позже. Я знала, что меня никто не прикрывает и Мартин не собирается обо мне позаботиться. Поэтому и постаралась защититься единственным способом, который сочла надежным.
– Вам нужна минута, чтобы договориться? – осведомился Горстайн, выудив из кармана зубочистку и сунув в рот.
Ричарду была нужна не одна минута, а несколько. Оттолкнувшись от бампера, он яростно уставился на Саманту. Уже очень давно никто не пытался диктовать ему, что делать, а теперь он был взбешен. Нужно остановить ее. Любой ценой. Заковать ее в наручники, сунуть в самолет и вернуть в Англию, где в поместье был очень высокий забор, отделявший его от всего света. И пусть забор не поможет удержать Саманту, зато помешает проникнуть в дом тем, кто попытается ей повредить.
– Хорошо, – процедил он сквозь зубы.
– Вот и прекрасно, – вставил детектив, не дав Саманте сказать ни слова. – Потому что у меня есть тридцать часов, чтобы свести вместе Интерпол, ФБР и нью-йоркскую полицию, составить план и осуществить его!
Но Ричард не сводил глаз с Саманты.
– А если у него ничего не выйдет, я приму любые меры, чтобы держать тебя подальше от этого музея. Всем все ясно?
Зеленые глаза сузились.
– Абсолютно.
– О'кей, – проворчал Горстайн, хлопнув в ладоши. – Слетайте с моей машины. Мне нужно в участок.
– И вы никому не упомянете моего имени.
– Никому, кроме тех парней, которых посажу вам на хвост тигра, – пообещал детектив, вынув ключи и открывая дверцу машины. – И будьте там, где я смогу легко вас найти. На всякий случай. Мне придется отвечать на весьма непростые вопросы.
– Мы будем дома, – кивнул Рик, – и Саманта будет строить планы отхода.
И не один, а несколько.
Глава 20
Вторник, 8.28
– О'кей, я все понял, – ворчливо пробормотал Стоуни, переваливаясь через подоконник в коридоре второго этажа. – И я чертовски устал лазить по чужим окнам.
– А я этим зарабатывала себе на хлеб, – проговорила Саманта, снова закрывая окно и толкая на место столик.
– Ты несколько энергичнее. И на тридцать лет моложе.
– Отговорки, отговорки, – пробормотала она, подводя его к библиотеке, где потребовала выложить снаряжение.
– Дай мне посмотреть.
– Сначала скажи спасибо.
– Спасибо, Стоуни.
– Так-то лучше. Правда, вещички тут намного сложнее тех, к которым ты привыкла, верно?
– Куда сложнее. Надеюсь, я смогу сообразить, как с ними управляться.
– Особенно еще и потому, что на все про все у тебя пять минут. Сэм, ты делала немало такого, что пугало меня до полусмерти, но это чистое безумие.
– По крайней мере, если все это не сработает, я напоследок громко хлопну дверью.
